 |
 |
Дикий и Зверь
Автор "Угрюмов Владимир"
Размер 590202 Байт
Страница 14 из 55
|
 |
скользила губами по его шее, груди и далее, куда и положено по
теории умелого секса,-- вокруг чего бойня идет? Анализ того,
что в контейнерах, не сделали. Да и не могли сделать. Может,
кидалово какое-нибудь с международным диапозоном? Вдруг
пытаются втюхать отработанное топливо из реактора. Тогда с нами
удобно играть, чтобы после на мою бригаду перевести все
стрелки. Вот будет засада! От всех европейских мафий
отбиваться!... Но -- нет. Зачем? Это возможно, когда речь идет
о разовой сделке, а хохлы, похоже, собрались втюхать все, что
ядерного имеют..."
Анжела тем временем старалась и дышала сдавленно,
сосредодоточенно.
-- Так хорошо, котенок?
-- Ми-илый...
@BLL=
Позвонив в Ростов Николаю, Дикий узнал о неприятностях у
Михаила. Тот имел легальную "крышу" в Одессе и под этой
"крышей" то есть фирмой, торговавшей спиртным, имел возможность
заниматься более прибыльным бизнесом. Украинское МВД пасло его,
и Дикий, чтобы не светиться, созвонился с одесским офисом,
договорился о деловой встрече якобы по поводу покупки
спиртного.
Сел на "девятку" и рванул из Киева в Одессу -- пятьсот
километров на приличной тачке преодолеть -- четыре часа.
Останавливался всего один раз, в Умани, где перекусил и выпил
турецкого кофе.
В Одессе к вечеру жара несколько спала, но было душно и
воздух казался влажным. Вырулив па улицу Якира, Дикий проехал с
пару кварталов и остановился у одного из домов с облезлым
фасадом. Огляделся по сторонам и выскочил из тачки. Поднялся на
третий этаж и открыл металлическую дверь. Эту квартиру Дикий
купил с год назад и никто не знал о ее существовании, даже
самие близкие, доверенные люди. В квартире имелись две комнаты,
обставленные кое-как. Воздух был спертый, пахло пылью. Дикий
открыл окно и выглянул на улицу. Ничего подозрительного не
заметил.
-- Что ж, парень,-- сказал он сам себе,-- стрелять каждый
дурак умеет, а вот пылище-говнище разгрести...
Чистил и пылисосил пространство почти до полуночи, после
сварил себе кофе, сидел на табуретке возле кухонного стола
довольный как никогда. Постоял под душем, смывая липкий пот,
вытерся, оделся и спустился на улицу. Сел в тачку и порулил к
морю. Море казалось черным с серебняными блесками от городских
огней. Красивое. Нашел телефонную будку и набрал номер Михаила.
Услышав его голос, стал прикидываться пьяным.
-- Лену, мужик, позови. Лену, понял? Ты, вообще, кто,
мужик?
-- А пошел тн!
-- А пошел ты, мужик, сам!
Повесил трубку и вышел из будки. Это был условный звонок.
По дороге домой он заглянет в тайник и... Но это будет потом. А
теперь купаться. Вот оно -- море...
@BLL=
Почью купание превращается в наслаждение с элементом
непереводимой тревоги. Сегодня луна выкатилась на небо и ее
жидкое серебро щедро выливалось на мелкие волны, делая море еще
более таинственннм и тревожным.
Дикий отплыл от берега подальше и теперь лежал на спине и
смотрел на луну. Она не менялась. Она и в дестве была такой же
серебрянной, белой, желтой, иногда почти красной, как апельсин
вечером; все те же горы и впадины -- только полжизни прошло, и
столького уже не исправить, и стольких друзей не вернуть. Дикий
понимал, что ход его мыслей банален, что банально ощущать себя
песчинкой-пылинкой, банально представлять людей жалкими в своих
амбициях и желаниях, со своими деньгами и парламентами,
жующими, болтающими и совокупляющимися. Природа -- море. Луна,
небо -- этот бог космоса подавлял... Правильно, думал Дикий,
сказал один писатель со сранной фамилией Рекшан: "Между
рождением и смертью нам оставили лишь месть за это рождение и
эту смерть". Так оно и выходило в этой сучьей жизни. Дикий так
и жил -- он ненавидел свое рождение и свою смерть. Но не
боялся. Нет смысла бояться того, что будет. Если будет, то
получалось -- почти есть... Если не получится взять вот так
просто и раствориться в космосе, стать сверх-новой, супер-яркой
звездой...
-- Да, парень, жить придется на земле,-- сказал себе Дикий
и поплыл саженками к берегу.
Полотенце он оставил на берегу возле води и теперь
вытирался, ощущая приятную прохладу, от которой отвык за
последние жаркие дни. Вдали серебрились городские огни. Дикий
прошел к тому месту на берегу, где оставил одежду и вдруг
увидел, что кто-то сидит в метре от его летних брюк и рубашки.
Первая реакция -- опасность, готовность к бою. Но
приглядевшись, Дикий увидел -- это девушка, всего-лишь девушка.
Дикий ничего не сказал, продолжая растирать тело полотенцем,
после сел на теплую гальку, закурил.
Девушка была одета в белое платье. Руки и плечи едва
светились в темноте. Дикий докурил, помолчал еще, сказал первую
пришедшую в голову глупость.
-- Вроде никто не стрелял, Саид? А?
Девушка ничего не ответила. Еще помолчали. Дикий достал
пачку "Мальборо" и протянул незнакомке. Та взяла сигарету и
прикурила от своей зажигалки.
-- Избитая шутка,-- наконец сказала девушка.-- Я б и
посмеялась, только не до смеха мне.
Голос у ней оказался довольно низкий, но приятный, чистый.
Такие голоса располагают. Низкие, добрые, доверительные, без
блядства -- такими голосами пользуются мошенники. Интересно,
что дальше... Час поздний, мошенничество или нет, но "бакланы"
могут запросто появиться...
Дикий вспомнил, что у него в брюках только небольшой
газовый пятизарядный "Перфект". "В крайнем случае, придется
убегать со страшной скоростью",-- усмехнулся про себя Дикий,
украдкой оглядывая пустой ночной пляж. Машину с пляжа не видно,
но ее фиг угонишь. Пока никто не начал "бакланить", Дикий
попытался завести беседу.
-- Вы, думаю, попали в трудную житейскую ситуацию,--
сказал он.-- У вас, скорее всего, украли деньги и документы. Вы
не здешняя. Вам теперь не уехать домой. Ну и так далее. Я
правильно говорю?
Девушка согласно кивает.
-- Ах, я угадал! Тогда... Вы жили в гостинице. Вышли
погулять, а ваша нехорошая соседка все деньги и документы
уволокла. Я правильно излагаю?
Она снова молча кивает, а после спрашивает:
-- Да откуда вы все знаете? Вы что -- друг Аллы?
-- Какой Аллы?
-- Соседки моей. Про которую угадали.
-- Нет! -- засмеялся Дикий.-- Просто обычная курортная
сказка. Иногда правда. Иногда под сказку деньги просят.
Девушка поднялась и сделала шаг в сторону.
-- Извините,-- сказала она, вдруг, потухшим голосом,-- я
пожалуй пойду.
Дикий тоже поднялся и попытался остановить ее.
-- Перестаньте дуться, барышня! Подождите минутку. Я
сейчас оденусь.
Дикий натянул брюки прямо на мокрые плавки и догнал
девушку, когда она уже выходила с пустынного пляжа. На вид ей
лет двадцать. И как таких молодых отпускают родители!
-- Ладно, ладно. Что-нибудь подумаем.
"Бакланы" не появились, денег она не попросила. Похоже,
все случилось именно так, как за девушку рассказал Дикий.
Они сели в машину, и новая знакомая уже сама изложила все
в подробностях -- с именами людей и названием гостиницы.
Понятно, что Алла поселилась или была устроеиа в гостиницу по
"левому" паспорту. И не Алла она вовсе. Сперла, поди, чей-то
паспорт, с ним и работает. Девушка же -- ее, как выяснилось,
зовут Олей,-- приехала к Черному морю из Москвы. Теперь ей даже
в Москву отцу не позвонить -- нет денег. Дикий все-таки не
очень доверял ей -- сейчас мастеров развелось всех возрастов и
обличий. Да и в милицию Ольга не обратилась. Может просто
испугалась? Растерялась?
-- В Москву-то мы позвоним.-- сказал Дикий.-- Сперва
перекусим где-нибудь.
-- Хорошо,-- прозвучал печальный ответ.
-- Хорошо, так хорошо,-- кивнул Дикий и врубил скорость.
Прокатился по улицам и нашел ночной ресторан. Летние брюки
были мокрые от плавок. А впрочем -- наплевать на брюки! За
деньги в кабак можно вообще без брюк заявиться!
Ресторан располагался на тихой улочке и в нем тихо
развлекалось только пара бритоголовых бандитов и пара блядей.
Дикий назаказывал всякой всячинн и Оля, по мере того как
официант приносил закуски, начала приободряться. Похоже, она
была просто голодна. Похоже, она не врала про украденные деньги
и документы.
-- Жалко даже не денег и документов,-- говорила она,
поглощая салат за салатом.-- Сумочку саму жалко. Мне ее папа
подарил. Ему ее привезли из Парижа специально для меня.
-- Да. Сумочка,-- соглашался Дикий.-- Проблема.
Из ресторана Дикий повез ее к себе. Дикий заметил, как она
напряглась, узнав куда они едут.
-- Перестань,-- сказал Дикий.-- На кой черт ты мне нужна.
Ольга поверила и засмеялась.
Они поднялись по лестнице и Дикий открыл дверь.
-- Не пугайся. Тут еще не все убрано. Меня, давно не было.
-- Да я не боюсь. Совсем не боюсь.
Дикий зажег свет в прихожей и указал на телефонный
аппарат.
-- Вот. Звони отцу.
Дикий разглядел девушку внимательно. У нее было чистое
лицо с чуть заметными ямочками на щеках, небольшой прямой нос и
серые глаза. Она стала набирать номер и Дикий заметил, что код
Ольга набрала действительно московский. Хотя она могла звонить
и какой-нибудь крутой московской команде. Незаметно Дикий
положил в карман брюк крохотннй дистанционный пульт, нажав
перед этим кнопочку, замыкавшую двери и окна. Пускай звонит
куда хочет, хоть папе, хоть "папе", все равно...
В квартире было две комнаты и пока Ольга говорима по
телефону Дикий отнес в спальную свежую простыню пододеяльник,
сам предполагая скоротать оставшиеся ночные часы в кабинете.
"Тащить незнакомую девицу на конспиративную квартиру -- это
поступок! -- усмехнулся про себя.-- Или скрытое проявление
инстинкта. На этом уже тысячи лет прокалываются мужики. Неужели
проколюсь и я. Как сказал не помню кто: мудак -- это не
буревестник, это труп..."
Ольга говорила по телефону довольно долго, после вошла на
кухню, где Дикий сидел за столом, ожидая когда закипит чайник.
-- Спасибо. Я дозвонилась, папа дал мне адрес и телефон
своего друта. Тот в Одессе живет. Он поможет. Он ему сейчас
позвонит, а я перезвоню. Можно?
"Ну, вот, начались друзья. С автоматами или без?" --
мелькнула мысль.
-- Хорошо, перезвони,-- согласится Дикий.
"С другой стороны, вдруг это мания преследования. От такой
жизни все может случится".
-- Я могу сразу уехать,-- сказала девушка.-- Меня отвозить
не обязательно.
-- У тебя денег на такси нет. Хотя я могу дать. Без
проблем с отдачей. А лучше не дергайся, дозвонись сперва.
-- Да.-- Девушка не знала как поступить, думала.
|
