 |
за эти пределы. В этой ситуации, освободившись от окружающей среды, от
окружающей реальности, и всех возможных моделей и форм стимуляции, человек
погружается до такого глубокого уровня, как только может. Вернувшись назад,
в общесогласовнную реальность, я почти жалел, что оставил пространства ЛСД,
но я был измучен колоссальной тратой энергии . Скорость этой траты энергии
в 10 раз превышала мою обычную. Теперь мне нужно было уснуть, и этой ночью
я проспал, как ребенок, 12 часов.
Я проснулся, чувствуя себя отлично, вспоминая, интегрируя и наблюдая то,
через что я прошел.
После такого путешествия хорошо иметь хотя бы один полный день отдыха
чтобы осмыслить происшедшее и, если возможно, записать все случившеся для
последующего изучения, в то время, когда захочется вернуться назад, к этой
первой попытке.
Это записывание полезно двояко. Оно поддерживает во время вторичного
периода, который следует за первичной фазой, фазой действия ЛСД самого по
себе. Нужно от 3 дней до недели, чтобы переварить этот опыт,интегрировать
его и сделать частью себя. Во второй день любая активность должна быть
минимальна. Не нужно принимать никаких обязательств на это время, чтобы
можно было спокойно переварить все происшедшее в состоянии действия ЛСД.
В некотором смысле, метафорически, сеанс ЛСД может быть назван
"образованием куколки". Гусеница образует кокон и потом происходит ее общее
превращение в куколку. И только после периода явной дезорганизации и
реформации может образоваться бабочка.
После того, как бабочка сформировалась, необходима остановка и осознание
ее бытия, как бабочки. Она перешла от состояния ползанья к состоянию
полета, и прежде, чем она сможет летать, она должна высохнуть, расправить
крылья и сформировать себя. Сеанс ЛСД сам по себе - это период
организованной дезорганизации, период образования куколки. В этот период
вещи движутся текуче и пластично, так, как обычно не бывает. Пока в этот
процесс образования куколки не внесено некоторое направление, его
результатом может быть и гусеница, и некоторая чудовищная комбинация
гусеницы с бабочкой.
В моем опыте день после сеанса был так же важен, как и сам сеанс. В этот
второй день необходимо направленное, самодисциплинированное движение. Для
некоторых людей, желающих это сделать, лучше быть в одиночестве. Если же
нет, то лучше быть с теми, кто доброжелателен к вам, кто верит в вас, кто
хочет видеть вас развивающимся и может помочь вам развиваться. Может быть,
идельным было бы иметь гида, с которым на второй день можно было бы
обсудить дискуссионные вопросы. Но гид не должен при этом руководить - он
может на что-то указать, быть "честным свидетелем(+) для вас, может
информироовать вас относительно происходившего снаружи, пока вы проходили
через эти внутренние пространства.
---------------- + "Честный свидетель" - вид функционирования
биокомпьютера, при котором само-метапрограммист остается в стороне и
поэтому обьективен, регистрируя все случившее без коррекции и без отбора.
Позже регистрируемое репродуцируетс с требуемой точностью, опять без
корректировки или отбора. Каждый имеет "честного свидетеля", но некоторым
нужно откопать его. - прим. автора. ( См книгу Джона Лилли "Programming and
metaprоgramming in human biocomputer: Theory and Experiment. - N.Y.:Julian
Press, 1972 - 160 p.p. - прим.ред.) ------------------------------ -----
Иногда бывает полезно знать, что случалось снаружи в то время, когда вы
отправлялись в путешествие в одно их тех странных пространства. На второй
день я провел некоторое время в свободных ассоциациях, пытаясь понять,
откуда пришел опыт. Я слышал о трансцендентных мистических и религиозных
переживаниях, описанных в литературе по ЛСД. Я скептически относился к ним,
как ученый и исследователь, но все же прошел через них сам. Как можно было
бы обьяснить это? Это было явно реальное переживание реальных небес и
религиозной веры, чего я не переживал никогда раньше. На второй день я смог
пройти через память и войти в период моего детства, когда я был католиком.
Внезапно я вспомнил, что когда я был маленьким мальчиком, у меня уже были
видения, аналогичные пережитому под действием ЛСД. Я тогда готовился к
исповеди, стоя в темной церкви на коленях лицом к алтарю. Только одна свеча
горела на алтаре, а остальная часть церкви была почти в полной темноте, так
как свет слабо просачивался через окна, находящиеся где-то наверху.
Внезапно интерьер церкви исчез, колонны стали прозрачными и я увидел
ангелов, Бога на его троне, и святых, движущихся через церковь как бы в
другом измерении. Мне было всего лишь 7 лет, а изображения Бога я видел
только в произведениях искусства, что и сказалось в этом видении. Я
чувствововал также его любовь и заботу о нас, и то, что именно он сотворил
нас.
Сумев извлечь из моей памяти эти воспоминания, которые были подавлены во
время научной и медицинской карьеры, я внезапно увидел, что с помощью ЛСД
получил очень энергоемкий и высокоположительный опыт, который в моей зрелой
жизни был вытеснен из сознания. Я обнаружил, что погружаюсь в этот опыт с
неохотой. Это было ново, очень положительно и ценно, а происходяшщее было
по видимому некоторого рода чтением в самом себе. Либо все случившееся было
внутри моего мозга и я вспоминил происходившее в детстве, или просходило
что-то еще, выходящее за пределы этого. Внезапно я понял что по отдельности
я не могу обьяснить ни детского переживания, ни опыта с ЛСД. Я полностью
осознал, что и мой детский, и мой зрелый опыт были практически идентичными.
Опыт мог выйти из глубины памяти и был пережит еще раз, потому что был
подавлен. Это, кажестя, больше соответствовало истине, чем предидущее
обьяснение. Конечно, можно сбить с толку ребенка семи лет, и сказать ему,
что он получил прогиамму видения святых, Святой Терезы из Авилы., и что
мистические аспекты католицизма были тщательно запрограммированы в этом
мальчике, и что он тотально проецировал свои видения. Затем я вспомнил, что
сделал ошибку, и сообщил тогда, в детстве, монахине о своем видении. Она
ужаснуллась и сказал, что только святые имеют видения, отругав меня при
этом. В этот момент я и подавил память, и такой тип опыта, но прежде чем
это сделать, я испугался " как бы она не подумала, что я тоже святой".
Вернувшись к зрелой жизни, я с улыбкой раскрыл это. Я увиджел, что могу
проэцировать из подсознания даже экстатический, трансцендентный,
мистическеий и религиозный опыт. Я сделал внезапно шаг вперед, поняв, какой
чудесный механизм мы представляем. Но у меня все же не было ни реального,
ни хотя бы сколь-нибудь удовлетворительного обьяснения для этих переживаний
ни в первом, ним во втором случае. Я попытался дать его через фрейдистские
термины, полагая, что первое видение было желаемой мыслительной
конструкцией десткого воображения, а второе было только ожившим
воспоминанием первого.
В сфере моего мышления это еще было приемлимо, но в других сферах - нет.
Я имел иной опыт, четыре раза, когда был близок к смерти, которая сказала
:"Это еще не все, что здесь есть." Продолжая интеграцию и исследования
второго дня, я вернусь в прошлое, к одному из случаев, при котором я был
близок смерти. Как ребенок католического вероисповедания, я был всегда
обращен лицом к смерти. Когда относительное умирает, то имеется в виду
тело, происходят похороны и мы проходим через обычный католический ритуал,
имеющий дело со смертью. Я хорошо был знаком с концепцией души, оставляющей
тело человека во время смерти. Так, находясь в уединении в собственной
постели, я представил себе маленького мальчика, мою душу, покидающую тело и
летящую к Богу, к небесам.
Это также проявилось и в моем первом сенсе с ЛСД, когда я слушал Девятую
симфонию Бетховена. Я буквально оставил тело и взошел на небеса, как раз
тогда, когда я хотел представить себе - и представил - состояние маленького
мальчкика. Я все время напоминал себе: "На горизонте ума то, во что верят
как в истинное., и это становится истинным в пределах, которых можно
обнаружить в опыте." Позже я обнаружил, что пределы веры определяют и
пределы переживамеого. В пределах творческого воображения ( каким бы оно ни
было) есть определенная ситема убеждений, которая может быть превзойдена,
трансцендирована. Диапазон, в котором существует научный процесс, огромен.
Как только изучены пределы, они погут быть перейдены. Вера становится более
открытой и формируется новая система пределов с новыми убеждениями внутри
них. Первоначальные же убеждения включаются как подсистема. Мой опыт в
математической теории систем сработал, и я понял, что то, где я был на
каждой из стадий моей жизни, было определено моими убеждениями в то время.
Каждая система этих убеждений стала подсистемой в большой системе , когда я
продвигался и увеличивал мои знания и опыт.
За этот второй день я внезапно стал вспоминать вещи, которые происходили,
но которые я не описывал раньше. Например, я вспоминал проекцию лица на мое
тело в зеркале. Увидев эту проекцию телесного лица,я сразу же понял, что
это происходит так же, как у ребенка. Если встать напротив тела в полную
длину, так, чтобы можно было видеть все тело, то можно представить, что
там, в зеркале, настоящей головы нет. Верхушка телесной головы - это плечи,
соски становятся глазами, пупок- носом, волосы в паху - ртом. У мужчин
пенис, свисающий вниз - это язык. У женщин язык внутри.
Можно проецировать разные вещи на это лицо, и видеть их. Оно выглядит
подобно лицу идиота, если вы низкого мнения о своем теле.
Может выглядеть, как очень счастливое лицо, если оно довольно телом, а
может - как у сексуально возбужденного зверя, когда он подавлен, но
сексуальное возбуждение осталось.
Когда я увидел это на своем теле, я обернулся и посмотрел на своего гида.
Это было и на ее теле. Выпученные глаза были женской грудью, а язык хотел
попасть в рот. Пока я наблюдал это, она внезапно стала золотой богиней
фантастической красоты. Когда я почувствовал возбуждение и влечение к этому
образу, он внезапно сдвинулся, эмоции сменились на испуг и панику, а богиня
превратилась в гориллу, покрытую шерстью.
От ее гениталий шли токи безумных звериных сексуальных желаний. Мой гид
увидела мой испуг, и поняла, что я проецировал на нее что-то из моей темной
отрицательной части.
Когда я рассказал ей, что видел гориллу, это вошло в резонанс с очень
темной ее частью, и она отождествилась с моей проекцией. Она отреагировала
на эту проекцию своими предрассудками в этой области, и позволила и мне
иметь их. Так она была захвачена в мое путешествие и отразила мои
собственные эмоции с испугом от того, что я проецирую на нее, и что я люблю
такие страшные образы.
У нас начался эффект осцилляции двух зеркал: один проецировал на другого,
а другой с отрицательным усилием передавал это обратно. Я понял, то нужно
обращать внимание на предрассудки гида так же, как и на свои собственные. Я
вынужден был вернуться назад из своего ЛСД состояния и разобрать со своим
гидом нарушения в этом моменте. Я напомнил ей, что это была моя проекция, а
не ее, и что она согласилась не вовлекаться в мое путешествие. Между нами
возникли некоторые эмоциональные напряждения. Но она быстро вышла из этого
отрицательного состояния, когда я описал ей другой образ, проецированный на
нее. Затем мы обсудили эту полярность в моем взгяде на женщину. Из-за моих
детских религиозных представлений я воображал женщину или как далекую от
меня богиню, бесполого ангела, или как опасное, сексуально соблазнительное
животное.
Этот раскол в моей точке зрения на женещину был так очевиден в этот
момент, на второй день, что я должен был провести некоторое время, работая
над тем, через что я прошел. В конце концов, я ассоциировал это с теми
женщинами, которые были в моей жизни.
Я начинал с проецирования образа богини на женщину, с которой имел дело,
представляя ее более возвышенной, чем она могла быть - и чем вообще
кто-либо может быть, - наделяя ее чистотой, всеми добродетелями и
положительными качествами. Затем я совершал с ней половой акт и переживал с
ней оргазм. Переживая ее оргазм, я принимал ее до самой ее животной
природы. Это было прямо из учения католической церки, и это было проекцией
в реальную ситуацию, привнесенной в настоящее из прошлого. Меня учили, что
сексуальные импульсы, гнев и т.п. были частью животной природы и были
греховны.
"Желания плоти" подавлялись и контролировались для того, чтобы можно было
|
BIGLIB
