 |
въехала на бетонную дорожку в солнечных батареях, на заброшенном военном
аэродроме. Тут уж стало не до объятий и поцелуев.
Вот оно, "логово"! И находится оно далеко за пределами "бермудского
треугольника"! Даже Витязь не мог догадаться об этом, хотя три года
мотался в сопках.
А все потому, что к аэродрому не ведет ни единый след! Этот аэродром
ни разу не привлек внимания. "Драконы" тщательно его скрывали, как опытный
хищник устраивая ложные норы и пробивая обманчивые тропы, ведущие в
никуда. Да, в сферу их интересов входил сам "треугольник" с Долиной
Смерти, однако все это представляло рабочую площадку, "охотничьи угодья",
а "логово" они устроили в стороне, подальше от глаз.
Две эти взбалмошные особы, возомнившие себя супергероинями и
нахлебавшиеся страха за одну ночь приключений, сдуру, случайно залезли в
самое пекло. И унесли ноги только потому, что действовали против всякой
логики. Их маршрут движения невозможно было рассчитать или предугадать, в
эфире они себя никак не проявили, поэтому "драконы" не ожидали вторжения и
развернули свою энергетическую станцию.
Охранная видеоаппаратура - а таковая на аэродроме наверняка есть -
засекла вылетевшую на взлетно-посадочную полосу "ниву" с красным крестом,
однако их служба не успела сработать - видимо, расслабились от вольготной
жизни. Скорее всего, за машиной была выслана погоня, где-нибудь
устраивалась засада, но и весь дальнейший путь "суперменок" не вкладывался
ни в какую цепь логических умозаключений. К тому же Ромул так и не доехала
до дома, а была перехвачена по дороге десантником из "космической" группы
Азария и тайными путями доставлена к раненому в бывший дот немецкой линии
обороны.
Получалось, что самым верным оружием против "драконов" становилось
полное отсутствие логики. И Поспелов это сейчас понял. Против стихийности
непредсказуемой женской души вряд ли устоит даже самый умный компьютер...
И теперь так не хотелось расставаться...
- Приходи, я тебя жду, - прошептала она в ухо, выталкивая Поспелова
из кабины. - Иди-иди, не приставай к беззащитной девушке.
- Приду, - неожиданно для себя пообещал он. - Провались все на
свете... Однова живем!
Целый час он бродил по лесу вблизи от дороги, поджидая Зарембу,
который сейчас шел пешком к месту встречи и соблюдал режим радиомолчания.
В сотне метров, за сосновым бором виднелась серая стенаусыпальницы -
брошеной больницы, подготовленной оперативниками для встречи. Войти в нее
Георгий должен был после сигнала, который означал, что полковник уже на
месте, но сигнала почему-то не подавали.
То, что оперативная связь под контролем и все радиопереговоры
долетают до чужих ушей, агент Витязь понял после того, как за ним началась
настоящая охота. И заметил это всего с неделю назад, когда передал в эфир
очередное сообщение и был обстрелян с воздуха парой "драконов",
прилетевших как мухи на мед. Сначала он подумал, что его просто
запеленговали, сменил место и поздно вечером снова вышел на связь, только
теперь в неурочное время и на другой частоте. Едва закончил сеанс, как
заметил над лесом рыщущих парашютистов. Рация была выключена, а его
продолжали искать, упорно двигаясь к месту, откуда велась передача. За
одну минуту работы в эфире оперативную радиостанцию засечь почти
невозможно, тем более точно определить ее координаты. "Драконы" покружили
над самой головой, несколько раз включали инфракрасные фонари, стараясь
рассмотреть землю в приборы ночного виденья, однако улетели без выстрела и
ни с чем. Витязь держал их под прицелом, рассчитывая открыть огонь, если
они вздумают приземлиться, и удерживаясь от соблазна расстрелять
"драконов" в воздухе, - очень уж близко и безбоязненно парили они над
лесом. В следующийсеанс связи он нарушил инструкцию и не передал
координаты квадрата, в котором находится, что обязан был делать постоянно.
И "драконы" не прилетели. Тогда он еще раз нарушил инструкцию и назвал
ложные координаты, соседнего квадрата, избрав для наблюдения место на
склоне высокой сопки. Эффект был потрясающий: через несколько минут над
лесом появилась тройка парашютистов, сделала круг и приземлилась точно в
названный квадрат в разных местах, намереваясь блокировать его с трех
сторон.
Кроме того, что оперативная связь прослушивалась, это означало, что
"драконам" стала известна координатная сетка "бермудского треугольника",
специально вычерченная и нанесенная на секретные оперативные карты,
используемые только в этой разведоперации.
А все вместе уже отдавало если не гнусным запахом предательства, то
во всяком случае - преступным ротозейством.
От такой мысли притуплялись все чувства и не было удовлетворения даже
от первого-успеха - Наконец-то обнаруженного логова "драконов". Следовало
прекратить все оперативные действия в "треугольнике" и за его пределами,
оставить лишь пассивное наблюдение и искать источник утечки информации.
Но кто-то же стоит за этой утечкой!
В четвертом часу утра из усыпальницы наконец подали сигнал и Поспелов
направился к зданию от реки, нырнул в лаз, сделанный еще партизаном Лешей
Ситниковым, и оказался перед Зарембой.
- Бахталы, рома, - сказал шеф, поблескивая в полумраке золотом зубов.
- Скажи, дорогой, кто барон в нашем таборе? Ты или я?
- Вы, Александр Васильевич, - согласился Георгий. - В таборе - вы. В
"бермудском треугольнике" - я. Мы же так на берегу договаривались?
Вероятно, Зарембе не понравилось требование Поспелова немедленно
убрать из района группу быстрого реагирования, а значит, и убраться
самому, когда обстановка обострилась еще больше, чем до объявления
"Грозы". Однако шеф не стал далее разжигать страсти, благоразумно
потребовав детального доклада обо всем происшедшем. Многое из того, о чем
рассказывал Поспелов, для шефа было неожиданной новостью, особенно
возратившаяся с планеты Гомос пожарная десантура, превратившаяся теперь в
партизанский отряд.
- Давай сразу решать, что с ними делать, - заявил полковник. - По
закону их следует немедленно разоружить и вывести из "треугольника". Что я
стану докладывать начальству? Что в Карелии воюют партизаны? Да меня за
такую самодеятельность...
- Их невозможно ни разоружить, ни вывести, - сказал Георгий. - Это
нереально. А реально вооружить их надлежащим образом, взять на полное
довольствие и включить в операцию. Вместо группы быстрого реагирования.
Достигнута полная договоренность.
- Меня не станут слушать, - пожаловался Заремба. - Сам посуди, кто
согласится привлекать в разведоперацию... пожарников! Это же незаконное
вооруженное формирование! В конторе возникнет столько вопросов!
- Это сейчас - единственные профессионалы, способные действовать в
"бермудском треугольнике". Великолепно знают тактику "драконов", а самое
главное, имеют стойкий иммунитет от всякой чертовщины...
- Да я все понимаю! - прервал шеф. - Но стоит только заикнуться о
партизанах, в конторе начнется ажиотаж.
- Давайте не будем заикаться, - предложил Поспелов. - Допустим,
десантуры нет в "треугольнике", мы о ней ничего не знаем. А есть банда
мародеров, которой должна заниматься милиция.
- Рома, ты натуральный авантюрист. И меня, старика, тащишь за собой.
- А что нам терять, Александр Васильевич? Разведоперация была очень
хорошо разработана и отыграна на макетах, проверена логикой контрразведки
и потому с блеском провалена.
- Считаешь, провалена?
- Несомненно. Что за фермер поселился в Урочище, стало известно
"драконам" на третий день. Кстати, и десантура довольно легко вычислила
резидента... Потому и скелеты начали плясать перед домом. Агентура, за
исключением Витязя, тоже раскрыта, контролируется оперативная радиосвязь.
Куда уж дальше? Впрочем, и Витязя раскрыли, только не знают, кто он. -
Поспелов сделал паузу. - Если сейчас об этом доложить руководству...
- То я сразу же уйду на пенсию, - закончил Заремба.
- А я опять за штат.
Шеф походил по пустому гулкому помещению, все еще пахнущему стойким
медицинским духом, посмотрел в щелку между досок, зарывающих окно, и глаза
его в луче света масляно засверкали.
- Но с бандой мародеров надо разобраться. Они же не воюют с
"драконами"...
- Пока там молчаливый нейтралитет, - объяснил Поспелов. - Взаимная
терпимость. Но Азарий ведете ними переговоры. Он после армии год сам в
сопках промышлял, туристов попугивал. И год потом сидел в лагере.
- Ну и публика!
- Что делать, Александр Васильевич, это тоже наш народ. Надо
принимать их такими, какие они есть.
- И мародеров оставить?
- Пока оставить. Из них можно сделать не соратников, но союзников.
Азарий, по крайней мере, уверен.
- Ох и не нравится мне эта затея! - признался Заремба. - Не лежит
душа...
- А мне нравится, - задумчиво произнес Поспелов. - Пока я сидел в
плену у десантуры... Время было подумать! К тому же заперли в немецкий
танк, откуда без автогена не удрать. Оказывается, когда сидишь в неволе,
хорошие мысли приходят.
Трезвые и какие-то простые, ясные... Прямо скажем, картина невеселая,
Александр Васильевич. Я ее постараюсь нарисовать, только сразу
предупреждаю: не докладывайте об этом руководству. Пока.
- Ну, давай рисуй! - поторопил шеф. - А то ты как баснописец: мораль
в последних строчках.
- Вот с последних строчек я и начну. В Россию готовится ввод
иностранных войск.
Под эгидой ООН, однако это будут войска НАТО. Своеобразный
югославский вариант расчленения государства. Причиной может стать и
кавказская война, и какая-нибудь новая авария на атомной станции в
европейской части. Смерть причину найдет...
- Круто!
- Потому что с морали начал.
- Ну, продолжай!
- С Юга Россия открыта. Черноморский флот умышленно раздирают на
части, моряки не ходят в море, не умеют стрелять даже из винтовок, Украина
упорно тянется в НАТО и потому без проблем пропустит войска в поход на
москалей. Но Россия слишком велика, чтобы заходить с одной стороны. По
крайней мере, надо с трех. А на севере еще жив Северный флот. Правда, тоже
почти в море не ходит, но если что - неприятностей может доставитьмного.
Да и Ленинградский военный округ не сильно пострадал в перестройках.
Так вот Карельский феномен, этот "бермудский треугольник"- тщательно
спланированная операция по подготовке электронной воины, самой короткой и
блестящей. Всего-то и нужно - на несколько часов подавить радиолокационные
службы, станции наведения, и все средства связи, в том числе и
космические. Ну а что на душе творится, когда на сопках распускаются
"ромашки", вы сами испытывали. Спрятать на территории густонаселенной и
благоустроенной Финляндии всю эту электронику невозможно, куда легче
сделать это на просторах Карелии, используя, допустим, давно забытые
коммуникации, оставшиеся от брошенных или взорванных ракетных шахт,
военных аэродромов, радиолокационных антенн. Кабелей-то в нашей земле - во
все стороны, ищи и подключайся, и кабели для военных выпускали хорошие,
медные, сто лет еще прослужат...
- У тебя есть хоть один факт? - угрюмо спросил Заремба. - Или только
фантазии?
- Есть... Я поднимался на сопку, где расцвела "ромашка", - сообщил
Поспелов. - Думал, там когда-то высоковольтная опора стояла, фундамент
остался. А десантура мне популярно объяснила, что была на этой сопке
радиолокационная антенна, а от нее, разумеется, куда-то шли коммуникации.
И таких антенн по Карелии наставлены десятки, лесоохрана видела их еще
целыми...
Поспелов умышленно не говорил о солнечных батареях, обнаруженных на
брошенном военном аэродроме - нельзя было сейчас взваливать на шефа такой
груз.
К подобным заключениям и выводам его следовало подводить постепенно,
как к холодной воде. Ко всему прочему, он опасался, что Заремба не отменит
"Грозу" и бросит свою группу на штурм "логова". А к нему нужно было
подбираться осторожно, без резких движений, как к логову всякого хищника.
- Мне нужны материалы, доказательства! - потребовал шеф, наливаясь
тяжелой злостью. - Пока это всего лишь версия.
- Будут, - пообещал Георгий.
- Снимай все на видео, - приказал Заремба. - фиксируй каждый факт...
Они хорошо сработали, навертели вокруг "бермудского треугольника" столько
чертовщины и небывальщины, что мне на слово уже не верят... И знаешь что,
пока ты о своих... версиях помалкивай. Кто бы ни спросил, мало ли... Понял
меня?
Полковник держал в руках всю информацию об авариях, катастрофах и
стихийных бедствиях, знал много, видимо, делал какие-то свои выводы,
|
BIGLIB
