 |
для себя оставить бессмертный след в истории...
- Возможно, он похож на нас, - сказал я. - Может быть, он напился от
переживаний и не сообразит, что делать.
- Может быть. В данную минуту он консультируется с министрами. Он
твердит, что это дело рук коммунистов. Если же коммунисты здесь ни при
чем, тогда уступка уничтожения Мортона приведет к краху правительства,
расписавшегося в своей неспособности найти выход из трудной ситуации.
Лично я считаю, что в такой ситуации может быть единственно правильный
ход. И я согласен с премьером, когда он говорит, что готов эвакуировать
Лондон.
- Эвакуировать Лондон? - недоверчиво переспросил Харденджер. - Десять
миллионов за десять часов?! Фантастично! Он ненормальный! Невозможно.
- Не так уж невозможно. Слава богу, будет безветренный вечер, метеос-
водка обещает безветренную ночь и сильный дождь. Находящийся в воздухе
вирус будет смываться дождем на землю. Специалисты утверждают, что в
дождливую погоду вирус вряд ли распространится больше нескольких сот яр-
дов от места заражения. При необходимости они предлагают эвакуировать
район между Юстон-роуд и Темзой. От Портленд-стрит до Риджент-стрит на
западе и до Грей-инроуд на востоке.
- Это вполне выполнимо, - согласился Харденджер.
- Там ночью совсем безлюдные места, там расположены в основном учреж-
дения и магазины. Но этот вирус... Его может смыть дождем, и заразится
Темза. Питьевая вода будет отравлена. Что бы ни произошло, надо предуп-
редить население воздерживаться от питья, стирки в течение двенадцати
часов.
- Это и предлагают газетчики. Запастись водой, герметизировать ее.
Господи, что же из всего этого получится?! В жизни никогда не чувствовал
себя таким беспомощным. И нет ни единого просвета в этом деле. Если бы
мы имели хоть малейшее подозрение, хоть намек на личность преступника,
хоть что-нибудь. Если бы мы на него вышли, отвернулся бы и разрешил Кэ-
велу поработать над ним.
Я осушил и поставил свой стакан:
- Вы имеете в виду это, сэр?
- А что еще?! - Он поднял взгляд от стакана и уставился на меня уста-
лыми серыми глазами. - Что вы предлагаете, Кэвел? Можете указать путь?
- Могу сделать большее, сэр. Я знаю. Я знаю, кто это.
Когда прошел шок, Шеф вновь стал невозмутим. Он это умел. Широко рта
не открывал, глаза не вытаращивал, словом, не выражал никаких эмоций.
- Половину моего королевства отдам, Пьер. Кто? - прошептал он.
- Еще одно доказательство, последнее доказательство, и тогда я скажу
- кто. Мы пропустили эту улику, когда она смотрела на нас. По крайней
мере, на меня. И Харденджера. Подумать только, безопасность страны зави-
сит от таких людей, как мы! Полицейские, детективы! Мы не могли бы обна-
ружить даже дыр в сыре груйе. - Я повернулся к Харденджеру. - Мы только
что внимательно обыскали сад. Согласны?
- Согласен. Ну и что?
- Не пропустили ни одного фута, правда?
- Продолжайте, - с нетерпением проворчал он.
- Вы видели признаки недавней кладки? Хижины? Сарая? Беседки? Пруда?
Декоративной каменной стены? Чего-нибудь?
Он покачал головой, устало глядя на меня. - Ничего. Ничего подобного,
- воодушевлялся я. - Тогда зачем, зачем им понадобился цемент, пустые
мешки из-под которого лежат в сарае? Куда он делся? Он ведь не мог испа-
риться! И несколько строительных блоков мы видели. Наверное, это остатки
большой кучи таких блоков. Если строительство воздушных замков не было
увлечением Макдональда, тогда где может быть наиболее вероятное место
кладки?
- К примеру? Подскажите мне, Кэвел.
- Я сделаю лучше - я покажу вам это место. - Я оставил их в кухне,
пошел к сараю за ломом или киркой, но не нашел ничего. Потом мне попался
ломик. Его достаточно. Взял его вместе с ведром, вошел в кухню, где Шеф
и Харденджер ожидали меня, наполнил ведро водой в кухонной раковине и
вместе с ожидавшими спустился в подвал.
Харденджер, по-видимому забывший о висящем покойнике, глухо спросил:
- Что, Кэвел? Собираетесь показать нам, как делаются угольные брике-
ты?
Неожиданно наверху в холле зазвенел телефон. Мы невольно перегляну-
лись. Звонки к Макдональду могли оказаться интересными.
- Я отвечу, - сказал Харденджер и ушел. Мы услышали его голос, затем
он позвал меня. Я стал подниматься по ступеням, чувствуя, что Шеф идет
следом. Харденджер передал мне трубку:
- Вас. Не называет своего имени. Хочет говорить с вами лично. Я взял
трубку:
- У телефона Кэвел.
- Итак, вы на свободе, а маленькая леди лгать не будет, - доносились
до меня глухие угрожающие слова. - Прекратите, Кэвел. Посоветуйте Шефу
прекратить, Кзвел. Если хотите видеть маленькую леди живой.
Эти новые синтетические телефонные трубки довольно твердые, иначе я
сломал бы трубку в руке. Чуть-чуть, и сломал бы. Сердце замерло и вновь
гулко забилось. Я старался сдержаться и старался быть спокойным. Сказал
сдержанно:
- Что вы там, черт возьми, несете?
- Прелестная миссис Кэвел у меня. Она желает вам сказать кое-что.
После минутного молчания я услышал ее голос: - Пьер? О, мой дорогой,
извини меня... - Голос внезапно оборвался, послышался хрип, и наступила
тишина. И снова угрожающий шепот:
- Прекратите, Кэвел. - И после звук опущенной трубки. Я тоже бросил
трубку. Руки у меня дрожали, как у малярийного. Потрясение и страх прев-
ратили лицо в маску. Тут, видать, и грим сыграл свою роль. Словом, они
ничего не заметили, только Шеф спросил:
- Кто это? - вполне нормальным тоном.
- Не знаю. - Я помолчал и сказал машинально: - У них Мэри.
Рука Шефа уже взялась за дверную ручку, но сразу замерла. Лицо его
окаменело. Харденджер пробормотал что-то непечатное и тоже окаменел. Они
не просили меня повторить сказанное, ибо не сомневались ничуть в истине
моего сообщения.
- Они требуют от нас прекращения расследования, - продолжал я дере-
вянным голосом, - или они убьют ее. Она у них, это точно. Они, должно
быть, сильно мучили ее.
- Как они узнали, что вы убежали? - почти с отчаянием спросил Хар-
денджер. - Как могли даже предположить?
- Доктор Макдональд, вот как, - сказал я. - Он знал. Миссис Турпин
сообщила ему, а убийца Макдональда узнал от него. - Бездумно смотрел я
Шефу в лицо, с которого исчезла жизнерадостность и бодрость. Простите,
если что случится с Мэри по моей вине. Из-за моей непростительной глу-
пости и неосторожности.
- Что ты собираешься делать, мой мальчик? - спросил Шеф усталым и
бесцветным голосом. - Знаешь, ведь они собираются убить твою жену. По-
добные типы всегда убивают.
- Зря теряем время, - оборвал я его. - Мне нужно всего две минуты,
вот что. Надо удостовериться.
Я побежал в подвал, схватил ведро и выплеснул половину на дальнюю
стену. Вода быстро сбегала на пол, не оставляя почти никаких следов на
въевшейся многолетней угольной пыли.
Шеф и Харденджер безучастно наблюдали, как я выплеснул остатки воды
на стену, где уголь раньше был навален высоко, до того как я его расшвы-
рял. Вода вновь полилась в уголь, оставляя стену почти такой же, как и
раньше. Но угольная пыль смылась, и обнажилась свежая кладка, сделанная
буквально несколько недель пазад. Харденджер пристально вгляделся в сте-
ну, затем бросил взгляд на меня и вновь глянул на свежую кладку.
- Виноват, Кэвел, - сказал он. - Вот почему уголь насыпан так высоко
у стены. Хотели скрыть следы недавней работы.
Я не стал тратить время на пустые разговоры. Время стало единственным
нашим преимуществом. Поэтому схватил молоток и ударил по верхнему ряду
кладки - эта часть стены была сильно зацементирована. Этот взмах отра-
зился во мне острой болью, будто кто всадил в меня шестидюймовый стилет
под самое правое ребро. После этого я молча протянул молоток Харденджеру
и бессильно опустился на перевернутое пустое ведро. Харденджер выбивал
сразу по нескольку блоков и, несмотря на кажущуюся неуклюжесть, работал
ловко, стремительно, со всей решимостью и мощью. Он атаковал стену,
словно она была причиной всех существующих на земле зол. Вскоре первый
ряд блоков кладки поддался, и через полминуты образовалась дыра около
двух футов. Харденджер остановился, поглядел на меня. Кряхтя, я поднялся
и включил фонарик. И мы заглянули туда. Между фальшивой стеной и стеной
подвала было пространство около двух футов, в нем различалось полузасы-
панное щебнем и угольной пылью, втиснутое кое-как то, что когда-то назы-
валось человеком. Зверски искалеченные, но все же несомненные останки
человека.
- Вы знаете, кто это, Кэвел? - мрачно, но спокойно спросил Харденд-
жер.
- Знаю. Истон Дерри. Мой предшественник, начальник охраны Мортона.
- Истон Дерри? - в противоположность Харденджеру Шеф отлично владел
собой. - Как ты определил? Лицо неузнаваемо.
- Да. Но на левой руке кольцо с голубым топазом. Истон всегда его но-
сил. Это Истон Дерри.
- Что... что они сделали с ним?! - Шеф уставился на полуобнаженное
тело. - Раздавили автомобилем? Или... или его растоптало дикое животное?
- С минуту он молчал, вглядывался в мертвое тело, затем выпрямился и
обернулся ко мне. Старость и усталость отражались на нем как никогда.
Старые глаза застыли в ледяной холодной неподвижности. - Они такое с ним
вытворяли. Замучили до смерти.
- Замучили до смерти, - повторил я.
- И ты знаешь, кто это сделал? - снова спросил Харденджер.
- Знаю. Знаю, кто это сделал.
Харденджер вытащил ордер на арест, ручку из внутреннего кармана и
застыл в ожидании.
- Этого не потребуется, старший инспектор. Пока я не доберусь до не-
го. На всякий случай: не выписывайте ордер на имя доктора Грегори. Нас-
тоящий Грегори мертв.
Через восемь минут большой полицейский "ягуар" резко затормозил у до-
ма Чессингема. В третий раз за последние сутки я поднялся по истертым
ступеням и нажал на звонок. Шеф стоял за мной, Харденджер был в перед-
вижной радиомашине, отдавал приказание полицейским дюжины графств высле-
дить Грегори и его "фиатик", опознать, но пока не задерживать. Мы знали,
что Грегори не убьет Мэри, пока не окажется в безвыходном положении. И
все мы ухватились за эту слабую надежду для ее жизни.
- Мистер Кэвел! - воскликнула Стелла Чессингем совсем не так, как се-
годня на рассвете. Глаза ее снова сияли и лицо было спокойно. - Как мило
с вашей стороны! Я... я прошу прощения за сегодняшнее утро, мистер Кэ-
вел. Это правда, что мне сказала мама? Когда брата уводили сегодня ут-
ром...
- Совершенная правда, мисс Чессингем, - подтвердил я, стараясь улыб-
нуться, хотя лицо горело от стертого грима. Он стал бесполезен после ви-
зита к Макдональду. Я даже радовался, что не видел себя и свою улыбку.
Наши отношения за двенадцать часов в корне переменились.
- Искренне сожалею, но это было продиктовано необходимостью. Ваш брат
будет сегодня вечером освобожден. Вы видели мою жену сегодня днем?
- Конечно. Это было так мило с ее стороны - прийти к нам. Не хотите
ли вы и ваш... гм... друг повидаться с мамой? Ей будет приятно, уверена.
Я отрицательно покачал головой.
- В котором часу моя жена ушла от вас?
- Кажется, около половины шестого. Только начало смеркаться и...
Что-нибудь с ней случилось? - закончила она шепотом.
- Она похищена убийцей, и ее держат заложницей.
- О нет! О, сэр Кэвел, нет, нет! - Она схватилась руками за горло. -
Это... это невозможно.
- Как она ушла отсюда?
- Похитили? Вашу жену похитили? - Она уставилась на меня округливши-
мися от страха глазами. - Почему, кто-то захотел...
- Ради бога, отвечайте! - не выдержал я. - Она села в такси, поехала
автобусом... на чем?
- На машине, - прошептала она. - За ней приехала машина. Какой-то че-
ловек сказал, что вы ее срочно хотите видеть... - еле слышно ответила
она, осознав вопрос. - Там был еще один, на заднем сиденье. Не знаю, ка-
кая была машина, за исключением... ну конечно! Это иностранная машина,
руль у нее находился слева. Разве она...
- Грегори и его "фиат", - прошептал Шеф. - Но, ради бога, как он уз-
нал, что Мэри здесь?
- Поднял трубку, и все, - сокрушенно объяснил я. - Он знал, что мы
остановились в "Вогоннере". Он спросил Мэри. Ему ответили, что ее нет.
|
BIGLIB
