 |
большого двадцатичетырехместного вертолета "воланд", курсирующего по но-
вым междугородным маршрутам. Увидел освещенную кабину управления в носо-
вой части вертолета, увидел голову и плечи пилота в серой форменной
куртке, сидящего слева без головного убора. На правом сиденье находился
доктор Грегори. Обойдя ангар, наткнулся на боковую дверь и толкнул се.
Она открылась бесшумно. Короткая передвижная лестница вела к открытой
двери пассажирского салона вертолета и находилась от меня менее чем в
двадцати футах. Я вытащил пистолет и направился к лестнице. Если вы слы-
шали, как растет былинка, то и от нее был бы шум по сравнению с тем, как
тихо я поднимался по лестнице в вертолет.
Салон для пассажиров был слабо освещен, горела лишь одна лампочка у
двери. Осторожно просунул голову в дверной овальный проем и в трех футах
от себя увидел Мэри с привязанными к спинке переднего сиденья руками. Ее
глаз заплыл от синяка, бледное лицо поцарапано. Она расширенными от нео-
жиданности глазами смотрела на меня, выходца с того света. Наверное, я
для нее выглядел марсианином, спасшимся из-под обломков летающей тарел-
ки. Лицо изувечено и вымазано сажей. Но она сразу узнала меня. Я быстро
приложил палец к губам - старый, как мир, знак хранить молчание. Но дал
знак слишком поздно. Она сидела здесь в ужасе безнадежности, затравлен-
ности и отчаяния, без всякой надежды на жизнь. И вот ее муж, которого
она считала уже мертвым, вернулся с того света спасти ее. И снова ожил
мир. Нужно быть бесчувственной, чтобы никак не выразить своего отноше-
ния.
- Пьер! - воскликнула она с надеждой, удивлением и радостью. - О, Пь-
ер!
Я не смотрел на нее. Мой взгляд был прикован к входу в кабину пилота.
Туда же был направлен и пистолет. Оттуда донесся звук тупого удара, и
появился Грегори, держась рукой за косяк низкой двери, а в другой сжимая
пистолет. Глаза его сузились, но лицо оставалось спокойным и холодным.
Пистолет, как ни странно, он держал опущенным. Я слегка вскинул свой и
нацелился ему в лоб.
- Конец пути, Скарлатти, - произнес я. - И конец моего долгого ожида-
ния. Сегодня сюда уже больше никто не придет. Кроме меня, Скарлатти.
Кроме меня...
- Кэвел! - Он узнал меня только по голосу, смуглое лицо его побледне-
ло, и он уставился на меня, как на привидение - для него я таковым и яв-
лялся. - Кэвел! Это невозможно!
- Не сами ли вы того желали, Скарлатти! Идите в кабину и не пытайтесь
воспользоваться оружием.
- Скарлатти? - Он словно не расслышал моего приказа, прошептал: - От-
куда вы знаете?..
- Пять часов тому назад Интерпол снабдил нас историей вашей жизни.
Довольно любопытная история, надо признаться. Энцио Скарлатти, окончив-
ший когда-то химический факультет и ставший на какое-то время королем
американских преступников Среднего Запада. Вымогательство, грабежи,
убийства, угон машин, наркотики - все. Великий король, до которого никто
не мог добраться. Но все-таки они добрались до вас, не так ли, Скарлат-
ти? Обычное увиливание от налогов. И затем вас выслали. - Я сделал два
шага вперед, не хотел, чтобы в драку попала Мэри. - А теперь в кабину,
Скарлатти!
Он все еще стоял, уставившись на меня, а лицо уже слегка изменилось.
Изобретательность и находчивость его, его сила и присутствие духа были
удивительны.
- Мы должны это обговорить, - медленно произнес он.
- Позже. Выполняйте, что велено, или я вас хлопну на месте.
- Нет, вы не посмеете. При всем вашем желании, не сейчас. Я чувствую
дыхание смерти, Кэвел. Я вижу смерть: желаете усадить меня в кресло и
застрелить в затылок. Но я еще не в кресле... - Я сделал два шага назад.
Он вытащил левую руку: - Именно этого вы боялись, не так ли, Кэвел? Вы
опасались, что одна из ампул у меня в кармане или в руке. И она разобь-
ется, когда вы застрелите меня и я упаду. Не правда ли, Кэвел? - Так оно
и было. Я глянул на ампулу в его руке, на маленький стеклянный сосуд с
голубой пластиковой пробкой. А он сосредоточенно продолжал: - Считаю,
вам лучше убрать пистолет, Кэвел.
- Не на этот раз. Пока я вас держу на мушке, вы ничего не предприме-
те. И теперь мне известно то, чего я раньше не знал: вы не воспользуе-
тесь ампулой. Я считал вас безумцем, Скарлатти, но теперь хорошо знаю,
что вы только грозитесь и изображаете безумца, чтобы нас запугать. Те-
перь я знаю всю вашу подноготную. Вы можете быть отчаянным, но это отча-
яние лисьей хитрости. Вы так же психически здоровы, как и я. Вы не вос-
пользуетесь этой штучкой. Вы цените свою жизнь и успех своих замыслов.
- Ошибаетесь, Кэвел. Я этим воспользуюсь, хотя действительно ценю
свою жизнь, - он бросил взгляд назад и снова повернулся ко мне. - Прошло
уже восемь месяцев, как я вошел в Мортон. Я мог вынести вакцину в любое
время. Но я ждал. Почему? Я ждал, пока Бакстер и Макдональд вырастят ус-
тойчивый дьявольский микроб суточной живучести, который смертельнее бо-
тулинусного токсина. Я ждал, пока они найдут точную комбинацию тепла,
фенола, формалина и ультрафиолетовых лучей, чтобы произвести вакцину,
уничтожающую этот ослабевший вид микроба. - Он держал ампулу большим и
указательным пальцами. - В этой ампуле ослабленный дьявольский микроб, а
себе я сделал против него предохранительную прививку. Цианистый калий -
выдумка. Я в нем не нуждаюсь. Понимаете теперь, почему Бакстеру пришлось
умереть? Он знал о новом вирусе и вакцине. Я все понял. Вы понимаете
также, что я не побоюсь использовать. Я... - Он осекся, смуглое лицо
нахмурилось и стало холодным. - Что это было?.. - Я также расслышал два
коротких разрыва, глухой упругий звук, как пушечный, только раз в пять
быстрее.
- Как что? Разве вам не известно? Это был "мэрлин-2", Скарлатти. Но-
вая модель скорострельного автоматического карабина, взятого на вооруже-
ние. - Я многозначительно посмотрел на него. - Не расслышали, что я го-
ворил? Никто сюда не придет. Только я один здесь.
- О чем вы? - пробормотал он, и костяшки его пальцев, держащих ампу-
лу, побелели от напряжения. - О чем вы говорите?..
- О всех ваших приятелях, которые надолго не вернутся домой. О всех
пенках-сливках уголовного мира, если можно так выразиться. Они таинс-
твенно исчезли за последние несколько недель из своих логовищ в Лондоне,
Америке, Франции и Италии. Все умельцы высокого класса по оксиацетилено-
вой резке металлов, нитроглицерину, по комбинированному сверлению и тому
подобному. Лучшие медвежатники в мире по взрыву и вскрытию тайников и
сейфов. Мы узнали еще несколько недель назад от Интерпола, что они ис-
чезли с горизонта. Но не ведали, что все они собрались в одном месте,
здесь, в Лондоне.
Темные жгучие глаза впились в меня, сквозь стиснутые зубы вырвалось
шумное дыхание, а в лице проступило что-то волчье.
- Вас считают ловким мастером преступлений, за послевоенное время не
встречалось такого организатора, Скарлатти. Неплохая аттестация, не
правда ли? Но верная. Вы нас всех обвели вокруг пальца. Настойчивое тре-
бование разрушить Мортон, демонстративное применение ботулинуса в Вос-
точной Англии, это мнимое неведение о трех украденных ампулах страшного
дьявольского микроба и мнимое непонимание его силы - вы всех нас убеди-
ли, что действует безумец. Все мы были уверены, что, угрожая центру Лон-
дона, вы добиваетесь разрушения Мортона. От страха мы решили, что это
часть коммунистического заговора, стремящегося лишить нас секретного
мощного оружия. И только несколько часов назад узнали, что вы хотели од-
ного - очистить центр Лондона, чтобы там не оставалось ни единого чело-
века. В этой небольшой части Лондона расположен ряд крупнейших банков
мира. Банков, в которых собрана ходовая валюта полусотни стран. Банков с
миллиардными суммами. Банков с хранилищами драгоценностей, которые дер-
жат там дюжина миллионеров. И вы собирались присвоить львиную долю все-
го, не так ли, Скарлатти? Ваши подручные с оборудованием прятались в
пустых зданиях и в безобидно выглядевших товарных вагонах. Им оставалось
только выйти ночью, войти в банки, когда уйдет последний человек. Не бу-
дет никаких неприятностей для них. Каждый из этих банков имеет двойную
систему охраны - стражу и автоматические сирены, которые прозвучали бы
на всех полицейских участках. Но охране пришлось уйти, не так ли? Охрана
ведь тоже не хотела умирать от ботулинусного токсина. А что касается си-
рен, предупреждающих взлом, то некоторые ваши люди знакомы с электричес-
кими схемами панелей включения сигнализации. Они просто и без шума отк-
лючили бы рубильники, сожгли бы предохранители, замкнули бы провода с
током или перерезали бы кабели, обеспечивающие током этот район. Вот по-
чему город в темноте. Вот почему ни в одном полицейском участке не раз-
дается сигнал тревоги. Вы слушаете меня, Скарлатти?
Он отлично слышал. Его лицо превратилось в маску ненависти.
- После этого все было бы очень просто, - продолжал я. - Полагаю, что
этого беднягу-пилота вы похитили еще раньше, днем. Все награбленное при-
везут сюда, погрузят в вертолет. И вы быстро окажетесь на континенте.
Единственный способ исчезнуть, минуя оцепление. Ваши сообщники останут-
ся, смешаются с вернувшимися жителями и исчезнут. А о банках никто ниче-
го не узнает до трех часов сегодняшнего дня. Это будет самое раннее,
когда жителям позволят вернуться домой. Кроме того, сегодня воскресенье.
Значит, ограбление банков обнаружится только в понедельник утром. К тому
времени вы успели бы пересечь пару континентов. Но теперь, как я вам го-
ворил, Скарлатти, настал конец пути.
- Ты имеешь в виду, что все кончено... все кончено? - прошептала Мэри
у меня за спиной.
- Все кончено. К десяти часам вечера, задолго до того как войска за-
кончили эвакуацию населения этого района, около двухсот детективов уст-
роили засаду по всему городу, в банках или поблизости от них. Им прика-
зано не двигаться до 3.15 утра. А сейчас уже четыре. Все кончено. Каждый
из детективов вооружен последнего выпуска автоматическим ружьем "мер-
лин", взятым напрокат в армии. Каждый получил строгий приказ стрелять в
упор любого, кто даже моргнет глазом. Ктото моргнул глазом, вот почему
мы слышали выстрелы несколько минут назад.
- Вы лжете. - Скарлатти перекосило от злобы, губы дергались, даже
когда он молчал. - Вы все это сочинили, - глухо прошептал он.
- Вы про все знаете лучше меня, Скарлатти. Вы понимаете, теперь я
знаю слишком много, чтобы была необходимость лгать.
Он уставился на меня убийственным взглядом и с тихой яростью сказал:
- Закройте дверь кабины. Закройте, говорю, или клянусь господом, я
закончу все это сейчас. - Он сделал два шага по проходу, держа вирус вы-
соко над головой. Какой-то момент я наблюдал его, затем кивнул. Ему те-
перь нечего было терять, а я не собирался бросаться жизнью Мэри, своей и
пилота из-за дешевого самолюбия. Я подался назад и закрыл подвижную
дверь пассажирского салона, ни на миг не упуская его из-под прицела. Он
сделал еще два шага вперед, все еще с поднятой левой рукой над головой.
- А теперь ваш пистолет, Кэвел. Давайте его сюда.
- Только не пистолет, Скарлатти, - замотал я головой, спрашивая себя:
не сыграл ли он в действительности блестящую сцену? - Только не оружие.
Вы знаете это. Потом вы всех нас перестреляете из пистолета и скроетесь.
Пока у меня в руках пистолет, вы не убежите. Можете разбить ампулу, но я
успею застрелить вас раньше, чем сам умру от дьявольского микроба. Толь-
ко не оружие, - он еще приблизился, широко открыв горящие бешеные глаза,
замахиваясь, чтобы бросить ампулу. Кажется, я ошибался: он безумец...
- Отдай пистолет! - завопил он. - Ну! Я вновь отрицательно помотал
головой. Он что-то выкрикнул, махнул левой рукой в мою сторону, как я и
ожидал. Тотчас в кабине стало темно - это он разбил единственную горев-
шую лампочку. Одновременно темноту прорезали две оранжевые вспышки - это
я нажал на триггер. И снова наступила темнота. В наступившей тишине я
услышал вскрикнувшую от боли Мэри и голос Скарлатти:
- Мой пистолет у виска вашей жены, Кэвел. Она сейчас умрет.
Оказывается, он не был безумцем. Ловкий прием. Я бросил пистолет на
железный пол. Он громко звякнул. - Вы выиграли, Скарлатти, - сказал я. -
Включите свет в салоне, - приказал он, - выключатель слева у двери.
Я нащупал выключатель, и салон ярко осветился дюжиной ламп. Скарлатти
поднялся с сиденья рядом с Мэри, куда он прыгнул, разбив лампочку, отвел
от нее пистолет и направил на меня. Я приподнял руки и глянул на его ле-
вый кулак: ампула была цела. Он чертовски рисковал, но что ему остава-
лось?! Я заметил, что у него порван левый рукав, и довольно близко прид-
винулся к нему. И это движение тоже могло обернуться смертью для нас
всех: если бы я его ударил, то ампула разбилась бы. Но, подумалось мне,
она все равно разобьется...
- Назад, - спокойно произнес Скарлатти, теперь он владел голосом,
словно выиграл премию Оскара сегодня вечером и продолжал развивать ус-
пех. - Прямо к концу салона, - я отодвинулся, он подошел, поднял мой
пистолет, положил ампулу в карман и, направив оба пистолета, приказал: -
В кабину пилота!
Я пошел вперед. Когда проходил мимо Мэри, она улыбнулась мне, спутан-
ные волосы упали ей на лицо, в зеленых глазах стояли слезы. Я ободряюще
улыбнулся ей. Словно актеры на сцене, даже Скарлатти ничему не научил бы
нас.
|
BIGLIB
