 |
дождаться здесь прилива, чтобы тотчас же отправиться вверх по Эльбе
дальше, в Гамбург, однако вскоре ему пришлось уступить настояниям ликую-
щей толпы. Команду его корабля растащили по близлежащим кабакам и трак-
тирам, а самого капитана несколько дюжих моряков подняли на плечи и по-
несли по улицам. Возле каждого злачного заведения их встречал хозяин и
подносил Карфангеру лучшее вино из своего погреба. Как ни старался тот
всего лишь пригубливать из бесчисленных кубков, бокалов и кружек, их
оказалось так много, что в конце концов у Карфангера зашумело в голове.
Но народ не желал ничего слушать: всем хотелось, чтобы этот праздник
продолжался как можно дольше.
Около полудня, когда веселые спутники Карфангера сделали остановку у
очередного трактира под названием "У кита", и его хозяин почти насильно
усадил Карфангера за стол, вдруг появился юнга Хейн Ольсен, с превеликим
трудом протиснулся сквозь толпу и, едва переводя дух, выпалил:
- Господин капитан, штурман велел передать, что они с боцманом уже
собрали команду на борт и подготовили все к отплытию, потому что скоро
прилив, и только что задул крепкий вест, который все свежеет, так что мы
уже к вечеру могли бы швартоваться в Гамбурге.
У Карфангера мгновенно улетучился весь хмель. Отсюда до Гамбурга не
будет и пятидесяти миль: до вечера "Мерсвин" вполне бы мог их преодо-
леть.
В следующее мгновение юнга обнаружил в ладони серебряный талер - наг-
раду капитана за добрую весть - и стремглав кинулся обратно доложить
штурману, что капитан скоро прибудет на борт.
С большим трудом Карфангеру все же удалось как можно незаметнее ус-
кользнуть от своих почитателей, и скорым шагом он направился к гавани.
Первым, кого он встретил, поднявшись на палубу "Дельфина", был хорошо
одетый мужчина, который отвесил ему низкий поклон, сняв при этом шляпу,
так что украшавшее ее страусовое перо коснулось палубы.
- Прошу простить за вторжение на ваш корабль. К сожалению, я не имел
возможности испросить предварительно вашего на это согласия, однако, ес-
ли позволите, я хотел бы плыть вместе с вами до Гамбурга. Я почел бы за
честь путешествовать с таким знаменитым капитаном, как вы: с самого утра
я только и слышу рассказы о вашей храбрости. К сожалению, тот восторжен-
ный прием, который был вам здесь оказан, лишил меня возможности своевре-
менно представиться. Отто фон Герике, к вашим услугам.
Карфангер удивленно вскинул брови и невольно отступил на шаг:
- То есть как? Вы... Простите, но это невозможно. Я полагал, что вы
гораздо старше.
- О, вы путаете меня с моим батюшкой, - рассмеялся фон Герике.
- В таком случае, прошу простить и меня. Добро пожаловать на борт
"Дельфина", сударь, имя фон Герике не нуждается в рекомендациях. Ваш
отец так много сделал для многострадального Магдебурга и как большой
ученый, и как бургомистр. - И Карфангер пригласил гостя в свою каюту.
Молодой Герике сделал знак рукой скромно одетому молодому человеку
примерно одного с ним возраста, которого Карфангер поначалу принял за
его слугу. Оказалось, что молодого человека зовут Петер Эркенс и что они
с фон Герике дружат с детства. Их семьи жили по соседству, мальчики
вместе играли в руинах сожженного Магдебурга. Часто они бегали на Эльбу
купаться, и однажды Петер Эркенс спас сына бургомистра от верной гибели:
тот попал в один из опасных водоворотов и уже скрылся под водой; его
друг несколько раз нырял за ним, пока не ухватил за волосы и, сам выби-
ваясь из сил, вытащил его на берег. Узы братской дружбы связывали сына
плотника с судоверфи Петера Эркенса и доктора обоих прав фон Герике.
Карфангер пригласил в свою каюту и корабельного плотника. С недавних
пор фон Герике-младший состоял на дипломатической службе у курфюрста
Бранденбургского, в этом качестве он объездил западные владения: Клеве,
Марк и Равенсберг. Имелся у него и кое-какой опыт дипломатической работы
с генеральными штатами, за ростом могущества которых курфюрст следил с
особым вниманием. В этот раз служебные дела привели фон Герике в Эмден и
Бремен. Теперь он намеревался попасть в Гамбург, чтобы оказать помощь в
делах бранденбургскому посланнику, у которого в последнее время неважно
обстояло со здоровьем.
Карфангер внимательно слушал молодого дипломата, хотя выпитое недавно
вино не давало сосредоточиться и следить за ходом мыслей гостя. Лишь
когда фон Герике попутно посетовал на то, что ему ни в Эмдене, ни в Бре-
мене не удалось устроить своего друга Эркенса на верфи, Карфангер встре-
пенулся и спросил, обращаясь к плотнику:
- Отчего же вы не хотите заниматься вашим ремеслом дома, в Магдебур-
ге? Насколько я знаю, в речных судах для плавания по Эльбе нужды не
меньше, чем в морских.
- Магдебург по-прежнему в упадке, - отвечал Петер Эркенс, - не у всех
есть даже крыша над головой, где уж тут думать о речных судах! А в пор-
товых городах владельцы верфей избегают нанимать мастеров со стороны.
- А вы никогда не пытались наняться на судно корабельным плотником?
- Да, конечно, но для этого необходимо по меньшей мере три года проп-
лавать матросом, иначе никакой шкипер не захочет взять вас даже простым
корабельным плотником, не говоря уже о старшем - ведь это какникак офи-
церский чин. Не идти же мне, мастеру, снова в ученики или подмастерья!
- А если я предложил бы вам место на моем судне?
- Сударь!.. Неужели вы говорите всерьез?
Тут вошел Ян Янсен, и беседа прервалась. Штурман доложил, что корабли
готовы к отплытию.
- Очень хорошо, штурман. Теперь послушайте меня. Этого человека зовут
Петер Эркенс, с сегодняшнего дня он нанят мною старшим корабельным плот-
ником. Будьте ему хорошим товарищем. А вы, Петер Эркенс, извольте выпол-
нять распоряжения штурмана Янсена, моего первого заместителя, с таким же
усердием, как и мои собственные. Об остальном поговорим в Гамбурге. - С
этими словами он протянул Петеру Эркенсу руку, и тот порывисто пожал ее.
- Вот это быстрое решение! - с восторгом воскликнул молодой фон Гери-
ке. Этим решительным поступком гамбургский капитан окончательно завоевал
расположение бранденбургского посланника.
Они вышли на палубу флейта и поднялись на полуют. Отсюда фон Герике
мог наблюдать за сноровистыми действиями команды. Капитан осторожно вел
корабль по узкому фарватеру, обходя многочисленные мели. Лишь изредка им
навстречу попадались небольшие суда: прилив все еще набирал силу.
Когда они на закате солнца проплывали мимо Штаде, Карфангер, не обо-
рачиваясь, махнул рукой в сторону города:
- Неплохой порт, к тому же на добрых двадцать миль ближе к морю, чем
Гамбург. Они здесь держат хорошую китобойную флотилию, да и торговый
флот не из худших: их корабли ходят даже к берегам Африки. Господа шведы
в сорок восьмом году очень хорошо знали, зачем присваивают себе этот ку-
сок бременской земли. Н-да... вот и получается, что между Ритцебюттелем
и Гамбургом не осталось и пяди немецкой земли, у империи фактически нет
владений на побережье.
- Вас это сильно тревожит, капитан? - спросил фон Герике.
- Не радоваться же мне, в самом деле. Подумайте хорошенько: ведь дат-
чане под Глюкштадтом или Альтоной и шведы здесь, под Штаде, могут в лю-
бой момент запереть вход в устье Эльбы. И Бремен не в лучшем положении:
там шведы перекрыли устье Везера крепостью Карлсбург.
- Но у вас же есть мирные договоры и с Данией, и со Швецией?
- Да, если их можно так называть. Легко может показаться, что они со-
ответствуют своему названию, - возразил Карфангер, - однако не весьма
приятно ощущать чужие пальцы на собственном горле, даже если они его не
сдавливают.
- Но позвольте, разве датчане вас тоже беспокоят? Разве король Макси-
милиан не объявил в тысяча пятьсот десятом году Гамбург имперским горо-
дом, чтобы оградить его от притязаний датского короля?
- Мало толку быть имперским городом в такой империи. Если разоб-
раться, за нами нет никакой реальной силы.
Несколько минут они молчали. Фон Герике думал о намерениях курфюрста
также обосноваться на побережье Северного моря. Хотя Бранденбург после
недавнего завоевания Восточной Померании и получил выход к Балтийскому
морю, все же ему было мало проку от крошечного кольбергского порта, так
как в Штеттине, возле устья Одера, тоже хозяйничали шведы. Чтобы всерьез
строить планы относительно создания сильного флота, надо было бы по
меньшей мере иметь Штеттин, Штральзунд и остров Рюген, а кроме того, хо-
тя бы один порт на Северном море. Для этого флота понадобились бы и пер-
воклассные мореходы, такие, как этот капитан Карфангер.
Когда фон Герике услыхал, что Карфангер недавно купил "Дельфин", ему
вспомнились собственные усилия - правда, окончившиеся безрезультатно, -
которые он приложил к тому, чтобы купить в Голландии для курфюршества
Бранденбург несколько кораблей. "Генеральным штатам самим нужны корабли,
- сказали ему, - во-первых, из-за неутихающего соперничества между Анг-
лией и Францией, а во-вторых, из-за постоянной угрозы, которой подверга-
ются Нидерланды". Говорят такое - и в то же время уступают этот флейт
Гамбургу...
Снова воцарилось молчание. Вдали показались огни Альтоны, и Карфангер
вновь обратился к фон Герике:
- Поскольку вы остаетесь без ночлега, я почел бы за честь пригласить
вас в мой дом.
Фон Герике с благодарностью принял приглашение. Он надеялся услышать
от Карфангера много нового и интересного, в особенности его интересовала
дружба гамбургского капитана с адмиралом де Рюйтером.
К вечеру корабли Карфангера ошвартовались у портового мола, неподале-
ку от таможенного пакгауза. Карфангер приказал четверым матросам воору-
житься пистолетами и тесаками, чтобы сопровождать его вместе с гостем
сквозь лабиринт переулков к новому городу.
- Я вижу, вас удивляет такой эскорт? - с улыбкой спросил Карфангер. -
Я считаю себя обязанным позаботиться о безопасности моего гостя: здесь
предостаточно шляется всяких сомнительных личностей.
И действительно, вскоре им повстречались первые нищие и попрошайки,
вылезавшие из глухих переулков и грязных подворотен. На улицах и площа-
дях перед церквами становилось все многолюднее, молодой дипломат не-
вольно старался держаться поближе к Карфангеру; тот велел двум матросам
идти впереди и расчищать дорогу.
Встречались им и богато украшенные портшезы и кареты, запряженные по-
родистыми лошадьми и с ливрейными лакеями на запятках. Они видели разве-
вающиеся страусовые перья, блеск шелковых нарядов, сверкание драгоценных
камней; из-за полуопущенных занавесок карет и портшезов доносился вызы-
вающе-кокетливый смех. Из окон бюргерских домов порой слышалась музыка.
- Смотрите, - проговорил Карфангер, указывая на солидный многоэтажный
дом, на фасаде которого светились все окна, - вон там веселится человек,
имеющий, возможно, миллион талеров. А там, по другую сторону дворца, в
подвалах, куда не проникают лучи солнца, ютятся вольные граждане импе-
рии, которые хоть и не считаются бедняками, по сути же дела ничем не от-
личаются от обитателей казенных ночлежек.
Уже стемнело, когда они наконец добрались до нового города. Анна под-
жидала мужа и его гостя - Карфангер заранее послал к ней матроса с изве-
стием. Из прихожей они перешли в гостиную, где вокруг накрытого стола
располагалось несколько удобных, глубоких кресел. Анна постаралась на
славу: стол ломился от всевозможных блюд из мяса и птицы, на нем стояли
вазы с фруктами и бутылка старого вина.
На стенах висели гравюры Франца Поотса с видами Бразилии, где худож-
ник побывал во время плавания на корабле де Рюйтера как раз в те време-
на, когда Карфангер служил у голландца штурманом.
За ужином Карфангер начал рассказывать о своем новом корабле. Затем
извлек из кармана сюртука красивое янтарное ожерелье и надел его на шею
своей супруге. Большие и маленькие бусины поблескивали, словно огоньки,
на темно-зеленом бархате ее платья.
Они еще не успели отужинать, как в дверь постучали, и Карфангер пошел
открывать. Это были боцман Клаус Петерсен и Петер Эркенс. Боцман расска-
зал, что пригласил своего нового товарища в "Летучую рыбу" выпить по
стаканчику за их дружбу, и там они невольно подслушали разговор Михиэля
Зиверса с судовладельцем Утенхольтом.
- Как, и Утенхольт был там? Вы не ошиблись, боцман? - переспросил
Карфангер.
- Что вы, капитан, я сразу узнал его скрипучий голос. Вот только о
чем они говорили, я не смог как следует разобрать. Зиверс вроде бы хотел
наняться к Утенхольту, а тот ему отказал. Отчего и почему - этого я уж
не знаю, слышал только, как Утенхольт что-то такое говорил насчет соблю-
дения дисциплины, что это, мол, первейшая обязанность каждого моряка.
Петер Эркенс подтвердил слова боцмана и добавил, что, как ему показа-
лось, Томас Утенхольт посоветовал Зиверсу вернуться к прежнему хозяину,
так, мол, будет лучше для всех, и в первую очередь для него самого. По-
том они перешли чуть ли не на шепот.
Карфангер поблагодарил боцмана и плотника, хотя было заметно, что эта
новость для него не из самых приятных. Однако он в глубине души все же
надеялся, что Утенхольт на этот раз ничего дурного не замышляет. После
этого они еще долго просидели за столом все вместе.
|
BIGLIB
