 |
 |
Остров
Автор "Робер Мерль"
Размер 1024735 Байт
Страница 28 из 86
|
 |
рабль ни одной". А теперь "речь зашла о его" личных удобствах", и он
требует себе одну!
И сразу же раздался голос Маклеода:
- Старику жена не нужна, ему прислугу подавай!
Слова эти были встречены дружным смехом, посыпались шутливые предпо-
ложения насчет холодности Мэсона к женскому полу. Эта тема всем пришлась
по душе, и добрых пять минут матросы изощрялись в остротах.
- Я малый сговорчивый, - произнес наконец Маклеод и поднял руку, при-
зывая к серьезности. - Пусть старик хотел меня подстрелить, никто меня
не упрекнет, что ему по моей вине придется самому полоскать свое бельиш-
ко.
Он обвел глазами присутствующих, его острый нос навис над тонкогубым
ртом.
- Ишь ты какой великодушный на даровщинку! - вполголоса заметил Бэ-
кер.
- Если нет других желающих, - продолжал Маклеод, делая вид, что не
расслышал слов Бэкера, - предлагаю дать ему Ваа.
Никто не шелохнулся. Маклеод ударил концом веревки о землю и попросил
Парсела перевести его слова.
Ваа, ширококостная, некрасивая женщина, поднялась с места. Она вошла
в центр круга, тяжело, по - деревенски переставляя свои крепкие ноги.
Она даже слегка поджала пальцы ног, будто боялась, что ее сдвинут с мес-
та, хотя се широкие ступни, казалось, вросли в землю. Заложив сильные
руки за спину, она вежливо сказала, что для нее великая честь иметь сво-
им танэ начальника большой пироги... Таитянки прыснули, а Итиа крикнула:
"Э, Ваа, э! Он чересчур холодный, твой танэ!" Широкое крестьянское лицо
Ваа тронула улыбка. "Ничего, я его разогрею!" - пообещала - она. И, по-
вернувшись, пошла в сторону поселка, видимо намереваясь поскорее привес-
ти свой замысел в исполнение.
Джонс развернул следующую бумажку и громко выкрикнул:
- Джонсон!
Джонсон вздрогнул, скосил глаза на шишку, украшавшую кончик его толс-
того носа, и потер подбородок ладонью. Потом он расправил скрещенные но-
ги, оперся одним коленом о землю и поднялся с легкостью, неожиданной для
его возраста; так он и стоял, переминаясь с ноги на ногу, исподлобья
поглядывая на матросов и не переставая энергично растирать ладонью под-
бородок. Странно было видеть при такой худобе округлое твердое брюшко,
начинавшееся сразу же под ложечкой, словно природа пожелала вознаградить
Джонсона за унылую впадину грудной клетки и украсила этот согбенный мно-
голетней работой стан. Джонсону приходилось вытягивать вперед шею, дабы
удержаться в вертикальном положении. Но руки его уже давно отказались от
бесполезной попытки оставаться в той же плоскости, что и плечи. Они бол-
тались где - то впереди тела, эти худые руки, напоминавшие перекрученный
пеньковый трос, усеянные мелкими черными точечками и обвитые сетью взду-
тых синих вен.
Старик недоверчиво и боязливо оглядывал присутствующих. будто старал-
ся решить, уж не таит ли всеобщее молчание, которым было встречено его
имя, какого - нибудь подвоха. В глубине души он уже давно наметил себе
супругу, но не решался назвать ее имя: не последует ли возражений со
стороны матросов а если и не последует, не откажет ли ему сама наречен-
ная. Его боязливый взгляд перебежало Маклеода на Парсела, словно стара-
ясь найти поддержку; - неважно, у большинства или у меньшинства, - ук-
радкой скользнул по группе женщин, после чего Джонсон часто захлопал
морщинистыми воспаленными веками, очевидно не желая, чтобы присутствую-
щие по выражению глаз догадались об одолевавших его сомнениях, и уста-
вился в одну точку с испуганно - похотливым видом. Он напоминал мальчиш-
ку, который, стянув пенни и зажав его в кулак, томится перед витриной
кондитерской, хотя уже давно облюбовал себе пирожок, но не решается ни
войти в магазин, ни оторваться от соблазнительного зрелища.
- Ну? - резко окликнул его Маклеод.
Джонсон робко посмотрел на него, перестал тереть бороду и, не глядя
ни на кого, произнес:
- Таиата.
В выборе проявилась его непритязательность: Таиата была самая некра-
сивая и самая немолодая среди таитянок.
- Есть возражения? - спросил Маклеод, подымая над головой веревку. И,
не дожидаясь ответа, ударил концом веревки о землю.
Джонсон поднял голову и дрожащим голосом позвал:
- Таиата!
Женщины зашушукались, но никто не поднялся с места, никто не вышел на
зов. Губы Джонсона жалобно дрогнули. Он сцепил руки, захватил пятерней
большой палец правой руки и стал потирать его медленным непроизвольным
движением. "Сейчас расплачется", - подумал Парсел.
- Таиата! - громко повторил Маклеод.
Женщины разом замолчали, потом снова послышалось шушуканье. Таиата
поднялась. Приземистая, коренастая, она не торопясь, слегка ковыляя на
ходу, вступила в освещенный круг, и тут стало заметно, что ноги у нее
чуть кривые. Под набрякшими веками не было видно глаз, лицо ее в свете
факелов казалось особенно угрюмым и замкнутым. Джонсон негромко хихик-
нул, торжественно выступил вперед, взял свою нареченную за руку и вдруг
засеменил на месте, словно исполняя фигуру кадрили; зрелище было такое
нелепое и такое жалкое, что никто даже не подумал рассмеяться. Затем он
уселся, но, как только Таиата опустилась с ним рядом, она резким движе-
нием высвободила свою руку и оглядела будущего супруга холодным взглядом
черных глаз, прятавшихся под вспухшими веками.
- Бедняга Джонсон, - вполголоса произнес Парсел.
Никто ему не ответил. Джонс любовался своей Амуреей, а Бэкер, блед-
ный, сжав губы, пристально смотрел прямо перед собой.
- Джонс! - сурово окликнул юношу Маклеод.
Он тоже, казалось, утратил обычное спокойствие, весь внутренне нап-
рягся. Джонс выпустил руки Амуреи, поспешно схватил треуголку и вытащил
бумажку.
- Уайт! - выкрикнул он таким оглушительным голосом, будто метис нахо-
дился на дальнем конце поляны.
Уайт не шелохнулся, лицо его не выразило ничего. И заговорил он не
сразу. Сидел он, поджав под себя ноги, скромно положив ладони на раздви-
нутые колени, и только задумчиво похлопывал по панталонам двумя пальцами
правой руки. Остальные пальцы, короткие, как сосиски, и утолщавшиеся к
концам, были приподняты даже с каким - то изяществом, словно готовились
пройтись по струнам арфы. Несколько секунд протекло в молчании.
- Итиа, - проговорил Уайт своим нежным голосом.
Среди женщин вдруг началось лихорадочное волнение, шепот стал громче,
возбужденнее. Парсел оглянулся. Итиа стояла на коленях, опустив глаза,
сжав губы и покачивала головой, как бы говоря: "Нет". Сидевшая от нее
справа Итиота положила ей на плечо руку. Слева сидели Раха и Тумата.
"Соглашайся. Он не злой. Он тебя бить не будет", - шептала Итиота. -
"Нет, нет", - твердила Итиа.
- Итиа! - прогремел Маклеод. Итиа поднялась, вошла в освещенный круг
и встала лицом к Маклеоду, между Амуреей и Джонсоном. Глаза ее сверкали.
- Слушай, Скелет перитани, - сказала она, уничтожающе глядя на Макле-
ода. - Как ты не стыдишься поступать так, как поступаешь? Какой смысл
выбирать женщину, которая не выбрала тебя?
Говорила она так, будто ее выбрал сам Маклеод, а не Уайт.
И помолчав, добавила:
- Разве ты не знаешь, что бывает с мужчиной, когда он выбирает себе
женщину, которая его не выбрала: он становится рогоносцем.
Таитянки приглушенно фыркнули, им вторил громкий смех таитян. Будь
благословен Эатуа! Плохие манеры Итии сослужили ей добрую службу!
Маклеод выпрямился.
- Что она болтает?
- Она спрашивает, - равнодушным тоном пояснил Парсел, - угодно ли
вам, чтобы вас обманывала жена, или нет. - И добавил: - Вопрос, конечно,
чисто риторический. Она не имеет в виду лично вас.
В глазах Маклеода зажегся гнев, но он сдержал себя.
- Скажите ей, пусть придержит язычок, - спокойно произнес он, - и
пускай немедленно сядет рядом с Уайтом.
Парсел перевел Итиа эти слова. - Я вовсе не ненавижу желтого челове-
ка, - сказала Итиа, стараясь говорить как можно вежливее. - У него руки
не полны ледяной кровью, *
*[Он не эгоист - - по - таитянски.]
как у Скелета. Желтый человек - человек любезный. Тихий такой,
как тень...
Она выпрямилась, все ее хрупкое тело напряглось.
- Но я не хочу его себе в танэ. Себе в танэ я хочу Меани.
Меани поднялся. Выбор пал на него. И раз он поднялся, значит, он дает
свое согласие. Меани любил равно всех женщин. Но с Итией он дружил.
Взгляд Маклеода скользнул по фигурке Итии, потом по Меани. Он и без
перевода понял, что сказала Итиа. Он сжал губы, потрясая концом веревки,
потом яростно крикнул:
- Скажите ей, пусть немедленно сядет рядом с Уайтом, а то придется ее
наказать.
- Вашей угрозы я не переведу, - возразил Парсел. - Это просто опасно.
Меани уже считает ее своей женой. Если вы ее хоть пальцем тронете, он
вас убьет.
- На то есть закон, - отозвался Маклеод. - Его повесят.
- Если только вам это удастся, - проговорил Парсел, пристально глядя
на Маклеода.
Шотландец вскинул костлявый подбородок и опустил ресницы. Если и
впрямь начнется резня, против него будет Парсел, Джонс, Бэкер, шестеро
таитян, а возможно, и все женщины. Он горько пожалел, что не захватил с
собой ружья.
Он оглянулся на Уайта.
- Уайт, подымись и сам приведи себе жену.
Фактически это было замаскированное отступление: Маклеод предоставлял
действовать самому Уайту.
Но Уайт вовсе не собирался нападать на Итию врасплох. Он медленно
поднялся и с достоинством направился к ней. Итиа отпрыгнула, резко по-
вернулась и почти с неестественной быстротой пересекла поляну, только
длинные волосы взметнулись за ее спиной. Она неслась прямо на запад, к
джунглям.
- Стой, Меани! - крикнул Парсел.
Меани, бросившийся было за ней следом, застыл на месте, выставив впе-
ред одну ногу, атлетический его торс был повернут к присутствующим бо-
ком, голова вскинута, а ноздри трепетали, как у гончей, которую окрик
охотника остановил на бегу.
- Если ты последуешь за ней, - сказал по - таитянски Парсел, - они
будут гнаться за тобой с ружьем в руках. Оставайся здесь. Возвращайся с
нами в поселок. - И добавил: - Впереди еще вся ночь...
Меани уселся, не спуская с Парсела глаз. Уайт не шелохнулся. Он смот-
рел, как Итиа в лунном сиянии мчится к зарослям. Бежать за ней значило
унизить себя. Когда фигурка девушки исчезла в роще, он неторопливо вер-
нулся в круг и уселся на прежнее место. С тех пор как Уайт назвал имя
Итии, он не произнес ни слова.
- Найдется, - проворчал Маклеод, - пить, есть захочет и придет.
Воцарилось молчание. Прищурив глаза, Парсел произнес равнодушным то-
ном:
- Я предлагаю, чтобы Уайт выбрал себе другую женщин; Хотя бы Итиоту.
Итиота охотно согласится.
Уайт открыл было рот, но Маклеод вмешался в разговор.
- Хорошо, мистер, - ядовито проговорил он, - непременно, мистер.
Весьма великодушно с вашей стороны, мистер. Итиота достанется Уайту, а
Итиа достанется Меани. Ловко задумано, Парсел, но пусть меня черти изжа-
рят, если выйдет по - вашему. Разрешите вам напомнить, что здесь у нас
ассамблея. И не будут здесь черные устанавливать свои законы, будь они
хоть трижды ваши дружки. А что касается Итии, Парсел, то и тут не бывать
по - вашему, не беспокойтесь, ее отыщут.
- Заросли тянутся на пять километров и опоясывают весь остров, - хо-
лодно возразил Парсел. - На горе есть источник. А у нее самой семнадцать
соучастников.
- Найдут, - пообещал Маклеод, махнув рукой Джонсу, чтобы тот продол-
жал.
Джонс запустил руку в треуголку.
- Бэкер, - чуть ли не шепотом произнес он и с виноватым видом погля-
дел на зятя.
С тех пор как Амурея села с ним рядом, он только раз, да и то мельком
вспомнил об опасениях Бэкера.
Бэкер поднял загорелое лицо и внятно проговорил:
- Авапуи.
|
