 |
- Было еще семеро, - сказал Харденджер. - Первый, как отметили, ноч-
ной часовой. Он прослужил только два дня, его перевод был полнейшей нео-
жиданностью для меня: послали из полка заменить заболевшего. Доктор Гре-
гори был дома всю ночь. Он живет в довольно дорогих меблированных комна-
тах высшего класса за пределами Альфингема. Полдюжины людей могут клят-
венно подтвердить, что он находился дома, по крайней мере, до полуночи.
Он отпадает. Доктор Макдональд был дома с очень респектабельными друзь-
ями. Играли в карты. Двое из них - техники. Верити и Хит были в прошлый
вечер на танцах в Альфингеме. Остальные двое - Робинсон и Марч - были на
свидании со своими подружками. Ходили в кино, в кафе, затем - такси, и -
к ним домой.
- Итак, вы ничего не обнаружили?
- Ровно ничего.
- А как те два техника и их девочки? - спросила Мэри. - Робинсон и
Марч обеспечивают алиби друг друга. А девушка могла быть и для отвлече-
ния внимания.
- Нет, не то, - сказал я. - Кто бы все это ни подстроил, он ни за что
не впал бы в элементарную ошибку, обеспечив себе подобное алиби. Тот
хитрее. Если бы эти девочки были незнакомы с парнями и раньше, возможно,
здесь что-нибудь и светило бы. Но если Робинсон и Марч не меняли своих
подружек с последней нашей проверки их, то они просто невинная пара.
Старший инспектор смог узнать от них всю правду в пять минут. А возможно
- и за две.
- Именно две минуты и ушло на это, - подтвердил Харденджер. - Ничего
не вышло. Мы отправили их обувь в лабораторию на анализ, жирная глинис-
тая почва въедлива, проникает в мельчайшие швы и трещины и служит хоро-
шим индикатором. Чистая формальность. Ничего из этого не выйдет. Хотите
копии всех заявлений свидетелей и допросов?
- Да, пожалуйста. Что намерены предпринять дальше?
- А вы что? - спросил в ответ Харденджер.
- Опрошу Тариэла, Ханберри, Кливдена и Уйбриджа, чтобы установить,
говорили ли они кому-либо о денежных затруднениях Хартнелла. Затем прис-
туплю к Грегори, Макдональду, Хартнеллу, Чессингему и четырем техникам,
естественно, к каждому в отдельности, изучу их знакомства. Были ли они
когда друг у друга дома? Последнее можно узнать мимоходом. Затем по их
домам пойдет группа специалистов проверять отпечатки пальцев. Вам не по-
надобится доставать ордера на арест. Если Икс будет утверждать, что он
никогда не был дома у Игрека, а вы по отпечаткам знаете, что он лжет,
тогда кое-кто даст нам любопытное объяснение.
- Включая дома генерала Кливдена и полковника Уйбриджа? - серьезно
спросил Харденджер.
- Наплевать, сейчас не до щепетильности. Не время учитывать чье-то
уязвленное самолюбие.
- Это очень и очень дальний прицел, - сказал Харденджер. - Во всяком
случае, тщательно прячущие связи между собой преступники никогда не бу-
дут открыто встречаться в своих домах.
- А можете ли вы игнорировать этот дальний прицел?
- Вероятно, не можем, - сказал Харденджер и повторил: - Вероятно,
нет.
Ровно двадцать минут спустя после их отъезда я вышел через окно на
веранду, прошел через двор, сел в машину и помчался в Лондон.
В половине третьего утра меня провели в библиотеку Шефа в его кварти-
ре на Ист-энд. Шеф был в красном стеганом халате. Он поздоровался и ука-
зал на стул. Я его не разбудил, а халат ничего не значил: Шеф постоянно
ходил так дома.
Шести футов ростом, соответствующей комплекции семидесятилетний ста-
рик выглядел бодро - осанка спортивная, да и глаза моложавые. Они-то и
скрадывали его возраст. Густые седые волосы и такие же седые, аккуратно
подстриженные усы, карие глаза и самая светлая голова, которую я ког-
да-либо встречал.
- Итак, Кэвел, - деловито-резко, но совсем не по-военному сказал он,
- хорошенькую кашу вы заварили.
- Да, сэр. - Для меня он был единственным в мире, кто заслуживал об-
ращения "сэр".
- Один из моих лучших сотрудников Нейл Кландон мертв. Другой, тоже из
лучших, Истон Дерри, значится без вести пропавшим, но, по всей видимос-
ти, тоже мертв. Выдающийся ученый доктор Бакстер тоже мертв. Чья вина,
Кэвел?
- Моя. - Я взглянул на графин с виски. - Я мог бы выпить, сэр?
- Не часто ты не можешь этого сделать, - язвительно сказал он и за-
тем, немного смягчившись, спросил: - Нога-то пока действует?
- Немного шевелится. Прошу прощения за столь поздний час, сэр. Но не-
обходимость заставляет. Хотите, чтобы я рассказал эту историю?
- Точно, кратко и сначала.
- Харденджер появился в девять утра. Послал инспектора Мартина прове-
рять мою лояльность, переодев его бог знает в кого. Полагаю, вы об этом
знали. Могли бы предупредить меня.
- Пытался, но опоздал, - нетерпеливо сказал он. - Сообщение о смерти
Кландона пришло к генералу Кливдену и Харденджеру раньше, чем ко мне. Я
звонил вам, но ни домашний, ни в конторе телефоны не отвечали.
- Харденджер отключил телефоны, - пояснил я. - По крайней мере, я
прошел испытание. Харденджер удовлетворен. Просил меня приехать в Мор-
тон. Сказал, что вы неохотно согласились. Выходит, немного нужно, чтобы
создать у Харденджера убеждение в собственном величии.
- Да, так и есть. Но советую не недооценивать Харденджера. Выдающийся
полицейский. Он вас ни в чем не подозревает? Уверены?
- Что все подстроено? Что вы перевели меня из специального бюро в
Мортон и затем снова оттуда? Гарантирую, у него нет подозрений.
- Хорошо. А теперь рассказывайте. Попусту слов я не тратил. Главное,
что надо знать, общаясь с Шефом, - никогда не говорить лишних слов. Че-
рез десять минут он знал самое необходимое. И это он уже никогда не за-
будет.
- Почти точное изложение докладов Харденджера, полученных мной по
официальной линии, - заметил он.
- Почти, - сказал я.
- Хороший полицейский концентрирует внимание на самом существенном.
Ваши выводы, Кэвел?
- Что с расследованием, которое я просил провести в Кенте, сэр?
- Безрезультатно.
Я еще выпил виски. Мне это было необходимо.
- Харденджер подозревает доктора Бакстера и считает, что за это надо
ухватиться, - сказал я. - Вы об этом знаете. Он просил начать расследо-
вание. Подозревает, что доктор Бакстер, возможно с соучастником, проник
в Мортон. Бакстера убивает его соучастник или кто-то иной, что можно
объяснить какими-то обстоятельствами или предварительным планом. Хар-
денджер не имеет представления, что именно доктор Бакстер первый сообщил
Истону Дерри об исчезновении из Мортона малого количества вирусов, самых
редких, и просил разобраться. И конечно, не знает, что именно Бакстер
освободил меня от Мортона с тем, чтобы я мог заняться расследованием в
Лондоне под видом частного детектива. Харденджер дважды ошибся: доктор
Бакстер не проникал в Мортон той ночью, потому что просто не выезжал из
него. Убийца работает не один, у него серьезная организация. Он похитил
детей Брисонов и Чиперфильдов, хозяев фермы. Дети находятся не там, где
утверждают родители: не с бабушкой в Кенте. У Брисонов и Чиперфильдов не
было выбора: или сотрудничество, или смерть детей. Они стали сотрудни-
чать. Они приносили ящики с животными в лабораторию номер один в полдень
накануне убийства. Они старые работники, и охране в голову не пришло
проверить содержимое. Среди этих ящиков было два со спрятанными в них
людьми. Один из них загримирован под доктора Бакстера - другой под ко-
го-то неизвестного. В тот полдень привезли восемь ящиков. Следуя своему
обычному правилу не тревожить работников лаборатории, Брисон и Чипер-
фильд поставили их у двери, чтобы потом по мере надобности внести
внутрь. Это убедительно доказывает, что им сообщил сведения кто-то из
работающих в лаборатории. Пока ящики стояли, один из спрятавшихся, заг-
римированный под неизвестного, тихонько прокрался в раздевалку, примыка-
ющую к лаборатории, и спрятался в шкафу. Другой же, загримированный под
доктора Бакстера, был внесен вместе с ящиками в помещение для животных,
где для прячущегося найдется дюжина мест.
Расследования показали, что ученые и техники в тот вечер уходили, как
обычно, поодиночке. Один из сотрудников, воспользовавшись тем, что в
раздевалке никого нет, проник туда, поменялся местом с укрывшимся здесь
преступником и отдал ему жетон. Преступник проходит через проходную, от-
дает жетон и подделывает подпись. Вечер, темно, многие выходят - гаран-
тия полной безопасности.
Неизвестный же возвращается в лабораторию, когда уже все ушли, и нап-
равляет пистолет на Бакстера. Вероятнее даже, что это уже сделал перео-
детый Бакстером преступник. Но это несущественно. Бакстер всегда выходил
последним, он включал и настраивал код системы охраны. Вот почему его
убили. Вскоре самозванец уходит и вручает у ворот на проходной жетон
Бакстера. Неизвестный, конечно, не может положить вирусы в карман, убить
Бакстера и исчезнуть. Ему приходится пройти мимо часового у ворот и от-
метиться. Но он не может отметиться дважды. Он знает: чтобы не попасть-
ся, нужно выходить после последнего обхода, одиннадцатичасового. Итак,
он дожидается одиннадцати, берет вирусы, наносит рукояткой пистолета
удар Бакстеру по голове и уходит, вылив вирусный токсин на беспамятного
человека. Ему пришлось убить Бакстера, ибо тот был знаком с ним. Он не
знал, что Кландон каждую ночь наблюдал в бинокль за коридором блока "Е",
но, возможно, подозревал об этом. Подобные люди не полагаются на волю
случая. Он наверняка предполагал ту единственную возможность, которая
может сорвать его план.
Здесь появляются отравленные леденцы. Когда Кландон подошел к некое-
му, закрывшему дверь, тот, вероятно, завел разговор и предложил собесед-
нику леденцы. Очевидно, он хорошо знал Кландона, как и тот его.
- Остроумно, если не больше, - задумчиво погладил Шеф усы. - В целом
вы правы. Кажется, правы. Но что-то не ладится с этим ядом. Что-то здесь
не так. Кландон следил за крадущим вирусы. Он наверняка подозревал этого
Некто. Не могу представить берущего леденцы Кландона. Кроме того, навер-
няка Некто имел бесшумное оружие. Почему не оно? Почему яд?
- Не знаю, сэр. - Я хотел добавить, что меня там не было.
- Как вы напали на это первым?
- Собака помогла, сэр. У нее была рана от колючей проволоки на заг-
ривке. Должна была остаться кровь и на самой проволоке. Она действитель-
но нашлась на внутреннем ограждении. Никто не проникал в Мортон ночью,
кто-то убежал из Мортона. Всего за час я убедился в этом.
- А почему до этого не додумался Харденджер?
- Он не подозревал о моих поисках. Я знал, что Бакстер вне подозре-
ний. Часовой на проходной показал, что у Бакстера, когда он уходил, было
закрыто лицо носовым платком и говорил он глухо, якобы из-за простуды.
Этого для меня было достаточно. Кроме того, люди Харденджера занимались
осмотром колючей проволоки и провели целый час у внешней ограды, а толь-
ко потом приступили к осмотру внутренней проволоки.
- И ничего не обнаружили?
- Нечего было искать. Я затер следы крови.
- Чертовски неблагородно, Кэвел.
- Да, сэр. - Его реакция была хорошим предзнаменованием. - Затем я
посетил Брисона и Чиперфильда. Это пара прямых надежных характеров. На-
чинают пить в пять тридцать вечера и проливают виски мимо стакана, нали-
вая в него. Миссис Брисон дымит табаком, как заводская труба, а до этого
никогда в жизни не курила. Обстановка плохо скрываемого отчаяния, но все
прозрачно.
- Кто на подозрении?
- Генерал Кливден и полковник Уйбридж. Первый был во время убийства в
Лондоне. Хотя он появлялся всего два-три раза с тех пор, как стал рабо-
тать в Мортоне, но имеет доступ к секретным папкам и, возможно, знает о
денежных затруднениях Хартнелла. Странно также, что такой храбрый солдат
не вызвался войти в лабораторию первым вместо меня. Это его долг, а не
мой, он ведь управляет Мортоном.
- Слова "храбрый" и "солдат" не обязательно синонимы, - сухо заметил
Шеф. - Запомните, он доктор, а не воин.
- Да, это так. Я все же вспоминаю иных докторов, награжденных парой
медалей за храбрость. Но это так, между прочим. То же относится к Уйб-
риджу. Плюс его постоянное обитание в Мортоне. У него вообще нет алиби.
Грегори подозрителен, потому что слишком настойчиво возражал, когда отк-
рывали дверь лаборатории. Однако настойчивость, сама по себе столь оче-
видная, может снять подозрение, так же как и тот факт, что шкаф с укра-
денными культурами был открыт ключом, а у доктора Грегори, как полагали,
был единственный ключ. Что мы на самом деле знаем о Грегори?
- Очень многое. Каждый его шаг со дня рождения. Он не британский под-
данный, и это заставило нас с двойной строгостью проверять его. Это с
нашей стороны. Но перед приездом в Англию он занимался чрезвычайно сек-
|
BIGLIB
