 |
Стивен КИНГ
ЛАНГОЛЬЕРЫ
1
Плохие новости для командира Энгла. - Слепая
девочка. - Дамские духи - Банда Дальтона
прибывает в Томбстон. - Странная
ситуация с рейсом N_29
Брайан Энгл подрулил лайнер ведущей авиакомпании "Гордость Америки" к
остановке у ворот N_22 и выключил сигнал ПРИСТЕГНИТЕ РЕМНИ точно в 22.14.
С облегчением выдохнул и освободился от ремней.
Он не помнил, когда прежде испытывал такое облегчение и жуткую
усталость по окончании полета. Адски болела голова. Решено, на вечер
никаких выпивок в пилотском баре, ужина и даже ванны, когда доберется,
наконец, до Вествуда. Брайан мечтал упасть на кровать и проспать
четырнадцать часов подряд.
Рейс N_7 "Гордость Америки", обслуживающий маршрут Токио -
Лос-Анджелес, сначала задержал сильный встречный ветер, а потом обычная
пробка в ЛАКСе, который, по мнению Энгла, был, пожалуй, худшим аэропортом
Америки, если не считать Логан и Бостон. Не везло и дальше - к концу
перелета возникла проблема с давлением. Сначала вроде бы пустяк, а потом
пошло хуже, пока проблема не стала просто угрожающей. Дошло до того, что
могло в любой момент прорвать, а дальше - мгновенная декомпрессия, но, к
счастью, на том и остановилось. Иногда подобные ситуации таинственным
образом сами собой устранялись. Так получилось и на сей раз. Пассажиры,
благополучно покидавшие теперь самолет, даже не подозревали, насколько они
были близки к превращению в громадный человеческий паштет.
Но Брайан знал... От этого дико трещала башка.
- Эту суку прямо отсюда немедленно на техосмотр, - сказал он своему
помощнику. - Они-то знают, что может произойти, и в курсе проблемы. Ты как
считаешь?
Помощник кивнул:
- Ясно, им не нравится тут копаться, но они знают, как пить дать.
- А мне плевать, что им там нравится или не нравится, Дэнни. Нынче мы
все были на волосок...
Дэнни Кин согласно кивнул. Он понимал это тоже.
Брайан вздохнул и принялся растирать затылок. Голова разламывалась.
- Может, стар я становлюсь для такой работы, а?
То же самое говорил время от времени каждый из них, особенно после
неудачной смены, и Брайан понимал, что он вовсе не стар для подобной
работы в свои сорок три. В этом возрасте как раз и начиналась самая
классная работа опытного пилота. Однако, события сегодняшнего рейса чуть
не заставили его поверить, что пора отчаливать. Господи, как он устал!..
В кабину постучали. Штурман Стив Сирлс развернулся в своем кресле и,
не вставая, открыл дверь. На пороге стоял мужчина в фирменном зеленом
блайзере "Гордости Америки". Это был помощник главного диспетчера
"Гордости Америки" в ЛАКСе - Джон (или Джеймс) Диган.
- Капитан Энгл?
- Да? - Внутренняя защита рухнула, головная боль усилилась. Первая
мысль - попытаются пришить ему дело за утечку давления в самолете.
- Прошу прощения, но, боюсь, у меня для вас неприятная новость,
капитан.
- Насчет утечки, что ли? - голос Брайана прозвучал излишне резко, и
несколько выходивших пассажиров обернулись в его сторону. Но паниковать им
было слишком поздно.
Диган покачал головой.
- Ваша супруга, капитан Энгл.
Какое-то время Брайан не соображал, о ком говорит этот человек. Он
поднялся и глядел на него с глупейшим видом. Потом сработало. Конечно же,
Анна.
- Да. Бывшая жена. Восемнадцать месяцев, как развелись. А что там с
ней?
- Несчастный случай, - ответил Диган. - Вам бы лучше пройти в
контору.
Брайан смотрел на него с недоумением. После прошедших трех
напряженных часов все это казалось до странности нереальным. Подавил в
себе желание послать Дигана в задницу, если имел место очередной трюк
телепередачи "Честная камера". Конечно же, киносъемки были тут ни при чем.
Авиалиния в подобные игры не играла, тем более с пилотами, которые только
что выкарабкались из состояния, близкого к гибели.
- Что с Анной? - Брайан услышал свой собственный голос. Заметил, что
помощник глядит на него с умеренным сочувствием. - С ней все в порядке?
Диган принялся рассматривать свои начищенные до блеска туфли, и
Брайан понял, что новости были в самом деле дрянь, и с Анной очень даже не
все в порядке. Знал, но не мог в это поверить. Ей было всего тридцать
четыре. Здоровая и рассудительная. Он не раз называл ее про себя самым
разумным водителем в городе Бостоне, если не во всем штате Массачусетс.
Брайан снова услышал свой голос, задающий вопрос, и, право же, словно
кто-то чужой говорил за него.
- Она... умерла?
Джон (или Джеймс) Диган оглянулся по сторонам, как бы ища помощи.
Увидел только служащего возле выхода, желавшего всем пассажирам приятно
провести вечер в Лос-Анджелесе. Время от времени тот бросал тревожные
взгляды в сторону кабины, видимо обеспокоенный, как и Брайан, тем, что
экипаж может быть в какой-то степени виновным за медленную утечку
давления, превратившую последние часы полета в сущий кошмар. Диган
посмотрел на Брайана еще раз и кивнул.
- Да. Боюсь, что умерла. Может, пройдем со мной, капитан Энгл?
В 0.15 Брайан Энгл уже усаживался в кресло "Гордости Америки" рейса
N_29. Предстоял перелет из Лос-Анджелеса в Бостон. Примерно минут через
пятнадцать этот прославленный на трансконтинентальных перелетах лайнер
взлетит. Он вдруг вспомнил свои недавние мысли: если ЛАКС был не самым
опасным торговым аэропортом Америки, то уж Логан был именно таким.
Пренеприятнейшее совпадение - побывать в обоих местах в пределах восьми
часов. А голова опять разболелась не на шутку - куда хуже, чем при
приземлении рейса N_7.
"Прямо горит", - подумал он. - "Адский пламень. Почему не срабатывают
детекторы дыма?"
Он вдруг вспомнил, что совсем не думал об Анне в последние четыре или
пять месяцев. Первые месяцы после развода она занимала все его мысли: что
она делает в данный момент? Как одета? И, конечно же, с кем встречается?
Исцеление произошло очень быстро. Будто ему впрыснули некий оживляющий
душу эликсир. Брайан достаточно много читал беллетристики о разводах,
чтобы не знать в чем суть этого исцеления: помогает не эликсир, а просто
другая женщина.
Но другой женщины у Брайана не было. Пока. Пара свиданий, одно
сексуальное сближение (он верил в то, что любые интимные сближения в эпоху
СПИДа очень опасны), но не более. Просто он... вылечился.
Брайан наблюдал, как входят и рассаживаются пассажиры. Вот блондинка
идет по проходу с девочкой в темных очках. Девочка цепляется за ее локоть.
Женщина что-то сказала ей, и девочка немедленно обернулась на звук ее
голоса. Брайан понял, что она слепа - что-то в движении ее головы говорило
об этом. Мысленно подивился: как много могут раскрыть едва заметные жесты.
"Анна", - подумал он. - "Не об Анне ли тебе следует думать?"
Усталый разум, однако, пытался уйти подальше от темы Анны. Анны -
единственной женщины, которую он в гневе ударил, и которая сейчас была
мертва.
Брайан неожиданно представил себе, что мог бы ездить по стране с
лекциями, рассуждая о проблемах разведенных мужчин. Да и о проблемах
разведенных женщин - почему бы нет? Тогда он скорее всего избрал бы себе
тему: развод и искусство забвения.
"Четвертая годовщина - самое оптимальное время для развода", - скажет
он им. - "Возьмем, к примеру, мой случай. Я провел целый год в чистилище,
раздумывая, насколько был виноват сам и насколько она. Правильно ли было
вечно заводить ее на тему детишек. Это, пожалуй, было главным разногласием
между нами - не какие-то там наркотики или семейные измены. Только дети. И
вот словно лифт рухнул. Либо карьера, либо дети. Ну и помчались вниз
вместе с ней."
Да. Все ринулось вниз... И в последние несколько месяцев он
по-настоящему совсем не думал об Анне, даже когда выписывал ей очередной
чек на алименты. Чек был неплохой, вполне цивилизованный с точки зрения
суммы. Да и сама Анна зарабатывала восемьдесят тысяч в год, правда, без
учета налогов, возмещение которых через своего юриста он взял на себя. Это
тоже была финансовая бумажка, ежемесячно приходившая к нему в конверте
вместе со счетами за электричество и за заклад дома.
Брайан посмотрел на лихого парнишку в ермолке, пробиравшегося вдоль
прохода со скрипичным чехлом под мышкой. Выглядел он несколько нервозным и
возбужденным, в глазах читались мысли о захватывающем будущем. Брайан
позавидовал ему.
Сколько было горечи и ссор в отношениях между ними в последний год
супружеской жизни. И вот примерно за четыре месяца до конца это произошло:
его рука сработала прежде, чем разум сказал "нет". Неприятное
воспоминание. На вечеринке Анна крепко перебрала. Когда вернулись домой,
она буквально набросилась на него:
- Ты мне все мозги проел с этим, Брайан. Оставь меня в покое с
вопросом о детях. Хочешь проверить сперму, иди к доктору. Я работаю в
рекламном бизнесе, а не роженицей. Надоели твои разговоры, супермен
говенный...
В этот момент он и дал ей пощечину. Ударил сильно, попал по губам,
грубо оборвав ее слова. Они стояли лицом к лицу в комнате, где ей суждено
было умереть позже. Оба были шокированы и испуганы случившимся гораздо
больше, чем сами готовы были это признать (разве что теперь, в кресле 5А
рейса N_29, наблюдая за пассажирами, он наконец себе в этом признался).
Она потрогала рот, на котором появилась кровь и протянула к нему
запачканные пальцы.
- Ты ударил меня.
В голосе не гнев, а удивление. Подумалось, что, возможно, впервые
кто-то в порыве гнева поднял руку на Анну, ударил Анну Куинлэн.
- Да, - произнес он. - Точно. И снова так сделаю, если не заткнешься.
Больше, голубушка, ты меня своим языком хлестать не будешь. Лучше навесь
на него замок. Для твоей же пользы говорю. Все, кончились твои деньки. А
если хочешь кого-то пинать, купи себе собаку.
Их супружество, кое-как волочившееся последние несколько месяцев,
по-настоящему кончилось именно в тот момент. Но его спровоцировали - видит
Бог - спровоцировали.
Когда уже последние пассажиры занимали места, он обнаружил, что самым
сосредоточенным образом думает о духах Анны. Он вспомнил их аромат, а вот
название забыл. Как же они назывались? "Лиссом"? "Литсом"? "Литиум"? О
Господи! Прямо вертится в голове. Потрясающий запах.
"Мне ее не хватает", - тупо признал он. - "Вот теперь, когда она ушла
навсегда, я по ней соскучился. Не удивительно ли?"
"Лаунбой"? Косильщик газонов? Что-то глупое вроде этого?
"Хватит", - подсказал ему уставший разум. - "Оставь эти мысли".
"О'кей", - согласился разум. - "Не проблема. Могу заткнуться, когда
пожелаю. Может, "Лайфбой", что-то вроде спасательного круга? Нет, это
мыло. Извиняюсь, "Лавбайт". Укус любви? "Лавлорн"? Неразделенная любовь?"
Брайан застегнул ремень безопасности, откинулся в кресле, закрыл
глаза и ощутил аромат духов, название которых забыл.
В этот момент стюардесса обратилась к нему. У Брайана Энгла была
теория, что их обучали на каких-то специальных секретных курсах (возможно,
под кодовым названием "Как дразнить гусей") поджидать, когда пассажир
закроет глаза, чтобы предложить что-нибудь пустяковое. И разумеется, уметь
подождать, когда пассажир как следует уснет, чтобы разбудить его и
спросить - не нужны ли ему одеяло или подушка.
- Прошу прощения, - начала она и запнулась. Брайан проследил за ее
взглядом от его погон на плечах к фирменной шляпе. Подумала и начала
снова: - Прошу прощения, капитан, не желаете ли кофе или апельсинового
сока? - Брайан с некоторым удивлением заметил, что смутил ее. Она сделала
жест в сторону столика, стоявшего под киноэкраном. На нем стояли два
ведерка для льда, из которых торчали зеленые горлышки бутылок. - Конечно,
и шампанское есть.
|
BIGLIB
