 |
Хоббит во все глаза глядел по сторонам, но, похоже, энты постарались
здесь на славу -- нельзя было различить даже следов каких бы то ни было
построек или входов в подземелья. Древобород шагал молча, словно
погрузившись в какие-то воспоминания, осторожно ступая среди зарослей. Гномы
шли за ним след в след. Вскоре они очутились у черного, блестящего словно
после дождя основания Ортханка. На неправдоподобно гладкой поверхности Фолко
увидел ряд небольших, едва заметных выбоинок и только открыл рот, чтобы
спросить, как Старый Энт заговорил сам.
-- Вот он, Ортханк,-- со вздохом вымолвил он, осторожно опуская хоббита
на камни.-- Как мы хотели стереть его с лица земли, обратить в такую же
пыль, как и все остальное в этой проклятой крепости! Видишь эти сколы, Фолко
? Это все, что мы смогли сделать с ней.
-- Да, я читал, что в ней заключено какое-то волшебство, старше и
сильнее саруманового,-- невольно понижая голос, сказал хоббит, окидывая
башню взглядом, для чего ему пришлось совсем запрокинуть голову. Ортханк
тоже не изменился -- та же наглухо запертая железная дверь, те же двадцать
семь ступеней вверх, вырубленных в черной скале неведомым образом неведомыми
строителями.
Над дверью Фолко увидел балкон с искореженными железными перилами.
Окно-дверь над балконом было наглухо закрыто.
-- Древобород, скажи, пожалуйста, неужели здесь за триста лет никто не
бывал внутри? -- тихонько спросил хоббит у Старого Энта, хмуро глядевшего на
так и не покорившуюся его народу твердыню.
-- Последний раз там был Великий Король Арагорн,-- ответил он,-- а
больше -- никто и никогда. Он и сам вошел в Башню один, оставив всю охрану
внизу. Я тоже не ходил, мне там нечего делать. Так что же, друзья,--
повернулся он к гномам,-- не пора ли нам начать?
Торин и Малыш сняли со спин мешки и медленно, уронив головы на грудь и
глядя вниз, пошли в разные стороны вокруг берега. Они обогнули озерцо раз,
другой, третий... От волнения у Фолко перехватило дыхание. Древобород же
ничем не выдал своих чувств. Наконец гномы остановились. Торин медленно
поднял голову, развел руки и стал медленно покачиваться из стороны в
сторону, осторожно двигаясь мелкими шажками; Малыш присел на корточки и тоже
запрокинул голову, словно ловя какой-то едва уловимый, слышимый ему одному
звук. Внезапно Торин замер, с облегченным вздохом опустил руки и открыл
крепко зажмуренные глаза.
-- Здесь! - Он ткнул пальцем себе под ноги.-- Подкоп здесь!
Указанное им место было с противоположной стороны от входа в Ортханк.
Древобород сделал знак энтам -- его товарищи, молча наблюдавшие за
происходящим, тотчас же взялись за дело. Тут хоббит наконец увидел, как энты
на деле могут справляться с неприступными крепостными стенами. Пальцы их ног
словно ожили, отделившись от своих хозяев и зажив собственной жизнью,-- они
стали ветвиться, тонкие, но необычайно крепкие ростки проникали во все щели
между камнями, а тут еще энты стали отгребать камень своими огромными
ногами; спустя минуту яма уже имела футов двенадцать в глубину и вдвое
больше -- в ширину; энты стояли на скрытой до времени под слоем каменных
обломков земле и, не останавливаясь, продолжали рыть дальше, однако теперь
они двигались медленнее и осторожнее. Прошло еще около получаса, когда из
ямы донесся торжествующий голос одного из копавших:
-- Фангорн, мы нашли! -- энт использовал Всеобщий Язык.
-- Ну теперь ваш черед,-- повернулся к гномам Старый Энт.
Торин молча достал из мешка моток веревки, опоясался ею и вручил конец
Древобороду. Поправил надетый шлем, кольчугу, поудобнее заткнул топор за
пояс и скрылся за гребнем вывороченной земли. Минуту спустя за ним
последовал Малыш, а за ним -- и Фолко. Энты тем временем выбрались наверх.
Хоббит оказался на дне большой ямы глубиной футов десять. Они стояли на
каменном полу, вымощенном шестиугольными плитами; прямо перед ними с одной
стороны была черная стена -- округлое основание башни, простиравшееся под
землей далеко в стороны, с другой стороны -- низкий узкий проход, наспех
прорытый откуда-то с запада, от самых скал. Вокруг фундамента Ортханка шла
кольцевая галерея, в которую и попали те, что вели подкоп.
-- Давайте обойдем кругом,-- глухо предложил Торин.
Они двинулись вправо. Свет быстро померк, как только они стали
заворачивать; хорошо, что у Малыша нашелся небольшой факел, уцелевший в его
заплечнике еще с морийских времен. Через равные промежутки к кольцевой
галерее примыкали другие ходы, отходившие в разные стороны; друзья сунулись
было в один, но тут же уперлись в груды рухнувшей с потолка земли. Все
сарумановы галереи были наглухо завалены. Прорытый неведомо кем подкоп был
единственным.
Пройдя шагов сто, они неожиданно наткнулись на низкую дверь в черной и
гладкой стене по левую руку. Они остановились как вкопанные -- дверь носила
следы ударов, металл створок был кое-где погнут. Гномы бросились осматривать
повреждения.
-- Били кирками,-- заключил Торин.-- Пытались взломать, это яснее
ясного. Да только эта дверь и тарану не поддастся -- тут изрядная доля
мифрила!
-- Да, не меньше трети,-- кивнул Малыш.-- Но вот кто все-таки объяснит
мне, что означает эта эмблема на ней?
Малыш приблизил факел, и Фолко увидел странный рисунок на тускло
поблескивающей серебром створке: три пылающих стрелы вырывались из бурно
бушующих волн, устремляясь в усыпанное звездами небо. Приглядевшись, хоббит
сообразил, что видит среди на первый взгляд беспорядочно рассыпанных звезд
контуры знакомых созвездий, только странно сдвинутых -- Реммират, Звездная
Сеть, оказалась едва заметна над горизонтом. Небесный же Меченосец,
напротив, стоял почти в зените.
-- Это небо Нуменора,-- вдруг тихо сказал хоббит, с благоговением
касаясь двери кончиками пальцев.-- Теперь понятно. Эту крепость возвели не
Рыцари из Заморья, друзья мои. Это работа нуменорцев, настоящих нуменорцев
времен расцвета их королевства. Это Вторая Эпоха!..
-- А что означают три стрелы? -- шепотом спросил Малыш.
Фолко пожал плечами. За его спиной переступил с ноги на ногу Торин:
-- Кто бы ни построил все это, важно, что тут кто-то рылся, и притом
совсем недавно -- месяца полтора-два назад. Но вот был ли это тот "хозяин",
следы которого мы ищем? -- В голосе гнома прозвучало мучительное сомнение.--
Как тут разберешь?
Они молча двинулись дальше. Вскоре, сделав круг, они вернулись к
пролому в крыше галереи, и Малыш собрался было лезть наверх; однако Фолко
неожиданно предложил еще раз сходить к двери. Смутное предчувствие, уже не
раз правильно предвещавшее нечто важное в судьбе его самого и его друзей,
вновь напомнило о себе. Что-то было в этой темной галерее, что-то очень
важное, мимо чего они прошли, поглощенные поисками совершенно иного.
Малыш заворчал было, но Торин согласился с хоббитом, и вскоре они вновь
стали перед несокрушимой дверью, преградившей путь к тайне Ортханка. Фолко
медленно опустился на колени, пристально разглядывая рисунок. Дверь не имела
никаких следов внешних или внутренних запоров; никаких скоб, замочных
скважин и тому подобного. Она поворачивалась на неведомым образом врезанных
в тело черного камня петлях, закрывалась плотно, без малейшей щели. Фолко
осторожно попробовал всунуть острие своего чудесного клинка между створкой и
камнем -- не вышло, зазора почти не было, да и кинжал, похоже, был здесь
бессилен, он лежал в его ладони холодным равнодушным бруском. Спрятав его,
Фолко вдруг прижался к холодной двери лбом и тотчас уловил какой-то смутный
звук, исходивший изнутри. Он поспешно приложил ухо и едва не отпрыгнул прочь
от ужаса -- за дверью глухо звучал человеческий голос.
Видя его испуг, гномы схватились за оружие -- но Фолко только толкнул
их к двери, просипев одно слово: "Послушайте".
И они стали слушать. В первую секунду они едва сдержали крик, а в
следующую уже втроем изо всех сил прижимались к двери, стараясь разобрать
слова. Хоббит готов был с кулаками наброситься на энтов -- проморгали, пни
мохнатобородые! Враг пробрался-таки за несокрушимые стены -- и что же теперь
с ним делать?!
Слова доносились едва слышно, но ему все же удавалось понять часть из
них; произносивший их голос звучал мягко, вкрадчиво и от этого еще более
неразборчиво.
-- От семи звезд тропой соцветий...-- дальше неясное бормотание,--
вернись как исполнишь завет... найди, во имя Единственного! -- Опять
несколько слившихся слов.-- На заре возьми росу цветов нельбалы... девять
саженей отмерь и вонзишь...
Они слушали еще долго, но не могли ничего понять в этих смутных
сбивчивых отрывках. Голос то принимался вещать об отрядах каких-то
местников, то о коре Черного Дерева Нур-Нур (ни хоббит, ни гномы сроду не
слыхали ни об этих отрядах, ни об этом дереве), то о лебединых кораблях, что
должны прибыть в какое-то место... Фолко обливался потом от усилий понять,
что же происходит за дверью, и лишь ощутив, что у него ум заходит за разум,
прекратил бесплодные попытки.
-- Нам этого здесь не разгадать,-- хрипло прошептал Торин.-- Это
какая-то тайна Башни. Живой так вряд ли будет говорить... А потому давайте
займемся тем, что есть. Вот ход, прорытый незнамо кем. Давайте выясним, куда
он ведет.
Гномы с большим трудом оторвали от двери упорно не желавшего отходить
от нее хоббита. Поминутно оглядываясь и по-прежнему слыша в ушах этот мягкий
голос, Фолко поплелся вслед за друзьями.
У пролома их окликнул начавший тревожиться Древобород. Торин крикнул в
ответ, что они идут по следу, и попросил энтов ждать на этом месте, а если
они задержатся -- то разрывать тоннель и идти вслед за ними.
Подземный ход был прорыт на скорую руку, без креплений, низкий потолок
грозил обрушиться в любую секунду; они медленно пробирались вперед, все
время пытаясь понять по оставленным на полу следам, что за существа побывали
здесь. Они видели полузасыпанные опадающим сверху песком отпечатки крупных
ног, обутых в тяжелые сапоги,-- по размеру и очертаниям больше всего
похожими на человеческие, но один раз мелькнул и широкий след орочьего
башмака. С этого мгновения Торин удвоил внимание.
Подкоп тянулся долго, очень долго, пока наконец не вывел их в
малоприметную ложбину между двух взметнувшихся в небо отвесных скальных
стен. В щели были вбиты грубо откованные крючья, на которых еще болтались
обрывки веревок. Сомнений не было -- именно здесь неизвестные спустились с
гор и, не привлекая внимания энтов, зарылись в землю. На траве остались
следы давнего кострища.
Друзья исползали поляну вдоль и поперек, но единственное, что они
смогли сказать, когда, запыхавшиеся и перемазавшиеся, уселись покурить, было
то, что здесь побывали люди и орки -- два месяца назад. Они нашли обрывки
одежды, сломанный нож, молоток с треснувшей рукояткой -- вещи, сделанные как
людьми, так и орками.
Обратно они возвращались по поверхности и вскоре вновь подошли к
Ортханку. Древобород встретил их вопросами; они как могли рассказали об
увиденном. Старый Энт нахмурился.
-- Спустились со скал... Ну что ж, второй раз им это не удастся!
Он повернулся к остальным энтам и что-то неторопливо заговорил на своем
языке, похоже, отдавая какие-то распоряжения.
-- И тут тоже пусто,-- досадливо бросил Торин, вновь набивая трубку.--
Поди пойми! Был тут этот "хозяин", или просто лихие люди шарили... Я,
конечно, думаю, что это все-таки он. Ну некому больше из людей сюда лезть!
-- Я бы не говорил так сразу за всех,-- заметил Малыш.-- Фолко, а ты
что молчишь?
Хоббит действительно думал о чем-то своем, неотрывно глядя на острые
грани и узкие оконца башни Сарумана. Голос! Голос внутри. Что это может
быть? Кто засел там, за непробиваемыми стенами? Внезапно он ухватил Торина
за руку.
-- Давайте влезем внутрь,-- прерывающимся от волнения голосом предложил
он.
Гномы уставились на него широко раскрытыми глазами.
-- В уме ль ты, брат хоббит? -- начал было Торин, но Фолко перебил его:
-- А голос? Неужели вы забыли голос в башне?! Что за дерево Нур-Нур?
Что такое тропа соцветий, и куда она ведет? Кто этот Единственный? Мы стоим
у края тайны, которой не обладает никто из Смертных -- неужели ж теперь
трусливо отвернем?! Надо рискнуть, надо проникнуть в Ортханк!
-- А дверь его мы, очевидно, прогрызем собственными зубами? -- фыркнул
Малыш.-- Ты же сам рассказывал, что в Ортханке Саруман был неуязвим и даже
смог бы противостоять Девятерым! Нет, ты ответь мне, как ты туда пролезешь?!
-- Через окно! -- ни минуты не раздумывая, ответил Фолко.-- То, что над
балконом. Нужно закинуть кошку, я влезу и скину вам веревочную лестницу.
-- Ты хочешь войти в эту Проклятую Башню? -- прогудел над ними
удивленный голос Старого Энта,-- Хуум-хом, корни и сучья! Небывалое дело!
-- Но ты ведь поможешь нам, Древобород? -- обратился к нему Фолко.
-- Всем, чем только смогу, но только чем именно?
-- Скажи, ты не знаешь, все ли бойницы Ортханка заперты изнутри?
-- Хуум, откуда мне знать? Но я скажу, что кое-какие из них не
выдержали ударов камней, когда мы только вошли в Исенгард и пытались
развалить Ортханк. Энты тогда забросали окна камнями, и я сам видел, как
ставни на многих не выдерживали. Так что,-- он лукаво усмехнулся,-- пожалуй,
этим-то я смогу вам помочь! Отойдите-ка!
|
BIGLIB
