 |
компиляторы. Одна версия VMS 4,5 может принести западным немцам 250000
марок (125000 долларов), компиляторы - еще 30000 марок каждый. По поводу
примерно тридцати страниц компьютерных распечаток, принесенных двумя
молодыми посетителями, Сергей сказах, что не знает, что с ними делать.
Тем не менее в дополнение к обычным 600 маркам Сергей вручил Карлу
конверт, набитый банкнотами по 100 марок, и пригласил посетителей
закусить.
Когда они покинули Восточный Берлин и вернулись в комнату Доба в
"Швайцергоф", то сразу пересчитали деньги. Оказалось, что в конверте
было 3000 марок, из которых Пенго досталась тысяча. Он отнюдь не впал в
уныние. Прогресс был налицо. Русский агент КГБ слушал его в течение
часа. Он не сказал "да", но ведь не сказал и "нет" Когда Сергей
детальнее ознакомится с информацией, которую Пенго уже достал для него,
он будет готов предоставить ему VAX. Проект "Эквалайзер" становился
первым собственным шагом Пенго к тому, чтобы стать платным хакером, и не
просто хакером, а лучшим в мире. Он знал, что может добыть все, что
хотят русские, если только будет иметь подходящее оборудование. * * *
Хакером, взломавшим компьютер Клиффа Столла, был Маркус Гесс. Когда
Хагбард встретил его впервые, то сказал, что проникал в Fermilab и ЦЕРН.
Под его руководством Маркус научился вести свои изыскания, путешествуя
по компьютерным сетям Западной Германии, Швейцарии и США. Вскоре он
обнаружил ход в Internet через Юни-версити-колледж в Лондоне. Он
немедленно позвонил Хагбар-ду, чтобы тот приехал и посмотрел. Ловдонский
компьютер был чем-то вроде трамплина в Internet, который они как раз
искали. Оттуда они обнаружили терминал сети Tymnet, а далее Хагбард
нашел путь в "Майтр Корпорейшн". Это была богатая находка, хотя они
толком даже не знали ни того, что такое "Майтр", ни где она расположена.
Модемы "Майтр" сохраняли номера клиентов, с которыми была последняя
связь, так что Хагбард и Гесс смогли легко добраться до этих номеров.
Вот почему первьми компьютерами, на которые они наткнулись, были
компьютер на Anniston Army Depot и Optimis, база данных министерства
обороны США, содержащая сведения о военных исследованиях.
Optimis открывал доступ любому, кто набирал слово "anonimous" в
качестве логина и "guest" в качестве пароля. Слова "guest" и "guest"
позволяли сделать тот же фокус в Anniston.
В середине 1986 года Гесс и Хагбард открыли для себя SLAC в
Калифорнии. Хагбарду было приятно чуть-чуть задержаться здесь, временами
входить в контакт, вовлекая диспетчеров системы в случайный обмен
фразами и болтая с другими, кто тоже пытался отыскать путь внутрь
компьютерной системы SLAC. Но Маркус хотел бы - знать, куда он может
добраться отсюда. Вскоре они отыскали тро-пин1у, ведущую из SLAC в
Калифорнийский университет в Беркли и в лабораторию Лоуренса в Беркли
(LBL). Компьютеры университета в Беркли предотвратили попытки Маркуса
вторгнуться в сеть, зато система LBL была настежь открыта. В лаборатории
стремились поощрять всех без исключения исследователей к использованию
компьютеров LBL. В качестве паролей в системе LBL зачастую применялись
просто имена пользователей. Так что ситуация в Беркли была
неправдоподобно хорошей. Компьютерная безопасность для этих беззаботных
калифорнийцев была, казалось, просто шуткой. Хагбард с его прозаическим
подходом и неумением программировать не был в состоянии оценить то, что
можно было получить от компьютеров LBL. Однако Маркус умел замечать
уязвимые места в программах и использовать отдельные щели в системе.
Поиграв с программой GNU Emacs компьютеров LBL, он вдруг обнаружил, что
эта программа инсталлированна так, что исполняется с привилегиями
особого пользователя. Это было важное открытие. Оно позволило ему
свободно проходить через систему LBL столько раз, сколько вздумается. Он
начал подглядывать в директории пользователей в поисках какого-нибудь
пользовательского счета, которым давно не пользуются и который можно
было бы присвоить. Ведь всегда лучше использовать уже имеющийся счет,
чем напрягаться, создавая новый. Наконец он обнаружил, что некий Джо
Свентек несколько месяцев не пользовался своим счетом, и решил на время
стать Джо Свенте-мом. Он мог менять свой пароль, сколько ему вздумается,
благодаря привилегиям особого пользователя. В качестве одного пароля он
выбрал слово "Бенсон", в качестве другого - "Хеджес". Когда он замечал,
что кто-то, в чью директорию он заглянул, заподозрил неладное, то
моментально отключался. Впредь он взял за правило просматривать, кто
работает с системой, когда бы он к ней ни подключался, просто на тот
случай, если в этот момент настоящий диспетчер ведет проверю системы.
Временами Гесс соединялся с Америкой напрямую, в других случаях
пользовался относительно безопасной сетью Бременского университета, где
он держал для себя еще один пользовательский счет под псевдонимом
"Лангман". Университетские модемы позволяли ему выходить на
международную сеть Datex-P, а оттуда он добирался до LBL. Вскоре и
другие поняли, как слаба система безопасности в Беркли. В начале лета
1986 года множество хакеров проникло в LBL отчасти потому, что это было
очень легко, отчасти чтобы использовать эту систему в качестве
промежуточной для попадания в другие компьютеры. Из LBL Гессу открывался
богатый выбор. Но военные организации вызывали особый соблазн.
Подбираясь к компьютеру, он обязательно проверял его на наличие военной
информации. Со временем он накопил опыт и научился разбираться в
разновидностях американских военных обозначений. * * * К концу 1986 г.
вся деятельность Столпа была подчинена поступкам "его" хакера. Каждый
раз, когда появлялся хакер, раздавался звук его карманного пейджера.
Какое бы ни было время дня и где бы он ни находился: под душем, на
велосипеде или свдел за завтраком Столл бросал все и звонил в Tymnet,
чтобы там начали прослеживать цепь, ведунью к хакеру. После этого он
бежал к компьютеру, подключался к системе LBL и следил за тем, как хакер
проникал в сеть. Однако хакер не задерживался на линии настолько долго,
чтобы за ним можно было проследить до конца. Лишь раз, в начале декабря,
в субботу, Столлу удалось продвинуться на один шаг. Слежение Tymnet
показало, что один из сигналов пришел с трансатлантического спутника, а
туда - из сети Datex-P, находящейся в Западной Германии. Создавалось
впечатление, что хакер звонил откуда-то из Германии, запрашивал Tymnet,
а затем подключался к американским компьютерам.
К этому времени Столл оказался полностью повязанным с такими
ведомствами, как ЦРУ, АНБ, ФБР, особая разведка ВВС, военная разведка, и
другими. Однако при всех душевных сомнениях он был захвачен
происходящим. Насколько он понимал, любая причастность к деятельности
хакера могла таить в себе какую-то интригу. Ему стали мерещиться шпионы,
перешептывающиеся в темных аллеях.
Только здесь, в Беркли, он мало что мог сделать. При всей его
повышенной бдительности он был бессилен. Его удачи в прослеживании путей
хакинга всецело зависели от сотрудничества с теми, кому было поручено
вести это прослеживание. Оставалось только продолжать наблюдение за
каждым действием хакера. Механизм власти действовал медленно, и Сголл
мог лишь мысленно конструировать свое представление о "другой стороне",
пытаясь сделать минимальным приносимый ею ущерб.
Если хакер начинал что-то стирать или корректировать в файлах, Столл
мог использовать команду "kill" системы UNIX для немедленного
отключения. Если нее казалось, что хакер проник в компьютеры с секретной
информацией, пытается считывать с секретных файлов или просто с файлов,
которые Столл считал секретными, он пользовался иизкотехвдлогичиым, но
эффективным приемом:
доставал из кармана связку ключей и вешал ее на выводы, соединенные с
цепью хакера, мгновенно замыкая цепь накоротко. Хакеру казалось, что
произошло отключение от цепи, и он воспринимал лишь шумы на линии. Он
повторял попытки снова и снова и наконец отступался. Следующей задачей
было проследить цепочку внутри Германии. Столл был вынужден ждать, пока
об этом велись переговоры между специалистами Tymnet и руководством
Bundespost. Наконец он получил сообщение, что звонок хакера поступал из
Бременского университета.
Германские власти сообщили в университет, что кто-то извне проник в
их компьютерную сеть. Обеспокоенные этим сообщением, там полностью
отключились от всех внешних цепей на три недели. Но это не смутило
хакера. Следующее прослеживание привело в Ганновер. Но и это не давало
полной уверенности в том, что он был немцем. Кто мог утверждать, что
Ганновер не был просто промежуточным пунктом цепи, идущей, к примеру, из
Ботсваны, Исламабада или еще откуда-то? Единственным способом продолжить
прослеживание было получение ордера на обыск, что требовало затяжных
переговоров между американскими и западногерманскими властями. А для
Столпа это означало долгое и мучительное ожидание.
Наступил и прошел праздник Нового, 1987 года. Волнение Стол-ла
нарастало. Как исследователю ему была не чуяода добродетель терпения, но
данному исследовательскому проекту пора уже было дать какие-нибудь
результаты. Главное, что его связывало, была полная зависимость от
различных властей и их взаимодействия. А то, что теперь подключились
власти другой страны, лишь усложняло дело. * * * Гесс начал догадываться
о событиях, когда однажды октябрьским вечером 1986 года встретился с
Хагбардом и Добом за кружкой пива. - Что вы делали со своим счетом в
LBL? - спросил Гесс друзей.
- Ничего особенного, - уклонился Хагбард от ответа. На самом деле у
них явно был новый план.
Они говорили о Сергее, о "Плюшевом мишке", утверждали, что теперь они
знают способы зарабатывать деньги на компьютерных счетах. Гесс
испугался, что эта парочка может наломать дров со счетом в LBL, что в
конце концов приведет к полному отключению, как это было с теми многими
компьютерами, где обнаруживали вторжение со стороны. Он решил сохранить
LBL для себя, даже если Хагбард и Карл пока из нее многого не получили.
Примерно через неделю он изменил свой пароль в LBL на LBLHACK, удалил
"Бенсона" и "Хеджеса" из системы и ничего не сказал об этом Добу и
Хагбарду. Пенго он в расчет не брал. Если Пенго захочет попасть в LBL,
пусть это делает самостоятельно. Через две недели Доб предложил Гессу
сделку. Ему нужно было получить копию исходного кода берклеевской версии
UNIX, который был у компании "Фокус". За это Гессу полагались деньги, и
он согласился. Дело выглядело как мелкая услуга. Берклеевская версия
UNIX, вариация UNIX применялась в большинстве университетов и
исследовательских лабораторий, была широко распространена и ее было
легко приобрести. Изготовление одной копии не выглядело как большое
нарушение. Гессу понадобилось около недели, чтобы вытянуть все, что
имело отношение к исходному коду UNIX, отдав это Карлу, он обо всем
забыл. А примерно через месяц, в ноябре, Хагбард и Доб пригласили его
прогуляться вечером около "Каса-бистро". Деловым тоном Доб выложил суть
происшедшего:
- Исходный код UNIX мы продали на Восток, - сказал он. - И это
значит, что теперь ты с нами в этом деле. Хагбард стоял чуть позади и
ничего не сказал. Подтвердилось то, о чем Гесс подозревал: Доб не шутил.
И в самом деле, многое указывало, что Доб не просто проболтался.
Складывалось впечатление, что происшедшее было частью спланированной
операции. Очевидно, Питер Карл регулярно ездил в Восточный Берлин,
доставляя туда плоды хакинга своих друзей и вообще программные продукты,
полученные пиратскими способами. Воображая себя в группе "виндмахером",
то есть тем, от кого зависит ход дел. Карл, по всей видимости, несколько
недель потратил на проведение широкого смотра местных хакеров, выявляя
желающих снабжать его материалами для Востока. Гесс понял, что включен в
узкий круг, состоящий из Карла, Доба, Хагбарда и Пенго. Он также понял,
что Доб, хотя и не занимается собственно хакингом, не раз и не два
встречался с Сергеем в качестве технического эксперта. Более того, Доб
был в группе главным, поскольку каждый член группы имел контакт только с
ним. Гесс направился прямо домой. Эпизод около бара не выходил у него из
головы.
"Колоссально, думал он про себя, - какой отличный бизнес получается!"
Карл уже уплатил ему 500 марок за программные продукты. В свое время
Гесс прочитал изрядное количество шпионских триллеров, включая романы
Роберта Ладлэма с обязательным набором смельчаков, двойных агентов и
хитрых уловок. Он сразу же вообразил себя объектом шантажа. Ему не нужно
было справляться со сводом законов Западной Германии, чтобы узнать о
том, что он является теперь соучастником дела не только незаконного, но
и крайне серьезного. Тем не менее Гесс отнюдь не намеревался прекратить
свою деятельность хакера. Он только что посмотрел впервые фильм "Военные
игры", популярный на германском телевидении. Вдохновленный им, он
поставил своей целью достичь того, что старался сделать молодой герой
романа: проникнуть в НОРАД, в Североамериканский штаб противовоздушной
обороны в Колорадо. Ведь в его распоряжении были компьютеры LBL, доступ
в них был широко открыт, а сами они были подключены к такой
разветвленной сети других компьютеров, что не было сомнения: немного
усилий, и он сможет найти путь в НОРАД. ' В конечном счете Гесс
придерживался мнения, что хакинг для него лишь игра, чтобы пощекотать
нервы. Он интересовался военными организациями только потому, что они
были самым запретным и потому самьм сладким плод в компьютерной сети, а
вовсе не для того, чтобы самому превратиться в мальчика на побегушках
|
|
АСТРОЛОГИЯ
