 |
 |
О сновидении
Автор "Зигмунд Фрейд"
Размер 94831 Байт
Страница 5 из 9
|
 |
волнующие нас днем, не в состоянии преследовать нас и во сне.
Каков же побудитель сновидения в избранном нами для анализа
примере? Это == незначительное переживание, заключающееся в том,
что приятель дал мне возможность проехаться даром в карете. Картина за
табльдотом в сновидении содержит намек на этот незначительный факт,
ибо в разговоре с приятелем я привел карету с таксометром в параллель с
табльдотом. Но я могу также указать и на важное переживание, которое
замещено во сне этим незначительным: несколько дней перед тем я
истратил много денег на одного дорогого мне члена моей семьи. И вот
скрытые мысли сновидения как бы говорят: было бы нисколько не
удивительно, если бы то лицо отблагодарило меня == любовь его не была
бы бесплатной. Бесплатная же любовь, по-видимому, стоит среди моих
скрытых мыслей на первом плане. И то обстоятельство, что я с
указанным родственником незадолго перед тем несколько раз ездил в
карете, приводит к тому, что поездка с моим приятелем напоминает мне
об отношениях к первому. Для того чтобы какое-нибудь незначительное
переживание могло сделаться побудителем сновидения, необходимо еще
одно условие, не нужное для действительного источника сновидения: это
переживание должно быть всегда недавним, т. е. относиться ко дню
перед сновидением.
Я не могу оставить вопроса о смещении сновидений, не упомянув
еще об одном удивительном явлении, которое наблюдается при
образовании сновидения под влиянием сгущения и смещения. При
рассмотрении сгущения мы уже имели возможность познакомиться с
таким случаем, когда два скрытых за сновидением представления, имея
что-либо общее между собой или какую-нибудь точку соприкосновения,
замещаются в сновидении смешанным представлением, в котором более
ясная суть соответствует общим, а неясные подробности == частным
чертам обоих представлений. Если к этому сгущению присоединяется
еще и смещение, то образуется не смешанное представление, а некое
общее среднее, которое относится к отдельным элементам так, как в
параллелограмме сил составляющие относятся к равнодействующей. Так,
например, в одном из моих сновидений речь идет о впрыскивании
пропилена. При анализе я прежде всего нахожу в качестве побудителя
сновидения незначительное переживание, в котором некоторую роль
играет амилен (химический препарат). Пока я еще не могу объяснить
смешения амилена с пропиленом. Но к кругу идей того же сновидения
относится еще воспоминание о первом посещении Мюнхена, где на меня
произвели сильное впечатление Пропилеи. Дальнейший анализ позволяет
высказать предположение, что смещение с амилена на пропилен было
обусловлено влиянием второго круга идей на первый. Пропилен
является, так сказать, средним представлением между амиленом и
Пропилеям и, и слово это попадает в содержание сновидения в качестве
компромисса путем одновременного сгущения и смещения.
При взгляде на эту работу смещения еще настоятельнее, чем при
сгущении, чувствуется потребность найти мотивы такой загадочной
работы сновидения.
VI
Если то обстоятельство, что мы в содержании сновидения не
находим или не узнаем скрытых его мыслей и не догадываемся даже о
причинах такого искажения, обусловливается главным образом работой
смещения, то другая, более легкая переработка скрытых мыслей
приводит нас к обнаружению новой, но уже вполне понятной
деятельности работы сновидения. Ближайшие скрытые мысли,
обнаруживаемые путем анализа, часто поражают нас своей
необычностью: они являются нам не в рациональных словесных формах,
которыми наше мышление обыкновенно пользуется, а скорее
выражаются символически, посредством сравнений и метафор, как в
образном поэтическом языке. Нетрудно найти причину такого рода
условности при выражении скрытых мыслей. Сновидение по большей
части состоит из зрительных картин (ситуаций); поэтому скрытые мысли
должны прежде всего подвергнуться некоторым изменениям, чтобы
сделаться годными для такого способа выражения. Если мы представим
себе, например, задачу, заключающуюся в том, чтобы заменить фразу из
какой-нибудь политической передовицы или из речи в судебном зале
рядом картинных изображений, то мы легко поймем, какие изменения
вынуждена производить работа сновидения в целях образного
представления содержания сновидения.
Среди психического материала скрытых мыслей обыкновенно
встречаются воспоминания о глубоких переживаниях == нередко из
раннего детства, запечатлевшихся как ситуации по большей части со
зрительным содержанием. Этот элемент скрытых мыслей, дейст вуя как
бы в качестве кристаллизационного центра на концентрацию и
распределение материала скрытых мыслей, оказывает, где только
возможно, определяющее влияние на формирование сновидения.
Ситуация сновидения является часто не чем иным, как видоизмененным
и усложненным повторением указанного глубокого переживания:
сновидение лишь очень редко дает точную и без всяких примесей
репродукцию действительных сцен.
Но сновидение не состоит исключительно из ситуаций, а содержит
также отдельные остатки зрительных образов, речей и даже
неизмененных мыслей. Небесполезно, пожалуй, просмотреть теперь
вкратце изобразительные средства, которыми располагает работа
сновидения для своеобразного выражения скрытых мыслей.
Обнаруживающиеся путем анализа скрытые мысли представляют
психический комплекс самого запутанного строения. Части его
находятся в самых разнообразных логических отношениях друг к другу:
они могут стоять на первом и на последнем плане; могут быть
условиями, отступлениями, пояснениями, доказательствами и
возражениями; почти всегда рядом с одним направлением мыслей
присутствует противоречащее ему обратное течение. Этому материалу
свойственны все характерные черты знакомого нам мышления наяву; но
чтобы получить сновидение из этого психического материала,
необходимо подвергнуть его сгущающей прессовке, внутреннему
раздроблению, смещению, которое одновременно создает новые
видимости, и, наконец, избирательному воздействию со стороны
наиболее годных для образования ситуаций составных частей. С учетом
генезиса этого материала такой процесс заслуживает название
"регрессии". При переработке психический материал теряет, конечно,
скреплявшие его логические связи: работа сновидения как бы берет на
себя только обработку фактического содержания скрытых мыслей; так
что при толковании сновидения необходимо восстановить связь,
уничтоженную работой сновидения.
Таким образом, средства выражения работы сновидения можно
назвать жалкими по сравнению со средствами нашего мышления. Однако
сновидение вовсе не должно отказываться от передачи логических
отношений между скрытыми мыслями: очень часто ему удается заменить
эти отношения характерными продуктами собственного творчества.
Сновидение прежде всего обнаруживает непреложную связь между
всеми частями скрытых мыслей тем, что соединяет весь этот материал в
одну ситуацию: оно выражает логическую связь сближением во времени
и пространстве, подобно художнику, соединяющему на картине,
изображающей Парнас, всех поэтов, которые, конечно, никогда не
находились вместе на одной вершине горы, но в понятии, несомненно,
образуют одну семью. Работа сновидения применяет этот способ
выражения и в частностях, так что если в сновидении два элемента
находятся рядом, это говорит за особенно тесную связь между скрытыми
за ними мыслями. Здесь нужно еще заметить, что сновидения одной ночи
обнаруживают при анализе свое происхождение от одного и того же
круга идей.
Причинная зависимость в сновидении либо вовсе не выражается,
либо замещается последовательностью во времени двух неодинаково
длинных частей сновидения. Часто это замещение бывает обратным, т. е.
начало сновидения соответствует следствию, а конец == предпосылке.
Прямое превращение во сне одного предмета в другой указывает, по-
видимому, на отношение причины к следствию.
Сновидение никогда не выражает альтернативу "или == или", а
содержит оба члена ее, как равнозначащие, в одной и той же связи. И я
упоминал, что при воспроизведении сновидения альтернативу "или ==
или" нужно передавать словом "и".
Противоречащие друг другу представления выражаются во сне
преимущественно одним и тем же элементом (*). Слова "нет", по-
видимому, не существует для сновидения. Противоположность между
двумя мыслями и инверсия выражается в сновидении в высшей степени
странно, именно: одна часть сновидения как бы последовательно
превращается в свою противоположность. Ниже мы познакомимся еще с
другим способом выражения противоречия. Столь частое в сновидении
ощущение затрудненного движения выражает противоречие между
импульсами, т. е. волевой конфликт.
Весьма пригодным для механизма создания сновидения
оказывается только одно логическое отношение == отношение подобия,
общности, согласования. Работа сновидения пользуется этими случаями
как опорными пунктами для сгущения сновидения и соединяет в новое
единство все, что обнаруживает такое согласование.
______________
(*) Примечательно, что известные лингвисты утверждают:
древнейшие языки человечества отражают совершенно
противоположные крайности одним и тем же словом (сильный ==
слабый, внутри == снаружи и т. д.; "противоположный смысл
первоначальных слов").
Всех высказанных нами замечаний, конечно, недостаточно для
правильной оценки всей суммы средств, которыми располагает работа
сновидения для выражения логических отношений между скрытыми
мыслями сновидения. В этом отношении разные сновидения бывают
обработаны более тонко или более небрежно: неодинаково старательно
придерживаются имеющегося текста и неодинаково пользуются
вспомогательными средствами работы сновидения; в этом случае
сновидения кажутся темными, спутанными и бессвязными. Когда сон
очевидно нелеп и содержит очевидное противоречие, это происходит
преднамеренно: своим с виду небрежным отношением ко всем
логическим требованиям сновидение указывает на какую-то скрытую
мысль; нелепость в сновидении означает противоречие, насмешку и
издевку в скрытых мыслях. Так как это объяснение является самым
сильным возражением против того понимания сновидения, которое
приписывает происхождение сновидения диссоциированной и лишенной
критики душевной деятельности, то я хочу подкрепить свое объяснение
примером.
Мне снится: один мой знакомый М. подвергся в одной статье
нападкам со стороны не больше и не меньше как. самого Гете; нападки
эти, по нашему общему мнению, были незаслуженны. М. был, конечно,
уничтожен ими; он горько жалуется на это в одном обществе за столом,
но говорит, что его уважение к Гете от этого нисколько не пострадало. Я
стараюсь затем несколько выяснить себе обстоятельства времени,
которые кажутся мне неправдоподобными: Гете умер в 1832 году,
следовательно, его нападки на М. должны были произойти раньше; М.
должен был быть тогда совсем молодым человеком; мне представляется
вероятным, что ему было 18 лет. Но я не знаю точно, какой у нас теперь
год, и таким образом все вычисление затемняется. Впрочем, эти нападки
|
