 |
покажем, что настоящих американцев не запугать!
На его призыв откликнулись далеко не все, а кое-кто даже поспешно
отбежал в сторону.
Поняв, что надо действовать, Римо нырнул в толпу демонстрантов.
- Спорить я с вами не собираюсь, - проронил он. -- Может быть, в другой
раз, когда у нас будет побольше времени.
Хватая попадавшихся ему под руку людей за запястья, и защемляя нервы,
Римо побирался сквозь ряды пикетчиков. Люди отскакивали, словно ужаленные,
но, тем не менее, двигались в том направлении, которое было нужно Римо.
Через несколько секунд на шоссе никого не осталось.
Танки завернули к въезду в лагерь. Как только внутрь проехал первый из
них, пикетчикам уже не хватило духу, чтобы снова перегораживать остальным
дорогу. Колонна танков, казалось, тянулась бесконечно. Видневшиеся в
открытых люках водители неподвижно глядели прямо перед собой, словно они
были всего лишь частью этих бронированных монстров.
- Просто бред какой-то, - словно не веря своим глазам, проговорила
Шерил. -- Что это на них нашло? Мы ведь всего лишь снимаем фильм.
- Попробуйте им это объяснить, - отозвался Римо.
Шерил отряхнула пыль со своей ковбойской шляпы.
- Да, а вы неплохо разогнали профсоюзный пикет, - заметила она. --
Готова поспорить, танки передавили бы их, словно котят.
- Интересно... - задумчиво сказал Римо.
- Что интересно?
- По ту ли сторону баррикад мы с вами оказались? - Он поглядел вслед
последнему танку, из под гусениц которого разлетался в стороны песок.
- Ну что ж, надо двигаться. Придется тащиться до съемочного лагеря
пешком. Ну ничего, Джиро еще об этом услышит!
- Кто это?
- Джиро Исудзу, исполнительный продюсер. Этакий упрямый сукин сын. По
сравнению с ним, эти танкисты сущие агнцы. Разве что Джиро настолько вежлив,
что иногда хочется свернуть ему шею. По крайней мере, мне хотелось не раз.
ГЛАВА ВОСЬМАЯ
- Помилуйте, Мастер Синанджу, - надтреснутым, сухим голосом взмолился
Харолд Смит. -- Уже три часа ночи. Мы могли бы продолжить переговоры завтра.
- Нет, - ответил Чиун, - мы ведь почти закончили. Зачем же прерывать
такую важную беседу сейчас, когда мы вплотную подобрались к соглашению?
Доктору Харолду Смиту, однако, так не казалось. Лично он вплотную
подобрался только к полному физическому истощению. Вот уже почти
девятнадцать часов Мастер Синанджу вел с ним самые запутанные и сложные
переговоры за всю долгую историю их сотрудничества. Занятие это само по себе
было не из легких, но они еще, вдобавок, все это время провели, сидя на
жестком полу в кабинете Смита. Чиун заявил, что, хотя Смит -- император, а
он всего лишь императорский ассасин, при заключении честной сделки это не
имеет никакого значения, и доктор не может восседать на своем "троне", а
ему, Чиуну, не приличествует стоять. Поэтому они и сидели на полу, не
прерываясь ни на еду, ни на питье.
Несмотря на то, что ночь уже подходила к концу, Чиун выглядел свежо,
как маргаритка ранним летним утром, в то время как лицо Харолда Смита по
цвету напоминало несвежую устрицу. Смит чувствовал себя полутрупом, если не
считать раздираемого болью желудка. Этот незапланированный постный день в
сочетании с нервным стрессом вызвал у него повышенную кислотность, которая
разбередила застарелую язву. Если эта пытка будет продолжаться и дальше,
подумал Смит, то вместо желудка у меня будет одна огромная дырка.
- В этом году, - проговорил Чиун, время от времени заглядывая в
разложенный на полу свиток, который удерживали по краям два специальных
грузика, - мы согласились на весьма скромное увеличение моего вознаграждения
-- десять процентов от общей суммы, золотом. Чтобы отразить изменившееся
положение дел.
- Я все-таки не могу понять, почему я должен увеличить сумму, хотя
новый договор не предусматривает вашего участия в заданиях вместе с Римо, -
тупо глядя в пол, сказал Смит. -- Разве это не означает, что работы теперь
стало меньше?
- Для Мастера Синанджу -- да, но не для Римо. - Чиун с глубокомысленным
видом поднял палец. -- К нему перейдет часть моих обязанностей,
соответственно, оплату нужно увеличить.
- Да, но разве не имеет смысла вычислить, сколько стоили ваши
дополнительные услуги согласно изначальному договору, а потом договориться,
какое будет вознаграждение для Римо?
Чиун отрицательно покачал убеленной сединами головой.
- Ни в коем случае. Ведь эти условия оговаривались в старом контракте,
а мы с вами собираемся заключить договор на совершенно иных условиях. Это
только внесет лишнюю путаницу.
- По-моему, все и так уже окончательно запуталось, - горестно вздохнул
Смит. Его лицо, обычно казавшееся аристократическим, выглядело, словно
выжатый до последней капли лимон.
- Тогда позвольте мне все вам объяснить, - вызвался Чиун, тихо добавив,
- в очередной раз. Десять процентов полагаются Римо за увеличение объема
работы. И плюс к тому, мой собственный гонорар, который будет выплачен
драгоценными камнями, шелком и рисом.
- Если вы не принимаете участия в заданиях, над которыми работает Римо,
то в чем же заключается ваша роль? -- недоуменно спросил Смит. - Это просто
выше моего понимания.
- Пока Римо, расширяя свой кругозор, наслаждается путешествиями в столь
отдаленные экзотические края, как Аризона...
- Аризона - штат на западе США, - раздраженно заметил Смит, - и его
вряд ли можно назвать "экзотическим краем".
- ...в отдаленные западные штаты, с точки зрения корейцев определенно
экзотические, - упрямо продолжал Чиун, - и созерцает великолепие местной
природы...
- Это же пустыня. Дикий, безлюдный край.
- ... и встречается с различными знаменитостями, такими, как Бартоломью
Банзини...
- Бронзини, - со вздохом поправил Смит. - Сколько же вы будете меня
этим попрекать! В конце концов, идея, что Римо отправится обезвреживать
Санта-Клауса в одиночку, принадлежала вам.
- Да, это была ошибка с моей стороны, - милостиво признал Чиун, - и я
готов ее признать, если вы пойдете на определенные уступки.
- Я не могу, повторяю, просто не имею возможности устроить вас на эти
съемки, - твердо проговорил Смит. - Поймите же, с мерами безопасности,
принятыми там, нам не сладить.
Испещренное морщинами лицо Чиуна нахмурилось.
- Понимаю. Хорошо, не будем больше затрагивать эту тему.
Услышав это, Смит с облегчением распрямил плечи, но, как только была
произнесена следующая фраза, снова напрягся.
- В оговоренной нами сумме должны учитываться и мои новые обязанности.
Смит ослабил узел галстука.
- Какие именно?
- Обязанности, появившиеся во время последнего задания Римо, - пояснил
Чиун, зная, что ослабленный узел галстука - первый признак того, что
упрямство императора подается под его напором.
- Но вы же остались дома, - запротестовал Смит.
С важным видом подняв указательный палец, на котором блеснул длинный
холеный ноготь, Чиун мрачно проговорил:
- И не находил себе места от волнения.
От карандаша Смита с треском отлетел кусочек сломавшегося грифеля.
- Но ведь есть же способ все это уладить, - простонал доктор. - Просто
обязан быть.
Агатовые глаза Чиуна сверкнули.
- Способ всегда найдется, - заметил он, - особенно для такого
изобретательного правителя, как вы.
- С вашего разрешения, я сделаю один звонок.
- Хорошо, я готов поступиться запретом на разговоры по телефону, -
великодушно кивнул Чиун, - при условии, что это поможет быстро решить нашу
проблему.
Смит попытался подняться, но замер, и в недоумении уставился на
собственные ноги.
- Они меня не слушаются, - пожаловался он. - Должно быть, затекли.
- А вы не заметили, как они занемели? - поинтересовался Чиун.
- Нет. Вы мне не поможете?
- Разумеется, - ответил Чиун, вставая с пола. Не обращая внимания на
протянутую Смитом руку, он прошел к столу и спросил:
- Какой именно телефонный прибор вам нужен?
- Вообще-то, я хотел бы подняться на ноги, - заметил Смит.
- Всему свое время. Вам потребовался телефон, так что давайте сначала
займемся основным вашим пожеланием, а потом уже перейдем к остальным.
Смит хотел было сказать, нет, прокричать Мастеру Синанджу, что в
настоящий момент он желал лишь одного - снова овладеть собственными ногами,
но осекся. Он знал, что Чиун только ловко сменит тему, поэтому решил, что
взять телефон - самый быстрый способ добиться своего.
- Принесите обычный, - попросил Смит.
Не обращая внимания на красный телефон без диска, от которого тянулась
прямая линия в Белый дом, Чиун выбрал более привычный офисный аппарат и
величественным движением опустил его на колени Смиту.
Сняв трубку, Харолд Смит принялся набирать номер.
- Алло, Милбурн? - проговорил он. - Да, знаю, уже три часа ночи, но
дело не терпит отлагательства. Пожалуйста, не кричи. Это Харолд.
Чиун слегка повернулся в его сторону, и напряг свой чуткий слух.
- Твой кузен Харолд, - повторил Смит. - Да, именно тот. У меня к
тебе огромная просьба. Ты все еще имеешь отношение к изданию... ммм...
журналов? Замечательно. У меня сейчас сидит один человек, который хочет у
тебя опубликоваться.
- Скажите, что я замечательный поэт, - громким шепотом подсказал Чиун,
не вполне понимая, какое отношение этот разговор имеет к Аризоне, но втайне
надеясь, что мозги Смита справились с напряжением этих марафонских
переговоров, и тот знает, что делает.
- Нет, Милбурн. Да, я знаю, что ты не печатаешь стихов. У моего
знакомого очень разносторонний талант. Если обеспечишь ему пропуск на
съемочную площадку, могу ручаться, что ты получишь интервью с Бартоломью
Бронзини.
Чиун удовлетворенно улыбнулся. Хотя Смит и бормотал себе под нос,
окончательно с ума он еще не сошел.
- Я не знал, что таких пропусков не существует. А, так вот как это
обычно делается? Что ж, если ты берешь на себя все детали, я со своей
стороны готов обещать, что Бронзини согласится. Моему знакомому почти
невозможно отказать.
Просияв, Чиун в знак одобрения оттопырил большой палец. Как раз в этот
момент Смит прикрыл ладонью ухо, чтобы лучше слышать собеседника, и Чиун еще
долго спрашивал себя, что это - тайный масонский знак или просто жест,
выражающий недовольство.
- Его зовут Чиун, - объяснял Смит. - Да, это фамилия. Если я ничего не
напутал, - неуверенно добавил он, поворачиваясь к Мастеру Синанджу.
- Мое полное имя так и звучит, - отозвался старый кореец. - Я ведь не
какой-нибудь Джон или Чарли, которым никак не обойтись без второго имени,
чтобы их можно было отличить от сотен других людей.
- Вообще-то, это его творческий псевдоним, - сказал Смит в трубку,
опасаясь, что, пустись он в объяснения, и без того долгий разговор затянется
еще больше. - Хорошо, огромное спасибо. Он обязательно придет.
Дрожащими от напряжения пальцами Смит опустил трубку на рычаг.
- Я обо всем договорился, - сообщил он. - Но вам придется выполнить ряд
формальностей, и пройти собеседование.
- Конечно. Я отлично понимаю, что, раз уж эти люди хотят получить от
меня киносценарий, они должны быть полностью уверены, что по мне силам эта
важная задача.
- Нет, нет, вы меня не поняли. Писать сценарий вам не придется. Мой
кузен Милбурн занимается журналами, посвященными кинозвездам. Вы отправитесь
на съемки "Красного Рождества" в качестве журналиста.
- Мне придется читать журналы? - воскликнул Чиун. - Но зачем?
- Нет, журналисты занимаются совсем не этим. Я буду рад рассказать об
этом поподробнее, если вы поможете мне подняться с пола.
- Уже спешу, О Император! - весело откликнулся Чиун, и, нагнувшись,
легким движением пальцев надавил Смиту на коленные чашечки.
- Я ничего не чувствую, - сообщил Смит, когда Чиун убрал руку.
- Вот и замечательно, - заверил его Чиун.
- То есть?
- Это значит, что когда я помогу вам подняться, вы не почувствуете
боли.
Чиун оказался прав - Смит даже не ощущал обычного покалывания в
разбитом артритом колене, пока Мастер Синанджу помогал ему усесться за стол.
|
BIGLIB
