 |
 |
Священный ужас
Автор "Уоррен Мерфи, Ричард Сэпир"
Размер 308378 Байт
Страница 8 из 26
|
 |
-- Быстрей, быстрей, давай к сути.
-- И третий вождь...
-- Ну да, да, да! И с его шеей было то же. Дальше.
-- Дальше Великий Могол позвал людей нашего племени к себе во дворец и
выстроил нас рядами. И он сказал нам, что нам только кажется, будто мы
воины, а на самом деле мы -- просто младенцы, которым в руки попали мечи. И
он велел воину, лучше всех владеющему мечом, выйти из строя. И он велел
воину, лучше всех владеющему пикой, выйти из строя. И он велел самому
могучему силачу выйти из строя. И он сказал нам: "В отсутствие тигра
обезьяна думает, что может стать царем. Вот перед вами тигр", -- сказал он.
И все увидели человека с Востока, желтого человека. И император пообещал,
что если хоть кому-нибудь из наших лучших воинов удастся убить этого
человека, он получит и земли, и женщин, и все богатства императора.
-- Ну, и у них ничего не вышло, продолжай, -- нетерпеливо сказал Шрила.
-- Да, но как все это было! У воина, вооруженного мечом, были отрублены
руки. У воина, вооруженного пикой, были выколоты глаза, а у силача был
сломан позвоночник -- так быстро двигались руки этого желтолицего, что никто
из моих предков даже и не заметил, как все это произошло. А потом он подошел
к каждому из трех мертвых тел и одним движением -- таким незаметным, что оно
казалось просто легким прикосновением, -- раздробил шеи. И тогда император
сказал, что вот перед нами тигр, а раз мы обезьяны, то и должны убираться
туда, где живут обезьяны, -- в горы. И если кто-нибудь из нас останется, ему
придется встретиться лицом к лицу с Великим Мастером. Великий Мастер -- так
император именовал этого желтолицого. И он добавил, что если когда-нибудь
кто-то из людей нашего племени вернется на равнину, ему снова придется иметь
дело с Мастером. Вот таков этот рассказ, и с той поры, о Великий, я ничего
не слыхал о людях, которые убивают таким образом, пока мне не рассказали про
одного из преданных, убитого в Америке, в штате Нью-Мексико.
-- Ну и в чем проблема?
-- Проблема в том, о Совершенный, что в тот день, когда умер черный слуга
Божий, земля затряслась, и теперь я опасаюсь того, что может нагрянуть с
Востока.
-- Ты боишься какого-то китайца, так?
-- Кого-то с Востока.
-- А скажи мне, как там тебя, каким же образом вы спустились с гор? Ведь
насколько я понимаю, большая часть твоих соплеменников все еще живет там.
-- Я служил вашему отцу, о Бесценный.
-- Ну да, но почему? Почему ты осмелился спуститься с гор?
-- Потому что ваш отец освободил меня. Он был сама Истина, и он освободил
меня, и я и многие мои братья нашли в себе мужество спуститься с гор и
поселиться в Патне. Мы -- единственные из племени иллибад, кто осмеливается
носить серебряную полоску на лбу, живя на равнине.
-- Ну что ж, мой отец был хорош, но я лучше. А если бы я был недостаточно
хорош, то вы не чувствовали бы себя в безопасности. А посему возвращайся к
работе и проследи, чтобы эти баптистские священники были постоянно
счастливы.
-- Душа моя не знает страха, о Совершенный, но все же у меня сосет под
ложечкой.
-- У вашего императора был первоклассный телохранитель, который справился
с целым племенем. Что ж, нам придется купить собственных телохранителей. О
чем горевать и печалиться? Мы наймем убийц, и они защитят нас от вашей
идиотской легенды.
-- Я сам займусь поисками подходящих людей.
-- Ничего подобного ты не сделаешь. Тебе и твоим братьям я не доверю
купить даже жевательную резинку. Я сам сделаю это.
-- Но, Совершенство, покупка услуг наемных убийц запрещена законом во всех
странах Запада.
-- Здесь у нас тоже.
-- Но ведь законы Индии -- лишь благие пожелания, а в тех далеких странах
это -- строгие и четкие правила. И слугам закона там безразлично, кто ты --
святой или неприкасаемый.
И тогда Шрила Гупта Махеш Дор отдал приказ своему подданному:
-- Исчезни и на этот раз не завали всю подготовительную работу. Аренда
стадиона "Кезар" стоит уйму денег. И смотри, не заиграйся с баптистскими
священниками. Ты уже одного убил.
-- У нас есть другие, о Всеблагой Владыка.
-- Да, жалкие полдюжины.
-- Со многими из них было трудно справиться.
-- Если ты туп, как задница, то тебе любое дело покажется трудным.
-- К сожалению, должен сообщить, что еще один из них умирает.
-- Черт! -- выругался Шрила Дор. -- Все приходится делать самому.
И вот он спустился в лазарет, и жрец-охранник у массивной окованной двери
склонился в поклоне, пропуская его, и Шрила коротко побеседовал с каждым из
баптистских священников. Он обменялся с ними лишь несколькими словами, но
смысл их неизменно сводился к одному: священники сделали правильный выбор.
Разве не Бог, которому они поклонялись, создал их тела?
Разве их тела лгут им? Разве они думают, что Бог хочет, чтобы они были
несчастливы? И кроме того, кто привел их сюда, если не воля их Бога?
А того священника, который находился при смерти, Всеблагой Владыка
спросил, зачем он это сделал. Зачем он отказался от наслаждения жизнью?
-- Твой путь -- это смерть, -- еле слышно выговорил этот человек. Бледное,
осунувшееся лицо, красные глаза, белые волосы разметались по больничной
подушке.
Шрила Дор жестом велел сиделкам удалиться. Он откинул светло-серое одеяло
с эмблемой Миссии Небесного Блаженства и увидел, что наручники и ножные
кандалы до сих пор не сняты. Этот человек был здесь уже неделю и все еще
проходил первую стадию. Дор знал, что человеческое тело не может выдержать
первую стадию в течение этого срока. Под красными глазами уже появились
глубокие темные впадины. Пальцами он ощупал грудь умирающего. Сердце билось
очень слабо.
-- Ты умираешь, -- сказал Дор.
-- Я знаю, -- ответил священник.
-- Скажи мне, почему ты сопротивлялся своему телу? Что заставило тебя
совершить такую глупость? Другие не стали сопротивляться.
-- Я знаю.
-- А что же ты?
-- Я прошел через это раньше.
-- Ты бывал в Патне раньше? -- удивился Дор.
-- Нет. Наркотики. Когда-то я сам этим занимался. Я был шулером,
взломщиком, сутенером, убийцей и вором. Самым падшим из падших. И я знаю,
что значит -- посадить на иглу. Я сам таким образом отправлял девочек на
панель. Секс и игла -- и они твои, и чем дольше они остаются с тобой, тем
сильнее это входит у них в привычку, и потом уже можно обойтись без иглы.
-- Я не знал, что это столь распространено. Интересно. Я думал, что эту
формулу изобрел мой прадед.
-- Сатана не вчера явился в этот мир.
-- Да, но это комплексный подход. Лишить человека его собственного "я" и
подставить на его место новое "я" по своему желанию.
-- Старье.
-- Да, но мы пользуемся не героином. У нас целый набор -- просто симфония
разных препаратов, и плюс к этому -- воздействие словом.
-- Героин, алкоголь, травка, даже сигарета, если человек достаточно сильно
в этом нуждается. Все что угодно. Даже еда, если ваш клиент достаточно
голоден. Старье, дружище.
-- Так почему же ты не поддался?
-- Иисус.
-- Вот уж старье, -- фыркнул Шрила Дор.
-- Он вечно юн и нов, и я скоро встречусь с ним.
Круглоликий юноша почесал в затылке, задумался, а потом произнес -- очень
медленно, взвешивая каждое слово:
-- Разве ты не знаешь, что мы даруем умиротворение тысячам душ? И даже без
наркотиков. Тысячам. Наркотики -- это для особых случаев, для тех, от кого
нам нужно что-то особенное.
-- Вы даруете ложное умиротворение.
-- С вами, раскаявшимися преступниками, совершенно невозможно иметь дело.
-- Благословен будь Владыка наш!
-- Спасибо, -- рассеянно отозвался Шрила Дор и лишь потом сообразил, что
не он имеется в виду...
-- Вот что я тебе скажу, -- задумчиво произнес Всеблагой Владыка. --
Помоему, я могу спасти твое тело. Давай заключим соглашение.
-- Никаких соглашений, -- отрезал умирающий Веки его начали дергаться.
Дор понял, что конец близок.
-- Я дам тебе все что захочешь, если ты порекомендуешь мне какого-нибудь
мокрушника.
-- Кого?
-- Профессионального убийцу.
-- Нет, я отошел от прежней жизни. Я больше не имею дела с подобными
людьми.
-- Слушай меня. У меня здесь еще пять баптистских священников. Пятеро. Я
отпущу одного из них, если ты назовешь мне хорошего убийцу. Хорошего, я
подчеркиваю это. Большинство из них ужасно непрофессиональны. Назови мне
хорошего профессионала, и я верну твоему Богу одного из его людей. Ну как? Я
гарантирую тебе возвращение одного христианина за жизнь человека, который
скорее всего язычник. Может быть даже, это католик или иудей. Ты ведь их
ненавидишь, не так ли?
-- Нет.
-- Я думал, вы все друг друга ненавидите.
-- Нет.
-- Чего в этом мире избыток, так это неверной информации. Ну так как? Даю
двоих. Я готов даже отпустить троих. Меньше я не могу себе оставить.
-- Всех.
-- Хорошо. Всех.
-- Освободи их от своего греховного воздействия, и я -- Господь да простит
мне это! -- назову тебе имя наемного убийцы.
-- Решено. Клянусь тебе всем, что свято для меня. Слово Шрилы Гупты Махеша
Дора, Совершенства на Земле, Великого Всеблагого Владыки. Слово мое крепко.
Где я найду этого парня?
Умирающий пастор назвал реку Миссисипи. По берегам этой реки -- вверх по
течению от Нового Орлеана -- есть много маленьких городов. Некоторые из них
были основаны французами. В одном из этих городов жило семейство Де Шеф,
сейчас они носят фамилию Хант. От отца к сыну в этой семье передавалось
искусство наемных убийц. Это самые меткие стрелки в мире. Но это было
двадцать пять лет назад. Священник не знал, занимаются ли они этим
по-прежнему.
-- Кто хоть раз ввязался в подобные дела, тот уже никогда с этим не
развяжется, -- изрек Шрила Дор. -- Повтори имя.
-- Де Шеф или Хант.
-- Как далеко вверх по реке от Нового Орлеана? Я спрашиваю, как далеко?
Дор положил руку пастору на грудь. Биения сердца он не ощутил. Он прижался
к бледной груди ухом и почувствовал, что она уже остыла. И больше ничего. Он
быстро наклонился к изножию кровати и глянул на ленту электрокардиограммы --
прямая линия. Рядом лежала шариковая ручка. Шрила Дор второпях записал имя.
Де Шеф.
Он оторвал клочок бумаги с именем от ленты кардиограммы и направился к
двери. За дверью, в коридоре, его поджидал один из бывших баптистских
священников.
-- О Всеблагой Владыка, я слышал, как вы обещали отправить меня назад, к
моей прежней жизни. Пожалуйста, не делайте этого. Я здесь обрел Высшую
Истину
-- С чего ты взял, что я тебя отсюда вышибу?
-- Из-за обещания, которое вы дали непросветленному брату.
-- А, этому покойнику. Там, в комнате, да?
-- Да, вы поклялись всем, что для вас свято.
-- Я свят для себя. Ты свят для меня. Мы святы для нас. Этот кусок тухлого
мяса не был просветленным, а значит, он не свят. И незачем осквернять
святое, связывая его с нечестивым. А значит, с самого начала я себя ничем не
связал.
-- О, да будет благословенна ваша Вечная Истина! -- воскликнул бывший
баптистский священник и покрыл ступни Дора поцелуями, что было нелегкой
задачей, так как Всеблагой Владыка тем временем быстро шел по коридору.
Очень быстро. Приходится передвигаться быстро, а то все эти преданные просто
зальют ноги своей липкой слюной.
-- Что у нас в Новом Орлеане? -- спросил Великий Владыка одного из своих
старших жрецов. -- У нас должно там быть отделение. Это крупнейший торговый
район. Я его хорошо знаю.
ГЛАВА ПЯТАЯ
Миссия Небесного Блаженства на Лорки-стрит в Сан-Диего смотрелась как
умытое лицо среди грязных задниц. Стекла окон были до блеска вымыты, стены
|
