 |
 |
Неточка Незванова
Автор "Федор Михайлович Достоевский"
Размер 357325 Байт
Страница 15 из 31
|
 |
первым движением почти при каждой неудаче, в досаде ли, от гордости ли,
когда ее уличали за шалости, - одним словом, почти во всех случаях. В
этот раз почти слезы выступили на глазах ее, но она смолчала и только
так посмотрела на меня, как будто желала сжечь меня взглядом. Я тотчас
догадалась, в чем дело. Бедняжка была горда и самолюбива до крайности.
Когда мы пошли от мадам Леотар, я было заговорила, чтоб рассеять поско-
рей ее досаду и показать, что я вовсе не виновата в словах француженки,
но Катя промолчала, как будто не слыхала меня.
Через час она вошла в ту комнату, где я сидела за книгой, все разду-
мывая о Кате, пораженная и испуганная тем, что она опять не хочет со
мной говорить. Она посмотрела на меня исподлобья, уселась, по обыкнове-
нию, на диване и полчаса не спускала с меня глаз. Наконец я не выдержала
и взглянула на нее вопросительно.
- Вы умеете танцевать? - спросила Катя.
- Нет, не умею.
- А я умею.
Молчание.
- А на фортепиано играете?
- Тоже нет.
- А я играю. Этому очень трудно выучиться.
Я смолчала.
- Мадам Леотар говорит, что вы умнее меня.
- Мадам Леотар на вас рассердилась, - отвечала я.
- А разве папа будет тоже сердиться?
- Не знаю, - отвечала я.
Опять молчание; княжна в нетерпении била по полу своей маленькой нож-
кой.
- Так вы надо мной будете смеяться, оттого что лучше меня понимаете?
- спросила она наконец, не выдержав более своей досады.
- Ох, нет, нет! - закричала я и вскочила с места, чтоб броситься к
ней и обнять ее.
- И вам не стыдно так думать и спрашивать об этом,княжна? - раздался
вдруг голос мадам Леотар, которая уже пять минут наблюдала за нами и
слышала наш разговор. - Стыдитесь! вы стали завидовать бедному ребенку и
хвалиться перед ней, что умеете танцевать и играть на фортепьяно. Стыд-
но; я все расскажу князю.
Щеки княжны загорелись как зарево.
- Это дурное чувство. Вы ее обидели своими вопросами. Родители ее бы-
ли бедные люди и не могли ей нанять учителей; она сама училась, потому
что у ней хорошее, доброе сердце. Вы бы должны были любить ее, а вы хо-
тите с ней ссориться. Стыдитесь, стыдитесь! Ведь она - сиротка. У ней
нет никого. Еще бы вы похвалились перед ней, что вы княжна, а она нет. Я
вас оставляю одну. Подумайте о том, что я вам говорила, исправьтесь.
Княжна думала ровно два дня! Два дня не было слышно ее смеха и крика.
Проснувшись ночью, я подслушала, что она даже во сне продолжает рассуж-
дать с мадам Леотар. Она даже похудела немного в эти два дня, и румянец
не так живо играл на ее светленьком личике. Наконец, на третий день, мы
обе сошлись внизу, в больших комнатах. Княжна шла от матери, но, увидев
меня, остановилась и села недалеко, напротив. Я со страхом ожидала, что
будет, дрожала всеми членами.
- Неточка, за что меня бранили за вас? - спросила она наконец.
- Это не за меня, Катенька, - отвечала я, спеша оправдаться.
- А мадам Леотар говорит, что я вас обидела.
- Нет, Катенька, нет, вы меня не обидели.
Княжна вскинула плечиками в знак недоуменья.
- Отчего ж вы все плачете? - спросила она после некоторого молчания.
- Я не буду плакать, если вы хотите, - отвечала я сквозь слезы.
Она опять пожала плечами.
- Вы и прежде все плакали?
Я не отвечала.
- Зачем вы у нас живете? - спросила вдруг княжна помолчав.
Я посмотрела на нее в изумлении, и как будто что-то кольнуло мне в
сердце.
- Оттого, что я сиротка, - ответила я наконец, собравшись с духом.
- У вас были папа и мама?
- Были.
- Что они, вас не любили?
- Нет... любили, - отвечала я через силу.
- Они были бедные?
- Да.
- Очень бедные?
- Да.
- Они вас ничему не учили?
- Читать учили.
- У вас были игрушки?
- Нет.
- Пирожное было?
- Нет.
- У вас было сколько комнат?
- Одна.
- Одна комната?
- Одна.
- А слуги были?
- Нет, не было слуг.
- А кто ж вам служил?
- Я сама покупать ходила.
Вопросы княжны все больше и больше растравляли мне сердце. И воспоми-
нания, и мое одиночество, и удивление княжны - все это поражало, обижало
мое сердце, которое обливалось кровью. Я вся дрожала от волнения и зады-
халась от слез.
- Вы, стало быть, рады, что у нас живете?
Я молчала.
- У вас было платье хорошее?
- Нет.
- Дурное?
- Да.
- Я видела ваше платье, мне его показывали.
- Зачем же вы меня спрашиваете? - сказала я, вся задрожав от како-
го-то нового, неведомого для меня ощущения и подымаясь с места. - Зачем
же вы меня спрашиваете? - продолжала я, покраснев от негодования. - За-
чем вы надо мной смеетесь?
Княжна вспыхнула и тоже встала с места, но мигом преодолела свое вол-
нение.
- Нет... я не смеюсь, - отвечала она. - Я только хотела знать, правда
ли, что папа и мама у вас были бедны?
- Зачем вы спрашиваете меня про папу и маму? - сказала я, заплакав от
душевной боли. - Зачем вы так про них спрашиваете? Что они вам сделали,
Катя?
Катя стояла в смущении и не знала, что отвечать. В эту минуту вошел
князь.
- Что с тобой, Неточка? - спросил он, взглянув на меня и увидев мои
слезы, - что с тобой? - продолжал он, взглянув на Катю, которая была
красна как огонь, - о чем вы говорили? За что вы поссорились? Неточка,
за что вы поссорились?
Но я не могла отвечать. Я схватила руку князя и со слезами целовала
ее.
- Катя, не лги. Что здесь было?
Катя лгать не умела.
- Я сказала, что видела, какое у нее было дурное платье, когда еще
она жила с папой и мамой.
- Кто тебе показывал? Кто смел показать?
- Я сама видела, - отвечала Катя решительно.
- Ну, хорошо! Ты не скажешь на других, я тебя знаю. Что ж дальше?
|
