 |
 |
Хозяин
Автор "Теренс Хэнбери Уайт"
Размер 380109 Байт
Страница 4 из 39
|
 |
- Похоже что так.
- Но что же папа про нас подумает? - простонала она. - Где
он? Когда он за нами придет?
Никки чувствовал себя еще паршивее, чем сестра, но он обнял
ее рукой за плечи и сказал:
- Придет, не бойся.
Джуди вдруг подскочила в постели:
- А Шутька где?
В палате Шутьки не было.
Лицо у Джуди стало совсем потерянное, она зарылась в подушку
и зарыдала.
- Дверь заперта, Джуди.
Рыдание.
- Нас заперли здесь.
Еще одно.
- Они держат Шутьку где-нибудь внизу. Может, у них тут и
животные есть.
- Шутька погибла.
Никки вдруг побелел, как белеют костяшки стиснутых кулаков,
и сказал:
- Если Шутьку убили, я их всех тут прикончу.
Он подскочил к двери и ударил по ней.
И в бешенстве произнес самое страшное из известных ему
ругательств:
- Гады, гады, гады!
- Не сквернословь.
- А вот буду. И все равно они не сделали этого.
- Чего?
- Шутька жива, - сказал он, смерив Джуди таким гневным
взглядом, будто она это отрицала.
- Может быть и жива.
- Ах, Шутька, Шутька!
Несколько времени спустя, настроение у них изменилось, они
испытывали скорее любопытство, чем отчаяние.
- Слушай, а кто же они, в конце концов, такие, эти люди?
- Может быть, пираты?
- Да откуда теперь возьмутся пираты, дурочка? Я, во всяком
случае, не думаю, что это пираты. А ты?
- Ну, тогда гангстеры или контрабандисты.
- Интересно, какая тут может быть контрабанда, в середине
Атлантики?
- Ладно, - покладисто сказала Джуди, - но все равно они тут
чемто незаконным занимаются. В конце концов, они расхаживают с
пистолетами и сбрасывают с обрыва людей, это как-то не похоже
на родительское собрание, верно?
- А может они инопланетяне или какие-нибудь летающие
колдуны?
- Да чушь это все.
- Откуда ты знаешь?
- Знаю.
- Джуди у нас все знает.
- Детские сказки - вся эта твоя научная фантастика.
- Джуди все знает. Джуди...
Они как раз намеревались поцапаться на эту тему, когда дверь
беззвучно отворилась, обнаружив улыбающегося мужчину с
сервировочным столиком.
Мужчина был загорел, лыс, и на округлом лице его светилась
очаровательная улыбка (зубы вставные). Мелодичным голосом он
объявил:
- Доброго утречка, детки. Как насчет ням-ням?
Дети возмущенно уставились на него, ибо по их меркам "детки"
и "нямнм" были едва ли не хуже стреляющего Китайца. Если бы
этому мужчине да нацепить ватные усы, из него получился бы
отличнейший Санта Клаус. Голосок у него был, как у кукушки, но
вроде бы добрый.
Светским тоном Джуди произнесла:
- Заходите.
Неестественность его голоса заставила и ее вести себя
неестественно.
- С добрым утром.
- Доброго утречка, голубки, - сказал он. - Доброго утречка,
милые крошки. Наилучшего утречка желает вам Бравый Бен Бакштаг.
- Кто?
- Кто как не я, детки, - так тут зовут старого Весельчагу.
Никки решил опустить предисловия и требовательно спросил:
- Где Шутька?
- А не будет ли ваша честь так благолюбезна открыть мне, кто
она, эта Шутька, и где этой Шутьке положено быть?
- Где наша собака?
- О, это есть вопрос.
Никки побелел и попросил:
- Пожалуйста, ответьте мне немедленно, где она?
- Ага! - сказал Бравый Бен Бакштаг или Весельчага, или кто
бы он ни был. - А теперь, детки, послушайте-ка меня, старого
турка! Что мы здесь имеем? Мы имеем тосты-посты, столь
возбуждающие юный аппетит, а на этом блюде - с правого борта -
яичница с беконом и со шкварками из наилучшей консервной банки.
Право, вы могли бы сказать, что такого и царь не едал, когда у
нас побывал, и все это приготовил вам ласковый Бонио или Джек
Утешитель, как называют его сотрапезники.
- Где Шутька?
- А вот и мармеладик...
- Наша собака...
- Ах, это жестокий вопрос, - ответил ласковый Бонио,
приобретший вдруг австралийский акцент, и кланяясь, и потирая
мягкие ручки, кивая, приседая и расточая улыбки, отступил
назад, в коридор.
Дверь за собой он запер.
- Скотина!
- Может, ему не велели нам говорить?
- А может, он и сам не хотел.
- Если кто-нибудь убивает твою собаку, так он потом всегда
говорит, будто отдал или продал ее, или отослал в один хороший
дом, вообще выдумывает какое-нибудь гнусное вранье в этом роде.
- Не стоит об этом, Джуди. Мы же не знаем, мертва она или
жива. Может быть, эти, в комбинезонах взяли ее к себе. Моряки и
всякие такие люди любят держать разных зверушек. Я вот точно
знаю, что на лайнерах запрещается держать собаку в каюте, и она
живет внизу, у мясника какого-нибудь, и он за ней
присматривает.
- Она там, наверное, мучается.
- Если бы нам удалось выбраться из палаты, - воскликнул
Никки. - Поспорить готов, что яхта до сих пор здесь, и все нас
ищут. Они не ушли бы, не попытавшись нас отыскать. Должен же
быть какой-то способ дать им знать о себе. Хоть бы окно здесь
было!
- А как по-твоему, нельзя попытаться подкупить этого Бонио
или как его там?
- Чем это, интересно?
- Ну, мы могли бы пообещать, что папа ему заплатит.
- Тогда уж не папа, а дядя Пьерпойнт, у папы и денег-то нет
никаких.
- Дядя Пьерпойнт мог бы заплатить ему долларами. Доллары в
Англии ценятся.
- Пожалуй, стоит попробовать.
- Давай ему скажем, что ты маркиз, вдруг это поможет.
Немного погодя, он спросил:
- Джу, а кто его подкупать-то будет, ты? Я, вроде, не знаю,
как это делается.
- Я.
Она была беспринципна и не стеснялась в выборе средств, а
Никки был как-никак лордом.
- Надо предложить им выкуп за нас.
- Похищенные! - аппетитно выговорил он. - Совсем как в
Чикаго. А иногда они еще убирают тебя, как опасного свидетеля.
Однако попытка подкупа не увенчалась успехом. Когда тот же
добряк снова принес им еду, он только улыбался, совершенно как
кошечка. Разговаривать с ними он не пожелал. Что бы они ни
говорили ему, он лишь улыбался и улыбался и вообще вел себя,
как последний мерзавец.
Время после полудня тянулось долго и скучно, и детей
охватило чувство, будто их в наказание оставили в школе после
уроков. Они обшарили унылую, смертельно-белую палату, которая
могла бы показаться более пригодной для обитания, если бы ее
выкрасили, ну, хоть в кремовый цвет, что ли, да уж если на то
пошло, так в какой угодно, только не в белый, - белый это
вообще не цвет. Джуди обратила внимание на то, как скруглены в
ней все углы, - чтобы легче было подметать, - а на Никки
произвела впечатление геометрическая точность, с которой была
уложена плитка.
- А вот интересно, сколько комнат в этой скале?
- В тот коридор их много выходило.
- И лифт у них большой.
- Чтобы все это соорудить нужны целые века.
- Я еще мог бы понять, - добавил Никки, - если бы они
понаделали тут пещер, взрывая скалу динамитом или еще чем, но
тогда стены были бы грубые, как в угольной шахте, а у них тут
все устроено совсем как в общественной уборной. Тьфу! Вот
именно на нее и похоже. Так ведь чтобы столько нагородить,
нужны миллионы людей. Наверняка народу здесь больше, чем мы с
тобой видели.
- Слушай, а может они тут что-нибудь производят, может быть,
у них здесь фабрика? Фальшивки какие-нибудь изготавливают или
опиум варят?
- Уж тогда, скорее, атомные бомбы.
- А это возможно?
- Я думаю, нет. Чтобы делать атомные бомбы нужны богатства
целой страны. Вроде России.
- Так они, может, и есть русские.
- Пока мы тут никаких русских не видели.
- А Бонио кто?
- Притворяется ирландцем, но по-моему, он совсем не
ирландец, а ты как думаешь?
- Он, вроде, с виду добрый.
- Скотина он, вот он кто.
- Ну, ты же не знаешь, скотина он или нет. В конце концов,
это он нам еду приносит.
- Ай, да он скорее всего стюард какой-нибудь. У него руки
сальные.
- Каким же им еще быть, если он стюард? Наверное, ему
приходится мыть посуду.
- Во всяком случае, мне он не нравится. Будь он порядочным
человеком, он нам сказал бы про Шутьку.
- А он может и не знать про нее.
- Ну ладно, ладно.
После угрюмой паузы Джуди сказала:
- Может быть, он такой же пленник, как мы. Как по- твоему,
они нас всю жизнь здесь продержат?
Однако ужин, когда он, наконец, наступил, принес им новую
пищу для размышлений. Ужин был как в заурядном ресторане -
черничный джем из консервной банки, которого дети терпеть не
могли, мороженое с персиками, только не свежими, а тоже
консервированными и совершенно бесценный кларет, ни больше ни
меньше, вкусом напоминавший чернила. Ужин им подал безмолвный
Бонио, облаченный в белую куртку. Руки у него дрожали.
- Так как же все-таки вас зовут? - с любопытством спросила
Джуди.
|
