 |
 |
Священный ужас
Автор "Уоррен Мерфи, Ричард Сэпир"
Размер 308378 Байт
Страница 17 из 26
|
 |
может остановиться и где-то еще.
-- В зоопарке. Вместе с лягушками и жабами, -- пробормотал Чиун.
-- Чиун, будь добр, выйди и поговори с девушками. Расскажи им о
великолепии Великого, -- попросил Римо.
Итак, Великий Мастер Синанджу вышел из кабинета, пока Римо и лжеиндиец
болтали глупости, и начал вести беседу с юными женщинами, собравшимися там,
и поведал им абсолютную истину, что было не слишком сложно, ибо никто
особенно не задавался вопросом, о ком именно он ведет речь.
-- Что вы думаете о Великом?
-- Он самый благородный, самый добрый, самый чуткий человек на земле, --
ответил Великий Мастер Синанджу.
-- Он правда воплощенное совершенство?
-- Некоторые приближаются к совершенству. Он достиг его и пошел дальше.
-- Чему он учит?
-- Творите добро и любите справедливость, и будьте милосердны, и все у вас
будет жорошо, -- изрек Мастер Синанджу.
-- Как нам приблизиться к совершенству?
-- Слушайте, что он говорит, и поступайте так, как он учит, -- сказал
Великий Мастер Синанджу. -- Это самая драгоценная истина, какую я могу вам
дать.
-- Идите сюда! Послушайте, что говорит этот мудрый человек. Познакомьтесь
с мудростью Востока, освященной блаженным совершенством Великого Владыки.
Такое занятие нашел для себя Мастер Синанджу, пока по соседству, в
маленькой комнате за закрытыми дверями, Римо продолжал совещаться с Кришной.
Когда дверь за Чиуном затворилась, Кришна обеими руками снял с головы
розовый тюрбан, и вокруг головы выросла копна светло-рыжих курчавых волос.
-- Ох, нелегкая это работа, -- вздохнул он.
-- Круто тебе приходится -- такое хозяйство, -- посочувствовал ему Римо.
-- Не-а, нет у меня никакого хозяйства. Они просто дали мне титул и платят
двадцать процентов от всего, что я заработаю. Понимаешь, я что-то вроде
дилера -- торгую блаженством. А что у тебя за акцент?
-- Ньюарк, штат Нью-Джерси, -- ответил Римо. Он был раздосадован -- ему
давно полагалось говорить без акцента.
-- Дай пять, старина, -- обрадовался Кришна. -- Я сам из Хобокена. Ньюарк
изменился.
-- Да и Хобокен тоже, -- сказал Римо, протягивая руку. Кришна схватил ее и
начал изо всех сил трясти.
-- Как ты во все это вляпался? -- спросил он.
-- Да как-то просто занесло, -- ответил Римо. -- А ты?
-- Ну, понимаешь, революция вроде как заглохла, и они начали закручивать
гайки. А ко всему этому дерьму насчет третьего мира у меня как-то никогда
душа не лежала. То есть, конечно, там можно было что-то сделать, но уж
слишком много придурков. И вот пару лет назад всплыло это дело, и я решил
завербоваться. Фирма Дора была тогда поменьше, чем сейчас, и им были нужны
профессиональные организаторы. Ну, и Ирвинг Розенблатт тут как тут. Но и
здесь все, как везде. Они начали разрастаться, и теперь на самых тепленьких
местечках сидят их собственные жирные задницы. Слушай, выпить хочешь?
Римо отрицательно покачал головой.
-- Может, травку? У меня тут прекрасный товар с Гавайев.
-- Нет, -- отказался Римо. -- Я завязал.
-- Пить в одиночку -- что может быть хуже! Только одно: не пить совсем.
Кришна подошел к небольшому шкафу, вытащил из-за книг бутылку виски, налил
себе полный стакан "Чивас Ригал", улыбнулся и подмигнул Римо:
-- За казенный счет езжу только первым классом.
-- Для грандиозного события все готово? -- поинтересовался Римо.
-- Хрен его знает! Это меня и бесит. Меня сделали боссом, я имею свои
двадцать процентов и не жалуюсь, потому что дела идут неплохо. А теперь,
когда они затеяли этот свой Марафон Блаженства, меня отставляют в сторонку.
Понасылали сюда своих ловкачей со всего мира, а я вроде не при чем. -- Он
злобно глотнул виски. -- Я скажу тебе, что они собираются сделать. Они
заявят, что сан-францисское отделение не имеет никакого отношения к
Марафону, и попытаются зажать мои двадцать процентов!
-- Сволочи, -- согласился Римо. -- Они что, даже не посвятили тебя в
детали?
-- Даже и понюхать не дали. Скажи ты. Что там будет? Все кругом только и
трубят о чем-то грандиозном.
Римо пожал плечами и без особых усилий изобразил сожаление:
-- Приказ, старина. Ты ведь понимаешь.
-- Да, ясно. -- Кришна сделал еще один большой глоток. -- Впрочем, не
беспокойся. Миссия Сан-Франциско будет присутствовать там во всей славе
своей, чтобы приветствовать старину Всеблагого.
-- Ты все-таки думаешь, что свами тут появится? -- продолжал допытываться
Римо.
-- Свами, -- расхохотался Кришна. -- Хорош свами!.. Да откуда мне знать?
Но на всякий случай мы установили тут его любимый электронный пинг-понг.
-- Кстати, должен тебя поздравить, -- сказал Римо.
-- У тебя тут очень крутая служба безопасности. Девушки -- это здорово.
Как они того парня отделали!
-- Ага. Телки -- они всегда в первых рядах борцов за свободу. Тяжкая это
доля -- родиться бабой.
-- То есть?
-- Ну а как же -- а с чего бы они тогда носились со всяким дерьмом? Все
ищут каких-то великих тайн или простого способа всех сделать счастливыми.
Что за жизнь!
Римо кивнул.
-- У тебя серебристая полоска на лбу. Похоже, ты был в Патне, но сохранил
способность мыслить здраво.
Кришна допил виски и снова наполнил стакан.
-- Знаешь, говорят, зараза к заразе не пристает. Бизнес Дора стар, как
мир. Немного наркотиков, много секса, а еще больше светлого будущего для
всего человечества. Хочешь трахнуть родную мамочку? Валяй. Это средство
достижения блаженства. Хочешь ограбить своего работодателя или надуть
акционеров? Ты просто обязан это сделать, если хочешь достичь блаженства.
-- А ты сам?
-- Когда я поехал в Патну, я прекрасно представлял себе, что меня ждет. И
его штучки не сработали. Я уже сидел на игле, и секса я перепробовал
предостаточно, так что этим меня не проймешь. А счастье всего человечества?
Тьфу, я и так всегда счастлив. Но как бы то ни было, я притворился и вел
себя, как все остальные, и вот я тут, и не просто я -- а главный гуру. И
сдается мне, они хотят надуть меня и отобрать мои кровные двадцать
процентов. Пусть лучше поостерегутся. А если они это сделают -- я уйду в
трансцендентальную медитацию.
-- Во всяком случае, -- произнес Римо, вставая, -- я сообщу, куда надо,
что система безопасности у тебя безупречна. И вообще все отделение, помоему,
работает неплохо.
-- Спасибо. У вас есть где остановиться?
Римо помотал головой.
-- Ладно, оставайтесь здесь. У нас наверху полно свободных комнат. Раньше
тут был бордель.
-- Думаю, так мы и поступим, -- согласился Римо.
-- Здесь мы будем поближе ко всему происходящему Особенно если Всеблагой
соизволит явиться. Скажи мне еще вот что: как ты добился такого цвета кожи?
-- Лосьон для загара, -- усмехнулся Кришна. Он отставил стакан и теперь
пытался запихнуть свои рыжие космы под розовый тюрбан. -- Ну, знаешь, эта
химическая дрянь. Мажься погуще и почаще -- и станешь коричневым, как
индиец. Одно неудобство -- когда я езжу в Малибу на уикенд, то выгляжу так,
будто у меня желтуха.
Зазвонил телефон. Кришна откашлялся и, подражая индийскому акценту,
сказал:
-- Миссия Небесного Блаженства. Может ли Кришна вас осчастливить?
Он выслушал, что ему сказали, и присвистнул'
-- Ни фига себе. Спасибо, что позвонили.
Он повесил трубку и улыбнулся Римо:
-- Черт побери, я рад, что вы тут.
-- А что такое? -- удивился Римо.
-- На прошлой неделе прошел слушок, что в отделении Миссии в Сан-Диего
произошла какая-то заварушка. Но толком никто ничего не знал или не хотели
говорить. А сейчас мне рассказали. Старший гуру, Фредди, откинул копыта.
Кто-то сломал ему шею.
-- Кто же? -- невозмутимо спросил Римо.
-- Они пока не знают. Все там разбежались, чтобы не иметь дела с полицией.
-- Ты думаешь, они подбираются к Шриле?
-- Черт его знает, -- пожал плечами Кришна. -- Одно тебе скажу: я рад, что
ты здесь. Мне вовсе не хотелось бы чтобы тут болтались всякие психи и
убивали моих людей
-- Не волнуйся, -- заверил его Римо. -- Мы тебя защитим.
ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ
-- Кто же он, Элтон?
-- Индеец.
-- Да брось ты, Элтон, во всей стране не осталось ни одного индейца.
-- Да не тот индеец. Он из тех индейцев, что в Индии живут. -- Элтон Сноуи
перегнулся через стойку, всю испещренную следами окурков, и прошептал в
багровое ухо бармена: -- Вроде как ниггер, ясно?
-- Еооо... С твоей Джоулин? -- На толстом лице цвета вареного рака
отразилось недоверие.
Сноуи мрачно кивнул.
-- Наркотики. Он ее накачивает. Ну, я пошел к пастору-ниггеру и отправил
его туда, но он так и не вернулся. Наверное, и его накачали.
-- Слушай, Элтон, по-моему, все пошло наперекосяк с тех пор, как этот
раздолбай заказал чашку кофе.
Сноуи задумчиво кивнул и глянул на стакан кактусовой водки в руке.
-- Надо было его тогда пристрелить, -- продолжал бармен. -- Да, -- сказал
он, как бы соглашаясь с собой. -- Надо было его пристрелить.
Сноуи, который вымотался, весь день собирая отряд добровольцев, готовых
помочь ему в деле спасения дочери, устало ответил:
-- Но как бы это помешало этому кобелю из Индии?
-- Это был бы для него урок. Вся беда в том, что мы слишком позволяем
высовываться всяким ублюдкам. Сначала ниггеры, потом пуэрториканцы, потом
настоящие индейцы, а теперь еще эти странные индейцы, которые на самом деле
ниггеры. И все они нами утираются. Не успеешь оглянуться, как еще и католики
начнут выступать.
-- Будем молиться, чтоб до этого не дошло, -- сказал Сноуи.
--Да уж. А то после них непременно жди жидов.
Мысли о таких ужасных последствиях усилили жажду Сноуи, он залпом осушил
стакан и со стуком поставил его на стойку
-- Еще, Элтон?
-- Нет, хватит. Ну, и как?
-- Только мигни. Я с тобой.
-- Хорошо, -- произнес Сноуи. -- Собери вещи. Мы едем сегодня.
-- Мы?
-- Ты, я, Фестер и Пьюлинг.
-- Хей-хо! -- воскликнул бармен. -- Все мы едем в Сан-Франциско?
--Угу.
-- Черт побери, вот это я понимаю -- гулять так гулять! И без жен!! Хей--
хо!! -- Он так громко закричал, что посетители бара уставились на него с
недоумением Он наклонился к Сноуи и сказал уже тише: -- Я просто сгораю от
нетерпения.
-- Сегодня вечером у меня. В шесть.
ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ
Он ехал из Фриско на запад, в сторону Японии, которая называет себя
Страной восходящего солнца, но с точки зрения Америки является Страной
заходящего солнца, что Америка и продемонстрировала в конце Второй мировой
войны, и далее -- через мост Золотые Ворота, застенчиво краснеющий в лучах
полуденного солнца. Зной прогнал покров тумана, вездесущие рабочие наносили
на мост очередную дозу омерзительной красной краски, а его путь лежал дальше
-- с моста на шоссе, потом в тоннель, разинутая пасть которого была
размалевана всеми цветами радуги, и, наконец, снова из тоннеля на шоссе.
Он вел машину без напряжения, очень четко. Его внимание не было
сконцентрировано ни на машине, ни на дороге, его тело и инстинкты были
просто настроены на одну волну с ними и автоматически реагировали на каждый
поворот дороги, точно рассчитывая массу ма шины, скорость, величину
центробежной силы с поправкой на коэффициент трения колес -- и все это не
сознанием, а кончиками пальцев, ладонями и спинным мозгом.
Фердинанд Де Шеф Хант никогда раньше не бывал в этой части Сан-Франциско.
Несколько лет назад он приезжал сюда по делам, но у него тогда не было
никакого желания осматривать окрестности
|
