 |
дение или несовпадение индивидуальных черт, сколько их восприятие, то,
какие качества друзья приписывают один другому и какова тенденция такой
атрибуции (в друзьях мы склонны видеть только хорошее, а во врагах -
только плохое). "Обмен подкреплениями", который необихевиористы трактуют
наивно-механистически, в свете когнитивной "теории справедливости"
предстает более сложным психологическим процессом: желание получить от
общения максимум удовлетворения индивид обычно соизмеряет со своими
представлениями о справедливом обмене, и это побуждает его заботиться не
только о собственной выгоде, но и об интересах партнера.
Когнитивная психология положила начало систематическому изучению
"языка дружбы" - терминов, в которых люди осмысливают и описывают свои
взаимоотношения и представления друг о друге, а также "личностных
конструктов" (Д. Келли, С. Дак и др.) - специфических оппозиций, проти-
воположных понятий, используемых субъектом для категоризации себя или
других людей. Из этих понятий складывается его имплицитная (молчаливо
подразумеваемая) теория личности. Например, категоризация окружающих по
оси "люди цели" - "люди эмоций" отражает представление индивида об анта-
гонизме, целенаправленности и эмоциональности и определяется, по-видимо-
му, спецификой его личного жизненного опыта. Знание "репертуарных пози-
ций" индивида, структуры значимых для него социальных ролей и их субъек-
тивного смысла позволяет психологу заглянуть в его внутренний мир и его
интимное окружение. Важное значение для психологии дружбы имеет также
межличностная компетенция - освоение индивидом необходимых навыков обще-
ния, умение завязывать знакомство, раскрываться и понимать других.
Символический интеракционизм (Д. Мид, Д. Мак-Колл и др.) выдвигает на
первый план социально-структурные (ролевые) и культурно-символические
(значение) аспекты личиых отношений в связи с развитием самосознания.
Поскольку личность формируется и осознает себя только во взаимодействии
с другими людьми, приверженцы этого направления видят цель изучения
дружбы в расшифровке психологического содержания этого процесса - уясне-
пии, почему данное Я привязывается к данному Другому. Межличпостная ат-
ракция, по определению Мак-Колла, отличается от формальных или деловых
взаимоотношений тем, что в ней присутствует Я, желающее на "основе своей
положительной привязанности к Другому установления личных взаимно актив-
ных отношений с ним.
Интеракционисты .оперируют такими категориями, как. принятие роли
другого, ролевое поведение, определение ситуации и Я. Принятие роли
предполагает способность поставить себя на место другого лица, предста-
вив себе требования его социальной позиции, испытываемые им чувства и
смысл, который имеет для него данная роль и поведение. Исполнение роли
подразумевает овладение системой правил, от соблюдения которых зависят
эффективность и уместность соответствующих поступков, жестов и т. п., а
определение ситуации - координацию собственных намерений и целей с наме-
рениями и целями остальных участников взаимодействия. Это возможно лишь
при наличии устойчивой системы самооценок и одновременно способности
взглянуть на себя глазами других. Подобный подход имеет смысл примени-
тельно к описанию таких явлений, как развитие межличностной компетенции,
зависимость личных отношений индивида от его положения и популярности в
группе, связь дружбы с уровнем развития самосознания.
Хотя по своим исходным посылкам все перечисленные подходы к осмысле-
нию психологических аспектов межличностного взаимодействия различны, а
кое в чем даже противоположны, вместе с тем они взаимодополнительны,
каждый из них имеет определенное рациональное зерно. Любой отдельно взя-
тый акт межличностного взаимодействия и весь этот процесс в целом можно
рассматривать и как поведенческий процесс сближения и соотнесения двух
независимых друг от друга субъектов, и как познание одного субъекта дру-
гим, и как удовлетворение какой-то внутренней эмоциональной потребности
субъекта, и как процесс символического взаимодействия, в ходе которого
индивиды не просто обмениваются информацией, а усваивают точки зрения и
жизненные перспективы друг друга, расширяя тем самым границы собственных
Я.
При этом более сложная теоретическая модель потенциально включает в
себя элементарные как свои аспекты или частные случаи. Так, модель обще-
ния как взаимодействия самосознательных Я и Ты включает процессы их вза-
имного познания (поскольку самосознание предполагает самопознание, а ус-
воение жизненной перспективы другого невозможно без уяснения его роли и
позиции) и удовлетворения эмоциональных потребностей (поскольку "образ
Я" охватывает и эмоционально-оценочные компоненты). Когнитивистская мо-
дель, в свою очередь, предполагает наличие элементарных процессов обмена
и подкрепления, описываемых бихевиористской схемой, и т. д.
Однако, несмотря на интересные частные результаты, самым важным и не-
ожиданным выводом психологии атракции оказалось доказательство от-
сутствия факторов, жестко детерминирующих уровень атракции. Ее причины
действенны лишь в определенном диапазоне условий и в сочетании с другими
переменными. Будучи объективно обусловленным, человеческое общение, в
том числе и такая его форма, как дружба, определяется в то же время и
волей его участников, их желанием, тем, какой стиль поведения они выбе-
рут, и другими непредсказуемыми, зависящими только от них особенностями.
В начале 80-х годов психологам стало ясно, что исследование отдельных
установок, потребностей мешает разглядеть целостность жизненного мира
личности, а сведение личных отношений к серии "взаимодействий" затемняет
их глубинный личностный смысл. Лабораторные методы больше подходят для
анализа статичных, неразвивающихся однократных встреч посторонних людей,
чем естественных, жизненных отношений. В лабораторных исследованиях
практически невозможно учесть развитие личных отношений во времени, а
также активные усилия и потребности их участников. Дружеские отношения и
их "уровни" мыслились не как живые, динамические, изменчивые, имеющие
субъективный смысл процессы, а как стабильные "состояния".
Новая научно-теоретическая парадигма, пришедшая на смену теории меж-
личностной атракции, рассматривает дружбу как особый вид личных отноше-
ний. В чем ее особенности?
1. Круг явлений, охватываемых понятием "личные отношения", гораздо
уже и определеннее феноменов "межличностной атракции". Речь идет не о
случайных краткосрочных контактах, а только об относительно устойчивых,
развивающихся взаимоотношениях.
2. В отличие от функционально-ролевых отношений, личные отношения ин-
дивидуальны, персонализированы, в ходе их становления и развития образу-
ется новый субъективный, личностный смысл, обогащающий обоих участников,
чего не происходит при простом информационном или поведенческом обмене.
3. Личные отношения необходимо изучать в естественной среде с учетом
фактора времени, причем не только в восходящей (знакомство, углубление,
поддержание), но и в нисходящей (ухудшение, ослабление, разрыв отноше-
ний) стадиях развития.
4. Поскольку речь идет о субъектно-субъектных отношениях, их развитие
складывается не автоматически, в соответствии с универ сальными нормами,
а в зависимости от сознательных усилий и коммуникативной стратегии парт-
неров.
5. За иллюзией стабильного состояния и плавного- перехода из одной
стадии отношений в другую скрывается драматический процесс изменений,
неопределенности, переговоров, атрибуций и т. п.
6. Значение и смысл этих процессов сплошь и рядом не осознаются, а их
последствия по-разному интерпретируются участниками отношения. Поэтому
важно различать их объективную детерминацию, субъективную мотивацию и
ретроспективную легитимацию (объяснение и оправдание).
Психология личных отношений как особое направление научных исследова-
ний впервые получила конкретное оформление и закрепление в одноименном
пятитомном труде, созданном при участии советских психологов и вышедшем
под редакцией С. Дака и Р. Гилмура. Кроме того, с 1984 г. выходит специ-
альный междисциплинарный журнал "Journal of Social and Personal
Relationships" под редакцией того же Дака, а в 1985 г. организовано Меж-
дународное общество для изучения личных отношений.
В философско-методологическом плане подходы этого направления близки,
с одной стороны, к идеям получившей развитие на Западе "гуманистической
психологии", а с другой -- "диалогическому" пониманию общения, развивае-
мому на базе идей М. М. Бахтина, Л. С. Выготского и А. А. Ухтомского со-
ветскими философами В. С. Библером и М. С. Каганом, психологами А. Н.
Леонтьевым, А. В. и
В. А. Петровскими, культурологами Л. М. Баткиным, Ю. М. Лотманом и
др. Можно ли, однако, перевести столь сложную проблематику в русло эмпи-
рических научных исследований и что нам фактически известно об объектив-
ных предпосылках дружбы, ее подразумеваемых правилах, стадиях развития и
психологических механизмах?
Что касается объективных предпосылок, то, как и все прочие личные от-
ношения, дружба во многом зависит от системы социальных связей, круга
непосредственного общения личности, обусловленных территориальной бли-
зостью, социально-групповой принадлежностью - и совместной дея-
тельностью. Однако психологическая значимость этих факторов неодинакова.
Американский социальный психолог Т. Ньюком в порядке эксперимента
расселял студентов-первокурсников Мичиганского университета по комнатам
в разных сочетаниях по принципу сходства или несходства установок, а за-
тем изучал динамику их взаимоотношений. Оказалось, что на ранних стадиях
знакомства атракция больше зависит от пространственной близости, чем от
сходства установок, однако в дальнейшем положение меняется и сходство
установок перевешивает влияние соседства.
Влияние пространственной близости на личные отношения в большинстве
случаев опосредствуется и дополняется другими названными факторами -
групповой принадлежностью и совместной деятельностью, связанной с опре-
деленным разделением функций, кооперацией и взаимопомощью. Как и обыден-
ное сознание, научная психология различает деловые, функциональные отно-
шения и личные, индивидуальные привязанности, а также обусловленное при-
надлежностью к одному и тому же коллективу товарищество и основанную на
индивидуальном выборе и личной симпатии дружбу.
Деловые отношения, или, как называют их вслед за А. С. Макаренко не-
которые советские ученые, отношения ответственной зависимости, подчинены
достижению какой-то вне-индивидуальной цели - производственной, учебной
и т. д. Они всегда специализированы, и личность участвует в них как ис-
полнитель определенной социальной функции, роли. Принадлежность к данно-
му коллективу и вытекающее из нее чувство солидарности с другими его
членами (товарищество) не обязательно предполагают личную симпатию к
каждому из них в отдельности, без чего немыслима дружба. "Вопрос отноше-
ния товарища к товарищу,- писал Макаренко,- это не вопрос дружбы, не
вопрос любви, не вопрос соседства, а это вопрос ответственной зависимос-
ти" .
Однако различие дружбы и товарищества относительно. Тесная кооперация
и взаимопомощь в совместной деятельности легко и незаметно перерастают
во взаимную симпатию. Коллектив сплачивается не только общей заинтересо-
ванностью его членов в результатах их совместной деятельности, но и
чувством групповой солидарности, сопричастности к целому. Степень эмоци-
ональной идентификации индивидов с группой - один из главных показателей
сплоченности коллектива. А идентификация с коллективом невозможна без
взаимной поддержки и заботы об отдельных товарищах. "Чувство локтя" -
важнейший общий компонент товарищества и дружбы. Поэтому товарищеские
отношения не просто фон, а живая питательная среда для возникновения и
развития индивидуализированной дружбы.
Недаром большую часть своих друзей люди приобретают именно в процессе
совместной деятельности, в своих производственных или учебных коллекти-
вах, причем значение этого вида общности значительно перевешивает роль
территориально-бытовых факторов. Об этом свидетельствуют, в частности,
данные уже упоминавшихся исследований Л. А. Гордона и Э. В. Клопова.
Важное значение совместной деятельности и коллективной принадлежности
для возникновения дружбы доказывается и социально-психологическими экс-
периментами. Известен, например, эксперимент американского социального
психолога М. Шерифа .
Группа мальчиков 11-12-летнего возраста, взятых из разных школ и ра-
нее никогда не встречавшихся друг с другом, была вывезена в загородный
лагерь. В течение трех дней подростки имели возможность совершенно сво-
бодно общаться друг с другом, у них складывались какие-то привязанности,
возникали группировки, игровые компании и т. д. После того как между ре-
бятами установились определенные личные взаимоотношения, был проведен
социометрический тест, в ходе которого каждый назвал своих лучших дру-
зей. Затем ребята были разделены на две команды таким образом, чтобы две
трети лучших друзей каждого оказались в противоположной команде. Каждая
команда получила собственное задание, общение между членами разных ко-
манд было сведено к минимуму, а сами команды поставлены в отношения со-
ревнования и соперничества. Через несколько дней мальчиков снова просили
назвать своих лучших друзей, подчеркнув, что они могут выбирать но
только из собственной команды, но и из другой. На сей раз выбор оказался
совершенно другим. Членство в команде решительно перевесило первона-
чальные личные симпатии: число "лучших друзей" из собственной команды
составило в одном случае 95%, в другом - 88%.
|
BIGLIB
