 |
- внезапно вцепился в него широколобый. - Вы обладаете такой серьезной
информацией и молчите. А тем временем определенные силы умышленно
подрывают интересы России, нагнетают страх перед ядерной катастрофой...
- Минуту, господа! - Заремба наконец встал и вальяжно выпятил живот.
- Если многоуважаемая публика желает знать истинное положение дел, то
пожалуйста. Я специально подготовил материалы, чтобы каждый из вас мог
ознакомиться, и только после этого я готов говорить. Иначе это
беспредметный разговор.
- Могли бы вы коротко сформулировать свои выводы? - спросил
преседательствующий. - Изложенные в этих материалах?
- Можно и коротко, - согласился полковник. - На Ленинградской АЭС
готовилась диверсия под прикрытием научного эксперимента, которую я
предотвратил сегодня ночью. Сейчас там работают мои люди, и после
совещания я вылетаю сам.
- У вас есть основания утверждать это? - вступил в поединок
председатель. - Есть факты, улики, достоверная информация? Есть
непосредственные исполнители диверсионной акции?
- Хотите, чтобы я открыл здесь секретную информацию? - с прежним
веселым гневом спросил Заремба. - Могу сделать и это, даже с
удовольствием. Потому что хочу, чтобы она обязательно попала в прессу, ибо
не вижу другого выхода борьбы с ползучей агрессией против государства.
- Я просил вас покороче!
- Пожалуйста. На территории Карелии, например, в течении пяти лет под
прикрытием пришельцев из иной цивилизации существует
диверсионно-разведывательное формирование. Принадлежит неустановленному
государству, а значит, какой-то международной организации, возможно,
промышленно-финансовой. Цели пока что весьма туманны и ясно одно -
проводится эта самая ползучая агрессия путем провокаций, радиоэлектронной
войны, в которой оболванивается население - вплоть до применения
психотронного оружия. Нами установлена и доказана прямая связь между этими
пришельцами и готовившейся диверсией на АЭС, - Заремба похлопал ладонью
папки на столе. - Тут все это есть.
- Что вы конкретно предлагаете? - сухо спросил председатель.
- Мои предложения, думаю, выражают общее настроение заседателей. Я
вас слишком давно слушал... Общая схема их примерно такая: обратиться в
ООН и МАГАТЭ, сдать этим международным организациям все наши АЭС, а также
производство ядерного топлива и все могильники отходов. И пусть они
вкладывают свои деньги, если мы их в России не можем найти за столько лет.
Пусть они обеспечивают безопасность станции от террористов, маньяков, от
недоученных специалистов, дураков и слишком ученых экспериментаторов.
- Вы понимаете, что говорите? - встрял широколобый, в замешательстве
озирая присутствующих. - Вы даете отчет своим словам?..
- Я выражаю общее мнение собравшихся! - отрезал Заремба. - Прошу не
перебивать... Разумеется, для такой охраны потребуется специально
обученная служба. У нас такой нет, поскольку нет денег на обучение, а
имеющаяся не получает зарплаты несколько месяцев. Так что предлагаю и эти
функции передать мировому сообществу. Например, специальным подразделениям
НАТО. В первую очередь, Ленинградскую АЭС. И тогда, наконец, диверсанты
прекратят свои поползновения, а некоторые "научные" фирмы - эксперименты.
Следует упредить противника и сдаться ему на милость. Сначала атомные
станции и производство топлива, затем весь комплекс ядерного оружия, - он
выхватил из бокового кармана газету, как пистолет. - Министр обороны
предупреждает: ядерный щит опасен для собственного здоровья, ибо через год
станет полностью бесконтрольным. А если сдаться противнику - не нужно
больше заседать.
На него таращили глаза, как на сумасшедшего. Широколобый наконец
справился с замешательством, вскочил.
- Вы же провокатор! Вы - предатель и подлец!
- Прекратите, - оборвал его председатель. - Не устраивайте тут
базара!
- Что он предлагает? Он предает последние интересы России!
- Да не берите в голову! - засмеялся полковник. - Какие интересы, Бог
с вами!У России давно уже нет никаких интересов. Нигде и ни в чем.
- Перестаньте ерничать, полковник! - вдруг взъярился председатель,
прежде слушавший внимательно и с сочувствием. - Что вы тут валяете дурака?
Когда обсуждаются насущные проблемы?!.
- Я говорю то, что у всех в голове, - отпарировал Заремба. - Почти у
всех. Или не так? Разве что вслух пока не сказано! Так вот я вас
озвучил...
- Уходите отсюда! - председатель указал на дверь. - Требую покинуть
совещание!
- С удовольствием, - простецки сказал он. - Но папочки свои оставляю!
Для вас!
Здесь все очень любопытно, читается, как детектив.
Он скомкал пустой пластиковый пакет, сунул его в карман и пошел к
выходу. За ним с некоторым опозданием увязался широколобый из Совета
Безопасности.
- Простите! Простите! - бормотал он. - Я вас сначала не понял!
Простите...
Заремба покинул зал и побрел по бесконечным коридорам к пропускному
пункту на первом этаже. Там он показал удостоверение и попросил вернуть
пистолет, отнятый при входе в здание. Охранник сунулся в сейф, затем
перекопал какие-то бумажки на столе и попросил подождать. Ходил он где-то
минут пять и вернулся смущенный.
- Приказ начальника охраны оружие не возвращать, - объяснил он.
- Выходит, меня разоружили? - усмехнулся Заремба.
- Не знаю... У меня приказ.
- Слушай, - он склонился к охраннику. - А можешь узнать, кто отдал
такой приказ начальнику охраны?
- Не могу, товарищ полковник...
Заремба не стал больше давить и качать права, пожал плечами и толкнул
стеклянную дверь. Ехать в контору и встречаться с руководством после
скандала в правительстве не было никакого желания, поэтому он направился
домой, на Садово-Черногрязскую и возле метро "Парк культуры" угодил в
небольшую пробку, постоянно возникавшую здесь из-за ремонта моста. Среди
медленно ползущих автомобилей сновали мальчишки с предложением вымыть
стекла, продавцы газет, смело засовывающиеся в кабину, и еще какие-то
торговцы-коробейники. У него вдруг возникла мысль вообще больше не
появляться в конторе, - пусть не он, а руководство бегает за ним.
А они обязательно будут бегать, поскольку передачу всей резидентуры,
задействованной в операциях, следует передавать из рук в руки. Он ощутил
приятное чувство мести, пусть мелкой, но все же мести ко всей своей родной
конторе, где отслужил почти три десятка лет. Неплохо бы вообще уехать из
Москвы куда-нибудь на неделю, и пусть поищут! Он стал прикидывать, куда бы
и к кому завалиться в гости на дачу, предварительно затарившись пивом, и
не успел додумать - в кабину неожиданно ввалился здоровый малый с
газетами, приставил их к боку, упер, демонстрируя спрятанный ствол.
- Сиди тихо, дядя. Смотри вперед.
Заремба мгновенно понял, что это - не грабитель, решивший завладеть
его кошельком или новеньким автомобилем, хотя видом и поведением
незнакомец смахивал на бандюгу.
- Как скажешь, - согласился он, не поворачивая головы.
Употевший, краснолицый "гаишник" махал жезлом, расталкивая пробку, и
когда до конца ее оставалось несколько машин, неожиданно оставил свое
занятие, наугад подошел к автомобилю Зарембы и сел на заднее сиденье.
Отпыхался, снял с руки и бросил на пол орудие труда, дружески похлопал
Зарембу.
- Что, брат, жаркая сегодня погодка в Москве?
- Да уж не говори! - поддержал разговор Заремба. - Асфальт под ногами
плавится.
- Скоро гореть будет, - пообещал "гаишник". - Трогай помаленьку да не
делай глупостей.
Они даже не обыскивали его, зная, что пистолет остался в железном
шкафу на пропускном пункте.
- Куда едем, шеф? - спросил он.
- Выезжай пока на Дмитровку и прямо. Где повернуть - скажу, -
отозвался "гаишник", обмахиваясь фуражкой.
- Тогда я возле палатки где-нибудь тормозну, - пожелал Заремба. -
Пошли своего помощника, пусть купит пару бутылок "фанты".
- Жажда мучает?
- Еще бы! Да и ты, поди, не отказался бы.
Заремба мчался с ветерком в левом крайнем ряду, делал финты с
нарушением и скоро выехал на Каляевскую. Остановился у палатки.
- Ну что, шеф?..
Тот приставил пистолет к его затылку, накрыл фуражкой и приказал
"газетчику" купить напитка. Через минуту "газетчик" вернулся с двумя
бутылями, один подал "гаишнику", другой - Зарембе и сел на свое место.
- Вот спасибо, мужики! - забалагурил Заремба, одним глазом
посматривая в зеркало заднего обзора. - А то начинается обезвоживание
организма...
За спиной пшикнула отвернутая пробка, "гаишник" забулькал "фантой" и
в тот же миг Заремба внезапно и резко ударил "газетчика" бутылкой в
переносицу, развернулся и толчком руки всадил пластмассовое горлышко в рот
пьющему шефу. Тот захлебнулся, конвульсивно дернулся, норовя вытащить
бутылку, однако Заремба кулаком вогнал ее в горло до половины, еще раз,
теперь по затылку, стукнул "газетчика". Поднял с полу сверток, вытащил
автомат "узи", огляделся: сквозь тонированные стекла вряд ли что заметят с
улицы...
Выстрел в упор прозвучал негромко среди шумной, ревущей Каляевской
улицы. "Гаишник" свалился на сиденье, так и не вырвав смятой пластиковой
бутылки изо рта. Заремба отцепил у него с пояса наручники, замкнул их на
руках "газетчика" и отъехал от тротуара, вливаясь в автомобильный поток.
Под светофором на всякий случай сдернул со спинки заднего сиденья чехол и
прикрыл им труп в милицейской рубашке.
- Отдыхайте пока, мужики, - пробурчал он и наконец раскупорил свою
бутылку с напитком.
Оглушенный "газетчик" пришел в себя, когда Заремба остановился на
пустыре возле железной дороги, чтобы выбросить "гаишника". Поднял руки и
обнаружил, что скован.
- Сиди тихо, дядя, - посоветовал Заремба. - И смотри вперед.
Он отъехал недалеко от железной дороги, свернул к строящимся гаражам
и загнал машину в тень.
- У тебя ровно минута сроку, чтобы спасти жизнь, - сказал он,
обшаривая карманы "газетчика". - Говори, кто приказал меня убрать.
Тот пучил глаза, тяжело дышал и на глазах наливался бурым цветом. В
карманах, как и следовало, никаких документов не оказалось.
- Ошибка вышла... - промямлил он. - Не ту машину...
- Полминуты уже нет. - Заремба открыл его дверцу. - Выходи, не хочу
пачкать салон.
Парень сидел неподвижно, однако стал менять цвет - белеть, особенно
когда получил стволом автомата в бок. Схватился сцепленными руками за
рычаг переключения скоростей.
- Не надо... Я не знал! Не знаю!
- Твои проблемы. Десять секунд.
- Нет! Я киллер! Просто киллер!
- Чей? Кто нанимал? Кто сделал заказ?
- Адам!
- Мне это ничего не говорит. Все, время вышло. - Заремба приставил
автомат к животу. - Пуля в брюхе - смерть долгая...
- Скажу! Частное сыскное бюро "Адам и Ева"! На Гоголевском
бульваре!..
- Кого заказали, знаешь?
- Нет, по рации дали номер машины и маршрут движения. Труп приказали
обезглавить. Голову доставить Адаму...
- Зачем ему моя голова?
- Этого не знаю! И он... - киллер глянул на заднее сиденье, - тоже не
знал.
Заремба убрал автомат, сказал устало:
- Ладно, уходи. Живей!
- Ты меня... отпускаешь?
- Что же с тобой делать? Не возить же с собой, сбежишь еще.
- Не понял... Отпускаешь или нет?
- Иди! Иди! Душу твою отпускаю. На волю. Из поганого тела твоего.
Так и не врубившись, наемный убийца задом выбрался из машины, на
всякий случай попятился задом к недостроенным гаражам, не спуская глаз с
Зарембы.
И запнулся о кирпичи, не удержал равновесия, стал падать и на
мгновение отвлекся. Короткая очередь настигла его у земли, пришила
намертво, будто осиновым колом, Полковник захлопнул пассажирскую дверцу и
поехал искать дорогу из гаражного лабиринта. Крутился минут десять, прежде
|
BIGLIB
