 |
 |
Дикий и Зверь
Автор "Угрюмов Владимир"
Размер 590202 Байт
Страница 34 из 55
|
 |
-- Неплохо у вас получается.
На что Дикий справедливо ответил:
-- Как учили, так и получается.
Он заставил пленного подняться и повернуться спиной. Нашел
вену на руке и сделал укол. Пленный инстинктивно дернулся, но
тут же ноги у него подкосились и он сел, почти упал на диван
обратно. Сидел какое-то время с закрытыми глазами. После из
уголков рта вытекло по струйке слюны. Еще через пару минут
уколотый открыл глаза, которые теперь казались пустыми и
серыми. Дикий достал из нагрудного кармана куртки диктофон и
утопил клавишу.
-- Друг,-- как можно более проникновенно произнес Дикий.--
ты же знаешь, какие мы близкие тебе люди.
-- Близкие люоди,-- тупо повторил уколотый.-- Конечно,
близкие. Друзья.
-- Ты скажи своим друзьям -- кто вас послал?
Сперва пленный еле говорил, но постепенно его речь
сделалась членораздельной и он стал отвечать на вопросы
обстоятельно.
Под препаратом человек не может думать, он просто говорит
то, что знает. И -- все. Мысли же его Дикого не интересовали.
Интересовала информация.
Дикий поглядывал на часы. Сломаноносый выдержал десять
минут. Затем его речь стала путаться, он стал сбиваться на
какие-то детские воспоминания.
-- Все. Сорвался. Но и то, что сказал, хорошо. Интересная
информация. Очень интересная!
-- Другого тащить? -- спросил Сергей, который все это
время находился в комнате.
-- Да. Давай другого и в другую комнату. Только
горбоносого не надо. Он постарше, посолидней. Я с ним так
поговорю. Тащи курносого.
-- Хорошо, Дик,-- усмехнулся Сергей и вышел.
@BLL=
Психотропные препараты -- вещь хорошая. Иногда даже
слишком хорошая. Клиент может сразу сорваться и погрузиться в
свое бессознательное, а бессознательное -- оно бессознательное
и есть. Начнутся истории детского мочеиспускания и первых
поцелуев. Эдипов комплекс, одним словом, как не крути...
Разговор с курносым подтвердил информацию, которую выдал
сломаноносый. Психика у него оказалась покрепче -- курносый
выдержал двенадцать с половиной минут.
С оставшимся горбоносым Дикий решил поговорить просто, как
человек с человеком, без химии.
Он сел напротив пленного и начал:
-- Вы знаете -- почти во всех цивилизованных странах
местные "конторы" не рекомендуют своим разведчикам подвергать
свой организм насилию? Когда их захватывают, то им разрешается
говорить все, что они знают.
-- Мне это известно,-- ответил горбоносый.
Это был мужчина лет сорока с темными чуть волнистыми
волосами. Такой тип встречается в южных областях России.
-- Что с вашими людьми? Сколько их засело вокруг усадьбы?
-- Я вас не понимаю.
Дикий поморщился, как от зубной боли.
-- Понимаете вы меня,-- сказал он.-- И тратите драгоценное
время. Зачем вам? Я с вашими коллегами быстро разобрался.
-- Скополамин?
-- Скополамин. Совершенно верно! Но я не хочу его к вам
применять, поскольку прошлое мне известно. Но я еще и настоящим
интересуюсь. Вы людей отозвали или там еще идет бой?
Горбоносый молчал всего несколько секунд. Наконец, он
решился говорить.
-- За десять минут до вашего появления я дал команду
отходить.-- Мужчина кивнул на рацию, лежащую возле коньячной
бутылки.-- Но там возникли какие-то трудности. Остальное мне
неизвестно. Никто больше на связь не вышел.
-- А зачем ваши люди ввязались в бой? Вы ведь заранее
знали, получив условное сообщение, что в доме ловушка?
Горбоносый отвечал почти лениво, тихо, безучастно даже.
-- Н-да... Когда сняли ваших снайперов, то мы поняли --
дом взяли не спецслужбы. Ваши снайпера, кстати, живы. Кромо
одного... Да у нас и выбора-то не оставалось -- мое новое
начальство состоит из непрофессионалов и операция не
дублировалась... Вы к ФСК или правительственной охране
какое-нибудь отношение имеете?
"Он еще и вопросы задает!"
-- Я -- не имею,-- Дикий решил ответить.-- А с другими вы
чуть позже сами познакомитесь. Я вам ответил. Теперь вы мне
скажите. Для чего этот идиотский план? Что он может дать?
Опять пауза. После такой же меланхолический ответ:
-- Можете мне не верить... Я считаю, что никакая акции
ничего но изменит ни в лучшую, ни в худшую сторону. Ну усилится
напряженность между правительствами. За этими правительствами
народ не стоит. Другое дело, если под видом террористических
актов уберут каких-то лишних людей. Возможно, в каком-либо
конкретном регионе готовится провокация. Слышали про Чечню? О
том, что там готовится выступление?
"У-у, блин, опять он мне вопросы задает?"
-- Слышал. Так... Вообще. Разве так все серьезно?
-- Разве! Я-то в этом кое-что понимаю. Чечня -- это другой
разговор. В данном же случае, который нас, так сказать, свел,
мне выбора не предоставили. Приказ, знаете ли. А приказы не
обсуждают.
Появилась возможность разглядеть собеседника. И Дикий
разглядел. Нет, человеку гораздо больше сорока. Просто он
мускулист и подтянут. А эти паутинки морщин под глазами,
шрамики по всему лицу и на шее, как годовые кольца на стволах
деревьев. И еще усталость во взгляде и голосе...
-- Сколько, скажите, вы отслужили в спецподразделениях?
Услышав вопрос, пленный чуть приметно дрогнул, но ответил:
-- Начинал с "вышака" в Рязани. Затем трудовые будни --
Лаос, Ливан, Афганистан. И еще -- много по мелочам.
-- А в каком вы звание?
-- По возрасту должен иметь полковника, но -- майор. До
сих пор майор.
-- Неприятности по службе?
-- У кого их нет?
-- Но ведь вы давали присягу! Может, не время для таких
базаров... Но вы присягали России! Теперь работаете против
России в пользу Украины. Да и какая Украине польза от ваших
провокаций! Может... я не знаю!... Для семьи что ли? Для денег?
-- У такого, как я, семьи быть не может.
-- Не говорите ерунды!
Все-таки дядечку удалось расшевелить. Он заговорил громко,
и в голосе его слышалось волнение:
-- Слушайте! Молодой человек! Вы классно провели операцию
и доказали мне, что я постарел для такой работы. Если б вы
знали кого взяли, как сопливого мальчишку, то вам, возможно,
было б приятно... Я скажу прямо. Не надо меня передавать в руки
российских спецслужб. Просто убейте меня!
-- Вы так этого хотите?
-- Прошу понять меня. Я от всего этого просто устал.
-- И вы точно этого хотите?
-- Точно.
Возле двери на лестничной площадке стоял Геннадий. В
голове шевельнулась интересная мысль и Дикий крикнул:
-- Дай пистолет.
-- Да, конечно,-- быстро ответил Геннадий, сделал пару
шагов в комнату и протянул оружие, стараясь при этом не
сталкиваться взглядом с пленным.
Дикий выщелкнул обойму и оттянул затвор. На пол выскочил
патрон. Дикий поднял его и загнал обратно в ствол, поставил на
предохранитель. Обойму оставил себе, а сам ТТ протянул майору,
отстегнув перед тем наручники.
-- Вот! Рещайте свои проблемы. Только времени у нас не так
много.
Тот взял ТТ, помолчал, а после попросил:
-- Вы бы хоть отвернулись. Не театр все-таки.
-- Вам это так важно? Мне интересно все это увидеть.
-- Что ж...-- Смугловатое лицо майора стало белее
свежевыстиранной простыни.-- Раз так...
Движение кисти -- и ствол уперся в висок. Палец нажал на
курок, разбил капсюль. Грохнуло будь здоров. Майор, Дикий
смотрел на него внимательно, даже но зажмурился. Секунду-другую
после выстрела майор продолжал держать пистолет возле виска,
затем оторвал ствол от голову удивленно взглянул на оружие,
поднял голову и посмотрел на Дикого.
-- Мне пришла в голову интересная мысль,-- произнес Дикий
так, будто ничего не произошло.-- Чтобы ее изложить, я должен с
вами побеседовать подробно и в другом мосте. Идет?
Геннадий стоял у дверей. У него даже челюсть отвисла от
удивления. Как так? Выстрел произошел, трупа не образовалось? У
майора же произошли какие-то изменения в сосудах, и лицо на
глазах превращалось из белого в пунцовое.
-- Я в вашем распоряжении,-- сухо ответил пленный и закрыл
глаза.
@BLL=
Дикий спустился на первый этаж и сел на стул. Тут же от
напряжения ночи стали слегка подрагивать коленки. Но еще не все
кончилось, и Дикий набрал номер полковника по сотовому
телефону.
-- Да,-- раздался голос полковника.
Слышно было прекрасно.
-- Я -- первый. Что там у вас?
-- Полный дом гостей. Почти всех взяли. У тебя что?
-- Порядок. Приняли, как лучших друзей. Запомни адрес и
подъезжай.-- Дикий постарался как можно точнее сообщить
координаты коттеджа. Закончив объяснения, спросил: -- Что там с
моими парнями?
Ответ прозвучал ошеломляюще:
-- Отсталось четверо. Возьму их с собой.
Дикий замолчал, не зная что сказать.
-- Первый! Слышишь меня?
-- Я -- первый,-- хватило все-таки сил откликнуться.--
Жду. Дикий отключил трубку и вышел на крыльцо. Сел на ступеньки
и стал шарить по карманам, ища сигареты. За спиной возник
Сергей.
-- У меня сигареты ость.
Достал пачку и сел рядом.
-- Что-то не так? -- спросил Дикого.
-- Не так...-- Дикий затянулся и выпустил дым.--
Одиннадцать человек, Сережа... Одиннадцать наших парней...
Сергей замер, забыв про сигарету. Огонек съедал табак,
добрался до фильтра.
-- Кто остался? -- спросил.
-- Не знаю. Не спросил. Полковник не сказал. Приедут сюда
скоро.
-- Но почему, Дикий?
-- Полковник раскажет... В самом начале мы потеряли
четверых. Четырех "двухсотых" получили от снайперов. Виктор,
Степа, Саша и Женя. Другие "двухсотые" -- полковника... Что-то
у них затем произошло... Что-то случилось...
Сергей постарался успокоить Дикого, понимая, что чувствует
тот, кто командовал операцией. На чьей совести, крути -- не
крути, будут теперь эти покойники. Положил руку Дикому на
плечо, сказал:
-- Пойдем в дом, брат. Их не вернешь...
21
|
