 |
растворились в нем. Генрих сказал радостно: "Я - тополь!"- и пошел по
аллейке. Гравий молчал под ногами, по гравию гремела вода, Генрих
прошептал: "Я - земля! Я - вода!" Он глянул вверх: туч не было, была
плотная белесая мгла. И Генрих медленно и торжественно произнес: "Я -
тучи! Я - небо!"- и возвратился к скамейке. Время исчерпало себя, время
перестало быть - надо было исполнять задуманное.
Генрих проглотил приготовленные еще вчера пилюли, надавил на пусковые
кнопки электромагнитного и гравитационного экранов и, выпадая из мира,
которым с такой всеощутимостью вдруг стал сам, успел лишь прошептать: "Я -
жизнь!"
3
Только вы можете это сделать, - взволнованно сказал Боячек. - Модель
Н-5 вышла из вашей лаборатории.
- Только ты, Рорик! - эхом откликнулся Рой.
Роберт Арутюнян, после смерти академика Ивана Томсона возглавивший
лабораторию нестационарных полей, хмуро уперся глазами вниз. Экранный
костюм высшей автономности был создан еще при жизни Томсона. И их,
сотрудников Томсона, тогда занимала проблема обеспечения максимальной
защиты от внешних воздействий - задача, прямо противоположная той, что
ставилась сейчас. Труднейшая проблема, захватившая их тогда, была решена
блестяще. Высшая автономность среди вещей и сил мира стала высшей
отстраненностью от вещей и сил. Экранированный выпадал из мира почти
совершенно. Средств воздействия на экранированного не существовало.
- Но как он сумел получить этот костюм? - растерянно пробормотал
Арутюнян. - Сколько я знаю...
- Вы правы, разрешение на пользование таким костюмом дается крайне
редко, - прервал его Боячек. - Но Генрих имел разрешение. Я сам внес его в
список. Себя не внес, а его поставил. Вы тоже имеетесь в том списке, друг
Роберт.
- Ты уверен, что он жив? - спросил Арутюнян Роя после некоторого
молчания.
- Уверен! - быстро сказал Рой. - Если бы он хотел немедленной смерти,
он пустил бы себе в мозг разряд. Он принял медленно тормозящие жизненные
процессы пилюли. Он умирает, но пока жив и еще некоторое время будет жив -
сутки, во всяком случае.
- Ты убежден, что он не бежал с Земли на другие планеты? - снова
спросил Арутюнян.
Ему ответил Боячек:
- Исключено. Я послал предупреждение всем космопортам, астропортам и
аэропортам.
- Никто не сможет узнать, что он проникнет в машину, - заметил
Арутюнян.
- Мы это учитывали. Все рейсы временно отменены. Машины - земные и
межпланетные - задержаны на своих местах. Генрих может передвигаться
только при помощи собственных двигателей или на авиетке. Авиетка будет
казаться пустой.
- Пустую летящую авиетку засечь легко, - согласился Арутюнян.
- Он не двигается никуда, - настойчиво указал Рой. - Он притаился
где-нибудь в укромном уголке и медленно впадает в небытие. Говорю вам, он
захватил пилюли не для того, чтобы они лежали в кармане! Я знаю Генриха!
Арутюнян обвел глазами заставленное механизмами помещение - разговор
происходил в аппаратном зале лаборатории нестационарных полей - и сказал,
колеблясь:
- Каких-либо надежных средств захвата экранированного не существует.
Мы ведь специально все делали так, чтобы этого не могло случиться. Но если
разработать новый метод...
- Какой? Сколько времени на него понадобится? - нетерпеливо спросил
Рой.
- Времени немного, несколько часов... Но поиск будет удачен, только
если Генрих на Земле, а не в космосе, не в стратосфере, не в вакууме. Не
забывайте, что жизнедеятельность внутри костюма гарантируется независимо
от условий внешней среды. Конечно, если не принимать опасных пилюль. Дело
в том, что экранированный недоступен для любых внешних воздействий, но
остается материальным телом, вытесняющим воздух. Его можно открыть по ямке
в атмосфере, по провалу в воздухе. Нетрудно быстро собрать поисковые
анализаторы и ручные искатели, определяющие местные пустоты в воздухе. Но
разве можно в короткий срок обследовать всю поверхность Земли, выискивая
крохотные атмосферные провалы?
- У нас нет иного выхода - значит, займемся обследованием атмосферы
Земли. Арман в твоем распоряжении, Рорик, - сказал Рой. - Я тоже буду
помогать.
- Будем надеяться, что Генрих остался в Столице, - со вздохом сказал
Боячек.
- Он в Столице или недалеко от нее, - сумрачно повторил Рой.
Арутюнян, взяв Армана под руку, отошел с ним.
- Я удивляюсь вам, Рой, - с возмущением сказал Боячек. - Неужели вы
не понимали, в каком Генрих состоянии? Могли бы уделить ему побольше
внимания, не оставлять одного...
- Я боялся быть с ним, - грустно ответил Рой. - С того момента, как
мы решили с Араки проверить, не передалось ли что Андрею и Генриху от тех
двух... Мы ведь хотели оставить это в тайне и от Андрея, и от Генриха,
чтобы не волновать их. Генрих, часто встречаясь со мной, мог догадаться,
что ведется всестороннее изучение.
- Он все-таки догадался, хотя вы и старались пореже быть с ним.
- Он сам пришел к этой мысли. Он не знает о нашей проверке.
Собственно, не сам, а по подсказке Андрея. Тот раньше забеспокоился.
- Вы в этом уверены?
- Уверен. Окончательно Генрих утвердился в мысли, что заражен
излучениями Спенсера, после того как ему стали являться нелепые сны. Все
это я знал. Я только не ожидал таких быстрых мер со стороны Генриха. И я
надеялся, что он поделится со мной опасениями, а я к тому времени буду
иметь ответ. Раньше он советовался...
- Раньше не возникало такой трудной ситуации. - Боячек опять
вздохнул. - Все энергетические станции Столицы будут работать на вас, Рой.
Если не хватит резервов, мы на время остановим автоматические заводы.
Рой молча наклонил голову.
Арутюнян с Арманом собирали схему поиска: Арутюнян высчитывал, какие
потребуются механизмы, и отдавал команды на их подключение, Арман
согласовывал с энергетическим центром канализацию энергии. Рой вызвал
авиетку.
- Если понадоблюсь, я у Араки, - сказал он Арману.
- Я передал вчера Араки разработанную мной схему моделирования
сновидений, - сказал Арман. - Вероятно, он уже провел первые эксперименты
по этой схеме.
Араки уже знал о поступке Генриха. Рой спросил, сколько часов в их
распоряжении, если допустить, что Генрих принял пилюли сразу после
получения экранирующего костюма. Араки ответил, что смерть наступит не
раньше чем через сутки. Рой безрадостно заметил, что сутки - слишком
незначительный срок для успешного поиска: придется ведь обшаривать каждый
уголок пространства в Столице, а возможно, и за ее пределами. Араки
возразил, что Рой неправильно поставил вопрос и поэтому получил
неутешительный ответ. Реально важен не момент наступления смерти, а
момент, когда невозможно обратное возвращение к жизни, - моменты эти
существенно разнятся.
Дело в том, что пилюли затормаживают не только процессы жизни, но и
необратимые процессы смерти.
- Найдите брата в пределах трех суток, и я его возвращу к жизни. Я
приготовлю нужные для этого лекарства сегодня же. Немедленно вызывайте
меня, когда обнаружите Генриха.
- Как Андрей? Как проверка сновидений Генриха? - спросил Рой. - Как с
этим... - он на мгновение запнулся, - со спенсеризацией обоих?..
Араки ответил, что Андрей все в том же состоянии - медленно
выздоравливает. О поступке Генриха он ничего не знает. Экспериментальное
моделирование сновидений по методу Армана Лалубы показало, что ничего
сверхъестественного в снах Генриха не было: ни в одном не обнаружено
информации, которая бы раньше не содержалась в памяти Генриха.
Сны вовсе не навеяны неизвестными излучателями, а представляют
обычную фантастическую комбинацию вполне реальных деталей.
- Что до того, что вы называете спенсеризацией, Рой, - Араки
выразительно пожал плечами, - то могу вас заверить, ее нет. И Андрей, и
Генрих - нормальные люди. Вчера я в это только верил, сегодня - знаю.
- Итак, я вызову вас, Кон, - сказал Рой и удалился.
В лаборатории Арутюнян, сидя за пультом Рой и раньше часто видел его
на этом командном пункте, когда Томсон изучал свойства нестационарных
полей, - быстро перебирал пальцами белые, красные, черные кнопки: отдавал
команды автоматам, принимал мыслеграммы от невидимых механических и живых
помощников. Во всю стену перед ним сияла карта Столицы, на ней то там, то
здесь вспыхивали красные поисковые огоньки. Арман сидел в стороне, глаза
его бегали по светящейся карте. На полу лежали два прибора, похожие на
старинные пневматические буры. Рой присел рядом с Арманом.
- Ручные поисковики, - пояснил Арман, кивнув на приборы.
Арутюнян перевел поиск на автоматическое управление и подошел к Рою.
- Допустим, - сказал он, - мы обнаружим Генриха. Как мы раскроем его,
если он без сознания или если он в сознании, но не захочет раскрываться?
- Ты конструктор костюма, Рорик, - сказал Рой. - Ты сумел создать
автономность для тех, кто пользуется твоими экранами. Уверен, что у тебя
имеются и способы снимать автономность. Или не так?
Арутюнян помедлил с ответом.
- Безопасных способов не существует, Рой.
Рой долго всматривался в слишком спокойное, почти бесстрастное лицо
Арутюняна. Арутюнян и Арман были внешне похожи: та же темная кожа лица, те
же черные глаза, черные волосы - у Армана они сильней курчавились, - тот
же невысокий рост. Вряд ли существовало среди друзей Роя двое других столь
же разных людей, как они. Арман вспыхивал "даже от трения, от
прикосновения", говорил о нем Генрих, он мог споткнуться на ровном месте.
Арутюнян сохранил бы и в огне внешнюю бесстрастность. Если он ровным
голосом говорил: "Это нехорошо", надо было понимать: "Ужасно!"
- Ты объяснял нам, что трудно обнаружить экранированного человека! -
воскликнул Арман. - Об опасности раскрытия ты ничего не говорил, Рорик.
- Раньше надо найти, потом раскрывать... Раскрытие - вторая задача.
- Она еще трудней? - спросил Рой.
- Опасней. Имеется ротоновый ключ, Рой. Излучатель ротонов, которые
снимают экранные поля.
- Ты умеешь пользоваться ротоновым излучателем?
- Умею.
- Так в чем тогда дело? Пусти в ход излучатель, когда найдем Генриха.
- Не буду: опасно.
Арман хотел вмешаться, Рой взглядом остановил его. Арутюнян объяснил,
что воздействие ротонов на силовой экран протекает бурно. Малейшая
неточность при манипуляции излучателем может привести к гибели
экранированного. Арутюнян недостаточно уверен в своих нервах, чтобы
пустить в ход излучатель.
Рой усмехнулся:
- Понимаю тебя. У меня нервы крепкие. И погибнет мой брат, если я не
приду ему на помощь. Где ротоновый излучатель?
- Пойдем, я выдам его тебе и научу, как им пользоваться.
Ротоновый излучатель походил на кинжал в ножнах. Рой прикрепил
излучатель к поясу и возвратился к карте Столицы. Арутюнян занял свое
место за пультом. Арман с досадой сказал, что почти вся Столица проверена,
но Генрих не обнаружен.
Рой задумчиво глядел на карту. Поиск был методичен, но сух. В нем
чувствовалась система, но отсутствовала догадка. Работа как работа - без
вдохновения...
- Рорик, у Генриха были любимые места для прогулок, - сказал Рой. - В
частности, восточные секторы Второго Кольцевого бульвара. Что, если
заняться ими?
Арутюнян молча кивнул головой и перевел поиск на бульвары, оставляя
обширные неизученные районы рядом с проверенными.
Вскоре он сказал, что в пятнадцатом секторе обнаружена небольшая
гравитационная пустота. Полная оптическая прозрачность, такая же
проницаемость для тепловых, магнитных и электрических импульсов, но явный
островок вакуума в атмосфере.
- Не радуйтесь преждевременно, - остановил он поспешно схватившего
поисковик Армана. - Я уже десятки раз обнаруживал похожие пустоты, а после
они оказывались баллонами или механизмами с хорошо поглощающей черной
|
BIGLIB
