 |
преодолев участок, где шел ремонт дороги, и остановился в
кромешной тьме под деревом у кладбищенских ворот. Энгель
оставил Вилли на полу, верно рассудив, что оттуда он никуда
не упадет, включил свет в салоне и принялся легонько
постукивать пьяного по почкам, чтобы разбудить.
- Вилли! Эй! Мы уже на кладбище!
Вилли скорчил рожу, застонал, заворочался и спросил:
- Слышь? Ч° я вчера натворил?
- Мы на кладбище. Пошли.
- Где мы?! - Вилли испуганно вздрогнул, выпрямился,
врезался головой в приборный щиток и опять рухнул.
- Лучше бы я послушался маму и поступил в колледж, -
сказал Энгель.- Лучше бы я жил честно и получал синяки и
шишки от злой судьбы. Я добился богатства, влияния, уважения
в своей общине, но что толку? Что толку, если я вынужден
возиться со всякими тварями вроде этого мазохиста? Что толку,
если по ночам я вынужден осквернять могилы, бить людей
лопатой, ездить на допотопных колымагах, сорок раз кряду
терять дорогу в Бруклине и водить дружбу со всякими вилли
менчиками? Да лучше бы я работал молочником. У них хоть
профсоюз есть.
Продолжая ворчать, Энгель вылез из машины и с омерзением
изрек:
- А-а-а-а-г-г-г-г-х-х-х-х...
До сих пор в понятие "правая рука Ника Ровито" он
вкладывал вполне определенный смысл: непыльная и приятная
работенка. Телефонные звонки, ведение записей о деловых
встречах, второстепенные решения. Такие обязанности обычно
исполняют сынки рекламных агентов в конторах своих папочек. И
вот теперь, спустя четыре года, он сделал открытие:
оказывается, время от времени приходится грабить могилы,
колотить людей лопатами и блукать в Бруклине на древних
развалюхах с педалями сцепления. Оказывается, его работа
может быть и унизительной, и даже грязной.
Размышляя об этом, Энгель обошел машину и открыл дверцу.
Вилли вывалился наружу, крепко приложившись головой к какому-
то камню.
- Может, хватит уже? -спросил Энгель.-Эдак недолго
иммунитет выработать, а у меня кроме лопаты ничего нет.
Вилли замычал и перевернулся, голова его при этом
оказалась под машиной. Почуяв беду, Энгель быстро схватил
Вилли за щиколотку и успел вытащить его из-под днища кузова в
самое последнее мгновение перед столкновением головы с
металлом. Вилли сел, впервые за весь вечер избежав увечья,
поморщился и сказал:
- Парень, у меня голова трещит.
- Ты пьян, в этом все дело, - ответил Энгель.
- А сам-то ты трезвый, что ли?
- Конечно. Я всегда трезвый.- Тут Энгель малость приврал,
но с учетом состояния Вилли это преувеличение почти не
грешило против истины.
- Вот чем ты мне не нравишься, Энгель, - сказал Вилли.-
Тем, что корчишь из себя святошу.
- Вставай, пошли, мы уже на кладбище. Но Вилли продолжал
сидеть на месте. Он еще не закончил свою речь.
- Ты - единственный человек в мире, готовый среди ночи
идти грабить могилу на трезвую голову. Ты, небось, и в день
победы над Японией глотку не промочил. Такой уж ты человек,
блин!
. - Я такой человек, который не сидит на земле и не
злопыхательствует, если Ник Ровито велит ему разорить могилу.
Вилли поднял голову и нагловато прищурился. Но потом
наглость сменилась испугом и растерянностью, и он сказал:
- Ладно, Энгель, не обижайся, я же во хмелю. Извини, от
души прошу. От всего сердца. От сердца от всего...
- Пошли, займемся делом.
Вилли вздохнул, источая вокруг себя сивушный перегар.
- Ну вот с-с-сегда так... Стоит поддать, и начинаю
трепать лишнее. Когда-нибудь точно пострадаю за язык свой
длинный, попомни мои слова. Вот попомни.
- Вставай, Вилли, пошли.
- Только ты за мной приглядывай, ладно?
- Конечно.
Энгель помог Вилли подняться. Пьяный привалился к борту
машины и заявил:
- Ты - мой кореш, вот ты кто.
- Конечно, - Энгель открыл дверцу и достал из "бардачка"
фонарик.
- Кореш, - повторил Вилли.- Мы с тобой с-с-сегда дружили,
с самого первого дня, верно, а? И в достатке, и в бедности, и
в з-з-зной и в с-с-стужу. С самого училища.
- Я его не посещал.
- Ч° мелешь, ты?! Мы были неразлучны! Нераз-з-злучны
были!
- Не ори. На, держи фонарь.- Энгель вручил Вилли фонарик,
и тот уронил его.
- Я подниму, Энгель. Подниму я!
- Стой на месте! - Энгель подобрал фонарик, обошел машину
и открыл багажник, в котором лежал инвентарь, завернутый в
армейское одеяло.
- Поди сюда, Вилли. Потащишь все это.
- Секундочку. Секундочку.
Энгель осветил Вилли и увидел, что тот охлопывает себя
руками, как человек, ищущий спички.
- Ну, что на этот раз? Муравьи закусали?
- Фляжка. У меня была фляжка.
Вилли открыл дверцу. Загорелся свет в салоне.
- Ага-а-а-а!
- Тихо ты!
- Вот она! Вывалилась на пол.
- Иди сюда.
- Иду, иду, - Вилли с грохотом захлопнул дверцу и
поплелся к багажнику. Энгель осветил сверток.
- Потащишь его.
- Есть, с-с-сэр, - Вилли нетвердой рукой отдал честь и
схватил в охапку армейское одеяло.- Уф-ф! Тяжелый, гад.
Лопаты и лом лязгнули.
- Взвали на плечо... Да не на мое, а на свое! Поднимай.
Дай-ка я... Ну, взяли! Да на свое же! Погоди! Пого... Не
урони!
Энгель собрал рассыпавшиеся орудия труда, снова завернул
их в одеяло и пристроил тюк на плечо Вилли.
- Держи крепче!
- Держу, шеф, держу мертвой хваткой. Положитесь на меня,
шеф.
- Хорошо, пошли.
Энгель захлопнул багажник, и они побрели прочь от машины-
через кладбищенские ворота, по главной дорожке. Галька
скрипела под ногами. Энгель возглавлял шествие, освещая путь
фонарем, Вилли, спотыкаясь, тащился следом. Лопаты бряцали.
Через минуту Вилли затянул какую-то песню на мелодию "Моего
Мериленда", но с другими словами: "Сто восемьдесят пятое
училище проклятое, мучилище, терзалище, будь у тебя
седалище..."
- Засунул бы ты туда свой язык, а?
- Просто тут грустное местечко, вот и все.
- Да помолчи ты хоть минуту!
- Грустное, - Вилли зашмыгал носом.- Место скорби...
Энгель не знал точного расположения могилы. При свете фонаря
он прошагал вперед по одной дорожке, вернулся назад по
другой. За его спиной Вилли шаркал ногами, шмыгал носом и
иногда что-то бормотал под глухое бряцание инвентаря в
одеяле. Со всех сторон над ними зловеще нависали мраморные
памятники, залитые лунным сиянием.
Наконец Энгель сказал:
- Ага, нам сюда.
- Очень грустное место, - заявил Вилли.- Тут тебе не
Калифорния. Ты бывал в Калифорнии?
- Должно быть, это совсем рядом. - Я не бывал. Но
когда-нибудь, клянусь жизнью... "Калифо-оо-оо-рния, родимый
край, я прие-е-е-еду, ты встречай..."
- Замолкни!
- Ну-ну, на себя посмотри.
- Чего?
- Я, что ли, ору? Сам же и орешь. Ты, нюхач и стукач, я
тебя еще в училище раскусил. Ты уже тогда держал нос по вет-
ру, да так и оставался двурушником.
Энгель развернулся и сказал:
- Закрой пасть, Вилли.
Вилли моргнул раз пять или шесть.
- Я ч° я такое сказал?
- Лучше слушай, что я говорю. Клади инструменты на землю,
мы пришли.
Вилли разинул рот и принялся озираться по сторонам.
- Ч°, в натуре?
- Положи узел.
- Ага, - Вилли сделал шаг в сторону, выскользнул из-под
узла, и тот с лязгом рухнул наземь. Энгель кивнул.
- Разворачивай одеяло.
- На фига?
- Будем отбрасывать на него землю.
- Землю?
- Которую выкопаем!
- На одеяло? Испачкаем ведь.
- Это подстилка! Иначе запачкается трава, и все увидят,
что тут кто-то копался.
- Ну-у-у! А ты у нас парень с головой! - Расстелешь ты
тряпку или нет? Расстели, Христа ради, расстели!
- Это ты про одеяло?
- Расстели же!
- Есть, шеф.
Вилли схватился за уголок одеяла и дернул. Инвентарь
загремел, разлетаясь во все стороны.
- Бл...- сказал Вилли.
- Ничего, пустяки, я не сержусь.
- Ты славный малый, Энгель, ты это знаешь? Клевый кореш.
- Да, да.
Энгель посветил вокруг. Дерн еще не уложили, и могила
представляла собой четко очерченный прямоугольник. Это
упрощало дело.
- Я буду держать фонарь, а ты копай, - распорядился
Энгель.- Потом я тебя сменю.
- Есть, шеф.
- Отбрасывай землю на одеяло, понял? На одеяло.
- На одеяло.
Энгель недоверчиво следил за Вилли, но тот вывалил первую
лопату точно на одеяло. И вторую, и третью тоже Энгель
отступил на несколько шагов, присел на могильную плиту и стал
светить, чтобы Вилли не нарыл, где не надо.
Минут через двадцать они поменялись ролями. Вилли с
фонарем расселся на плите, отвинтил крышку своей фляги и
заплакал.
- Бедня-а-ага. Имярек ты несчастный. Бедняга... Энгель
перестал копать и взглянул на него.
- Кто бедняга?
- Тот парень там, внизу. Под землей. Как его звали?
- Чарли Броди.
- Чарли Броди? Правда, что ли, Чарли Броди? Старый Чарли
Броди помер?
- Я сказал тебе об этом полчаса назад
|
BIGLIB
