 |
Гоголь, всю ночь посвятивший прочтению "Золотого теленка",
оглушительно заржал.
Кстати, о себе. Работаю я, конечно же, инженером. Вполне
обычный советский инженер. Но вот только с детства проявилась у
меня способность вызывать различных духов. Все, чем занимаются так
называемые медиумы или спиритисты - полная фигня и жульничество.
Гадания по тарелочке, или там Пушкин всех посылает! И есть же
люди, которые в это верят! Мне Александр Сергеевич сам говорил,
что никто их там не беспокоит, скучно им. А вот я могу вызывать их
с того света! Правда, на людей они похожи только ночью, а к утру
понемногу растворяются и делаются невидимыми. Вначале я пугался
этой своей способности. Подумаешь о прадедушке, а он тут как тут!
Привет, говорит, правнучек! Но потом я освоился. С Ломоносовым к
урокам по геометрии готовился, бил морду Павлику Морозову, Петра
Первого в карты обыгрывал.
Больше всего любил я собирать литературные вечера. Давно
помершие поэты и писатели читали свои произведения - из тех, что
при жизни не успели написать. С литераторами двадцатого века я не
сошелся. Маяковский оказался полным козлом, Блок слегка шизанутый,
Есенин - гопник, все ему водку подавай! Более поздние, советские
поэты и писатели, жертвы ленинского принципа партийности - совсем
уже законченные ублюдки. А вот старички - Пушкин, Лермонтов и
другие - свои в доску! Пушкин вот на днях предлагал под моим
именем несколько поэмок издать, да я отказался - не люблю
плагиата.
Вот и эту ночь мы провели в литературных чтениях. Раздавили два
пузырька "Кавказа", а потом Барков Иван Семенович свою новую поэму
читал. Мы чуть не померли от смеха, даже те, кто уже умер!
Добрившись до синевы, я умылся, причесался и пошел на кухню
варить кофе. В комнате трезвонил телефон, майор Тараканов попался
очень настырный.
После ночного мрака стало совсем светло, призраки помаленьку
растворились. Только спрятавшийся в полумраке туалета Лев
Николаевич поманил меня пальцем и, почесывая роскошную бороду,
наставительно произнес:
- Ты это, с жандармами-то, того!
- Ясное дело, ваше сиятельство! - заверил я господина графа, и
тот благополучно испарился.
Я выпил кофейку, затем натянул курточку и пошел на нелюбимую
работу, где гнусный начальник Семеныч тщательно следил за каждой
минутой опоздания сотрудников. Пришел вовремя, ушел вовремя - это
главное. А так - можешь и не работать, никому дела нет!
Я спустился по лестнице, вышел из подъезда, и тут два
здоровенных парня скрутили мне руки и затолкали в черную "Волгу".
- Что ж это ты, Феофанов, трубочку не берешь? - полуобернувшись
ко мне с переднего сидения, произнес знакомым голосом голубоглазый
блондин с квадратной челюстью и перебитым носом.
- Э! - я не нашелся, чего ответить и на всякий случай соврал, -
В сортире сидел, понос у меня начался после вашего звонка. Не мог
к телефону подойти.
- Запомни, Феофанов, если майор госбезопасности говорит, что
надо встретиться, значит ты, засранец, должен тут же отменить все
свои вонючие дела!
- Позвольте! - подражая Пушкину, воскликнул я. - По какому
праву, милостивый государь, вы со мною на "ты"? Или я с вами
выпивал?
- Ах ты козел! - вскипел Тараканов. - Да я из тебя...
люля-кебаб сделаю!
Тут запищала рация. Майор отвернулся и поднял трубочку.
- А? Да! Взяли! Так точно! Есть! Есть!
Положив трубку, Тараканов задумчиво погладил подбородок, видимо
размышляя, делать из меня люля-кебаб или подождать. Наконец, он
пришел к какому-то выводу и, зыркнув на меня круглым глазом,
сказал шоферу:
- Поехали!
Два бугая по бокам всю дорогу сплющивали меня в лепешку, и,
когда мы приехали и меня вытащили из машины, я долго не мог
свободно вздохнуть. Отдышавшись, я осмотрелся. "Волга" привезла
нас к красивому двухэтажному особнячку где-то за городом. За
деревьями виднелся покрашенный в приятный светло-зеленый цвет
забор с колючей проволокой.
К машине подошел еще один баскетбольного роста детина.
- Это он?
- Он, товарищ полковник, - отдал честь Тараканов.
- Генерал ждет.
"Во как! - подумалось мне. - Сейчас генерала увижу!"
Не то, чтоб я не видел генералов, я в свое время даже с
Суворовым обсуждал битву на Курской дуге, но с генералами КГБ, да
еще и живыми, я пока не общался.
Меня опять весьма невежливо подхватили и внесли в большую
светлую комнату, где за столом, уставленным всяческими
деликатесами, сидел полностью лысый мужик неопределенного
возраста. Генерал мазал на хлеб с маслом черную икру и
внимательными крабьими глазками осматривал меня с ног до головы.
- Присаживайтесь, товарищ Феофанов, - неожиданно высоким
голоском произнес он. Я присел. Два бугая встали у меня за спиной,
в любой момент готовые свернуть мне шею.
- Товарищ генерал, - сказал я. - Этот майор Тараканов оскорблял
меня неприличными словами.
- Он понесет суровое наказание, - ласково молвил генерал.
- Понизьте его до капитана! - посоветовал я.
- Очень приятно, что мы так весело шутим, - захихикал генерал.
- Но приступим к делу. Нам стало известно, товарищ Феофанов, что
вы, с позволения сказать, умеете вызывать и общаться с духами, так
сказать, наших предков...
- Вам сеанс спиритизма что ли нужен? Так я этим не занимаюсь!
- Вы очень торопитесь, товарищ Феофанов, - генерал домазал
поверх черной икры слой икры красной, положил шпротину и, откусив
пол бутерброда, начал смачно жевать. Предложить чего-нибудь
пожевать мне он не догадывался.
- Так вот, - продолжал генерал. - Как бы мне это сказать, вы
ведь у нас советский гражданин, военнообязанный, не так ли!
Я кивнул, не сочтя нужным возражать, что другого гражданства,
кроме советского, мне никто не предлагал, а в Советской Армии я
был всего месяц на сборах после пятого курса института.
- И, надо бы вам сказать, вы нужны нашей Родине!
Произнеся эти высокие, как Останкинская башня, слова, генерал
умолк и уставился на меня, ожидая подтверждения.
"Служу Советскому Союзу!" - вертелось у меня на языке, но я
только промычал что-то невразумительное.
- Итак, - заключил генерал. - Вы согласны с нами работать?
- Я не понимаю, - сказал я. - Судя по всему, вы меня вербуете,
но чем я могу быть полезен КГБ?
- Во-первых, должен сказать, мы вас не вербуем. Вербуют
иностранных агентов, а вы - наш, советский. Во-вторых, я вам уже
сказал, нам известно, что вы - мистик, заклинатель духов или как
там это называется, и нам нужны ваши услуги по связи с загробным
миром.
"Интересно, - подумал я. - Откуда они узнали, что я могу
вызывать привидения? Об этом же знали только мои самые близкие
друзья..."
- Вам надо кого-то с того света достать? Так я сомневаюсь, что
мертвые захотят с вами общаться. С вами и мне-то не сильно приятно
беседовать.
Генерал запихнул в рот остаток бутерброда и медленно поднялся.
- Молчать!!! - вдруг заверещал он, и в комнату ворвался майор
Тараканов.
Генерал обошел вокруг стола и возвысился надо мной.
- Я попрошу не острить! Не забывайте, где вы находитесь!
- Ты понял, козел? - заорал Тараканов и дал мне кулаком в лицо.
Я повалился вместе со стулом. Охранники подняли меня, держа
подмышки. Майор подошел ближе и, размахнувшись, ударил еще раз. Я
отклонил голову, и он попал по стене.
- У, козел! - завыл он от боли. - Убью!
- Успокойтесь, майор, - сказал генерал. - Товарищ Феофанов
осознал.
- Что я осознал? - закричал я. - Какое вы имеете право меня
бить, я не совершил никакого преступления!
- Молчать!!! - опять взвизнул генерал. - Нам нужны призраки для
промышленного шпионажа в странах Запада. Они невидимы, плюс, могут
проникнуть в любой сейф и сфотографировать любые документы! С их
помощью наша страна быстро догонит проклятых загнивающих
капиталистов, а потом и перегонит! И в этом преимущества
социалистической системы!
- Бред! - я не сдержался и расхохотался до слез. - Бред!
Призраки-шпионы, привидения-агенты, духи-разведчики! Неужели вы
думаете, у духов нет других развлечений?
По выражению генеральского лица я понял, что так он и думает, и
потому привел еще аргумент:
- И потом, у меня на призраков нет никакого влияния. Я не могу
им приказывать! У нас чисто дружеские отношения.
- Вот, вот! - подхватил генерал. - Чисто по дружбе, пусть
какой-нибудь ваш приятель добудет из сейфов НАСА чертежи "Шаттла".
- Я не могу.
- Сейчас ты не сможешь... - угрожающе начал майор Тараканов, но
генерал вдруг засмеялся.
- А куда ты денешься? - спросил он, тоже переходя на "ты". - Из
страны не убежишь, а тут ты у нас под колпаком. Не согласишься - в
тюрьму посадим.
- Без суда? - усмехнулся я, хотя стало не до смеха. - Без
преступления?
- Ты отказываешься помогать своей Родине строить светлое
будущее! А это преступление. И суда для такого преступления не
надо!
- Кроме того, - заявил надвигающийся на меня Тараканов, - если
ты не будешь работать на нас, тебя в конце концов завербует ихняя
разведка, и ты будешь работать на них!
- А этого, как ты понимаешь, мы допустить не можем! - дожал
меня лысый генерал, весь вспотевший за время нашего разговора.
Тут опять зазвонил телефон. Генерал отскочил от меня и бросился
к шкафчику, где оказался замаскирован телефонный аппарат.
- Да! Слушаю! Нет. Еще нет. Обязательно! Так точно! Есть! Есть!
Я осознал, что над генералом есть еще какой-нибудь маршал, так
что меня пока не убьют. И решил пойти ва-банк.
- Это весело, - сказал я, когда генерал положил трубку. - А вы
не боитесь?
- Чего нам бояться? - удивился генерал. - Мы у себя дома.
- Да призраков! Среди них попадаются весьма неприятные
личности! А ну как я вызову сюда прямо сейчас какого-нибудь
первобытного вождя с десятком питекантропов? Они вас тут покрошат
голыми руками на винегрет!
Судя по всему, кэгэбэшники не располагали информацией, что духи
появляются только по ночам или в темноте, и заметно струхнули.
Майор Тараканов сунул руку за пазуху, где у него, наверно,
находился пистолет. Генерал смущенно прокашлялся.
- Ну, надо сказать, у нас есть и другие методы воздействия.
- Вот как! - обнаглел я и, подойдя к столу, под оторопевшими
взглядами чекистов намазал себе такой же бутерброд, как у
генерала, налил из пузатой бутылки коньяк "Камю", выпил и
закусил. - Пошли вы все в задницу со своими методами, гестаповцы
вшивые!
Тараканов закусил губу и взвел предохранитель пистолета. У
генерала отвисла челюсть и выкатились глаза, отчего он
окончательно стал похож на креветку. Приняв мой блеф за чистую
монету, он явно думал, что раз я наглею, значит чувствую за собой
силу.
- Везите меня домой! - скомандовал я, пока они не опомнились. -
А то хуже будет! Вызову тень Александра Македонского с мечом, из
своих пистолетиков вы его не убьете, а я его успокоить не смогу:
он по-русски не понимает, а я по-древнегречески ни бум-бум!
|
BIGLIB
