 |
фраке и цилиндре. Сквозь него была видна противоположная стена. В
руке человек держал изящную тросточку.
- Я, - сказал он просто. - Призрак поезда.
- Призрак? - покачал головой профессор. - Это, наверно, опять
мой сон.
- Почему вы так решили? - заинтересовался призрак.
- Ну, во-первых, призраков не бывает. Во-вторых, призраки
бывают в старинных замках, а не в поездах. И, в-третьих...
- В-третьих, - мягко сказал призрак, - и первое и второе
отпадают, поскольку я есть. А кроме того, какая вам разница,
существую я на самом деле или нет? Вам не спится, я тоже никогда
не сплю, поговорим?
- Поговорим, - согласился профессор. - Значит, вы - призрак
поезда. И что, в каждом поезде есть свой призрак?
- Не в каждом, - ответил призрак. - А вы садитесь!
Из тумана сформировались два кресла и столик с дымящимися
чашечками кофе. Профессор и призрак сели. Кофе был великолепный.
- Очень вкусно, - похвалил Крюков, отпивая глоток.
- Благодарю, - наклонил голову призрак. - Мой фирменный рецепт.
Приятно поговорить с интеллигентным человеком. Знаете, в тамбур
все больше выходят покурить, плюются тут, кидают окурки, а в вагон
мне, сами понимаете, заходить не с руки...
- Тяжелая у вас жизнь, - признал профессор.
- Да уж...
Они тихо-мирно посидели, допили кофе, затем профессор
откланялся и пошел спать, хотя ему и так казалось, что он спит.
Проводник
Федор Иванович вошел из тамбура в вагон и наткнулся на
проводника. Тот задумчиво стоял в проходе, уткнувшись носом в
оконное стекло, курил прямо в вагоне.
- А, профессор! Что, хохлы спать не дают?
- Да нет, просто бессонница.
- Если будут буянить, зови, помогу.
- Да ничего, до утра недолго осталось, а утром уже приедем.
- Это точно, - вздохнул проводник. - Черт, скучно-то как! Водки
хочешь?
- Собственно... - замялся профессор и подумал: а почему бы и
нет? - Хочу!
- Пошли.
Проводник и профессор вошли в купе проводника. На столике
стояла початая бутылка "Столичной", открытые консервы. Проводник
достал два стакана, желтых от чая, со стуком водрузил их на стол и
налил до краев.
- Тебя как зовут, профессор?
- Федор Иванович. Федя.
- А меня Коля. Выпьем, друг Федя!
- Выпьем, друг Коля!
Они опрокинули стаканы. Помахивая передо ртом рукой, Коля
протянул Крюкову вилку с наколотой шпротиной, профессор закусил.
- Хорошо пошла! - одобрил проводник. - Эх! Хорошо тебе, Федя! В
Крыму будешь на солнышке греться. А мне назад, в Москву... Хорошо
быть профессором, а?
- Ну, у вас тоже, наверно, профессия интересная. Путешествуете
по всей стране. Много видите.
- Что я вижу? Вагон этот вонючий, два сортира, титан, да
пассажиры-ублюдки.
- Ну, так уж и ублюдки, - смутился профессор.
- Не все, конечно, - согласился Коля, - но большинство. Возьми
к примеру своих соседей. Разве это нормальные люди?
- Нет, - согласился Крюков.
- Националисты, - убежденно сказал проводник. - Петлюровцы. Они
же нас просто ненавидят. Дай им волю, всех русских к стенке
поставят.
- Странно, - заметил профессор. - И откуда это появилось в
людях? Ведь вроде все свои, славяне, ан нет! Надо обязательно
поделиться на хохлов и москалей...
- Кто тебе сказал, что мы для них свои? - спросил Коля. - Ты
извини, профессор, но я езжу на поезде вот уже несколько лет,
такого нагляделся! Эти славяне-хохлы хуже фашистов!
- Но на войне мы с ними сидели в одном окопе и были братьями,
защищали одну Родину!
- Так то при Сталине! Под дулами пулеметов НКВД!
- Вы хотите сказать, что для интернационализма необходимо
держать народы под прицелом?
- Ничего я не хочу! - отмахнулся Коля. - Дурацкий у нас
разговор!
- Все-таки странно, - профессор задумчиво поскреб подбородок,
на котором уже появилась жесткая щетина.
- Да черт с ними! Давай еще по одной!
- Давай.
Проводник разлил поровну остатки водки. За окном мелькали
огоньки какого-то городка.
- Вздрогнем, как в подъезде!
Они выпили, закусили.
- Знаешь, - проводник подпер щеку рукой, - я ведь раньше
студентом был. Учился себе в институте, а тут как раз закон вышел,
чтоб студентов в армию забирать. Вот и забрили. А после двух лет
армейского дубизма голова стала не та, учиться уже не хотелось,
вот и стал проводником.
Дверь приоткрылась, и появилась миловидная пухлая
брюнеточка-проводница в форме.
- Колька! Пошли к нам в вагон! Нам грузин один трехлитровую
банку чачи презентовал!
- Пошли? - спросил проводник у Крюкова.
- Да нет, вы уж извините, - Федор Иванович развел руками. - У
вас там молодежь, а я... Да и хватит мне на сегодня. Я вообще-то
не пьющий.
- Не пьющих не бывает, - рассудительно сказала проводница. - На
халяву все пьют.
- Завтра рано вставать. Я, пожалуй, пойду спать, - профессор
встал и вышел в коридор. - Спасибо, Коля, за угощение.
- Да не за что!
Они пожали друг другу руки, и Коля, заперев свое купе, ушел с
девушкой в соседний вагон.
Сердитый кролик
Профессор Крюков быстро заснул, и ему приснился кролик. Кролик
был ушаст, по-серому красив, красен глазами и, наверное, умен. Он
сидел на столе, болтал ножками и круглоглазо смотрел на
профессора.
- Добрый вечер, - поздоровался кролик. Уж по крайней мере
вежливым он был, это точно.
- Вернее, доброй ночи, - весело сказал профессор: он любил
приятные, сказочные сны. Они напоминали ему детство.
- Мудрое замечание, - похвалил кролик. - По мудрым замечаниям
видно мудрого человека. Извините, вы кто будете по профессии?
- Я... - почему-то смутился Крюков. - Профессор.
- А в какой области?
- В литературной.
- Литератор, значит, - кролик посопел. - Не очень я жалую
вашего брата.
- Что так?
- Пишите про кроликов всякую ерунду, потом читаешь и краснеешь,
как рак.
- Это какую же ерунду?
- Вы же профессор! - воскликнул кролик, блестя глазами. -
Возьмите, к примеру, "Алису в стране чудес" или там "Вини-пуха"...
- Ну, "Вини-пух", допустим, больше про медведей, - добродушно
возразил профессор. Разговор с начитанным кроликом доставлял ему
огромное наслаждение.
- Вот, вот! Ясное дело! - сердито закричал кролик свои
тоненьким голоском. - Понапишут, выставят нас, кроликов, в
дурацком виде, а потом еще говорят, что не про кроликов!
- Извините, - потупился профессор, как будто это он написал
"Вини-пуха". - Я лично про вас ни разу не писал. Да и что в этом
плохого? Есть книжки про кроликов, есть про медведей. Я недавно
даже про ежиков книжку читал. Разные бывают книжки...
- Ну, знаете! - возмущению кролика не было предела. - Так можно
много до чего договориться! Кролики-то в чем виноваты? Раз ты
человек, то и пиши про своих, так нет, надо им про нас писать!
Выставляют нас на всеобщее посмешище!
- Позвольте...
- Не позволю! - раздухарился кролик. - Я, может, тоже книжку
напишу, и будет у меня там главный герой - человек. Вы, например.
Вам будет приятно?
- Напишите, - предложил Крюков. - Если книжка будет хорошо
написана, с большим интересом почитаю!
- Да? - кролик с сомнением глянул на Крюкова. - Честно?
- Честное профессорское.
- Ну, тогда я пошел. Некогда мне тут с вами прохлаждаться.
Книжку надо писать! У вас часом морковки не завалялось?
- Нет. Яблоко вот есть.
- Давайте! - кролик ухватился за яблоко двумя лапами, с хрустом
откусил и с забитым ртом проговорил, - Спасибо.
- Не за что! Заходите еще.
- Непременно. Занесу книжку почитать. Как напишу, так сразу и
занесу!
И кролик, откусив еще кусок яблока, растворился в воздухе.
Симферополь
Утром сонный проводник Коля с красными, как у кролика, глазами,
разбудил всех за час до прибытия в Симферополь.
Не обращая внимания на неприятные взгляды своих соседей по
купе, профессор Крюков собрал белье, сдал его проводнику и сел у
окна смотреть на степь. А через час поезд приехал в Симферополь.
Профессор вышел из вагона, сердечно попрощался с Колей, полной
грудью вдохнул крымский воздух, и пошел навстречу солнцу, морю и
приятному отдыху...
6.12.1992 - 22.01.1993
Павел Николаевич Асс
Д Ы К
или
Как московские митьки достали питерских
Роман
без рисунков А.Флоренского
Сестренке моей
Галине Николаевне
посвящаю...
ОТ АВТОРА
Рассматривайте этот роман, как вашей душе угодно - плагиат,
подражание или пародия - мне ваше мнение до лампочки! А вообще, я
веселился от души, когда его писал, чего и вам желаю, если будете
его читать.
Предисловие
|
BIGLIB
