 |
 |
Смок Белллью
Автор "Джек Лондон"
Размер 517281 Байт
Страница 4 из 45
|
 |
- Я чечако, - сказал он.
По выражению скуки на ее лице он понял, что она сама это знает. Но
Кит не смутился.
- Свое огнестрельное оружие я бросил по дороге, - сказал он.
Тогда она узнала его, и глаза ее блеснули.
- Не думала я, что вы доберетесь так далеко, - сказала она ему.
Кит снова жадно потянул в себя воздух.
- Я слышу запах кофе! - Он решил идти напролом. - Вот вам мой
мизинец, отрежьте его; я на все готов; я буду вашим рабом целый год и один
день или сколько угодно лет и дней, только налейте мне чашечку из вашего
кофейника.
За чашкой кофе он назвал себя, и она сказала ему свое имя - Джой
Гастелл. Кроме того, Кит узнал, что она здешняя старожилка. Она родилась в
фактории на Большом Невольничьем озере: ребенком она с отцом перешла
Скалистые горы и спустилась к Юкону. Теперь она снова путешествует вместе
с отцом, но его неожиданно задержали в Сиэтле дела. Он оказался в числе
пассажиров злосчастного "Певца", потерпевшего крушение, и сейчас находится
в заливе Пьюджет, куда его доставил подобравший пассажиров пароход.
Так как девушка не вылезала из-под одеял, Кит не стал затягивать
разговора и, героически отказавшись от второй чашки кофе, освободил
палатку от себя и своего багажа. Он уносил с собой много разнообразных
впечатлений: у нее очаровательные глаза и очаровательное имя; ей не больше
двадцати - двадцати двух лет; отец ее, вероятно, француз; у нее твердая
воля и пылкий характер, и воспитание она получила где угодно, но только не
в здешних местах.
6
По обледенелым скалам, высоко над полосой леса, шла тропа, огибая
озеро Кратер, и выводила к скалистому ущелью, откуда открывался прямой
путь к Счастливому Лагерю и первым кривым карликовым елям. Тащить на себе
груз по этой кривой дороге - значило потерять много времени и окончательно
выбиться из сил. На озере стояла парусная лодка, перевозившая грузы. В
какие-нибудь два часа лодка могла бы доставить Кита и его поклажу на
другой берег. Но Кит уже истратил деньги, а перевозчик запросил по
четыреста долларов за тонну.
- Твоя лодчонка, друг мой, - сказал Кит перевозчику, - золотое дно.
Но я могу показать тебе и другое золотое дно.
- Покажи! - был ответ.
- Покажу, если ты перевезешь мой багаж на другой берег. Прекрасная
идея, еще не запатентованная, и ты сможешь открыть предприятие сразу, чуть
я объясню тебе, в чем дело. Согласен?
Перевозчик объявил, что согласен, и Кит решил, что можно довериться
его обещанию.
- Отлично. Видишь ты тот ледник? Возьми кирку и за день пробей в нем
желоб сверху донизу. Понял? Получится - "Чилкут - Озеро Кратер.
Акционерная компания перевозок кувырком". Ты можешь спускать ежедневно не
меньше ста тонн, и работы никакой - знай клади деньги в карман. По
пятидесяти центов с тонны каждый заплатит!
Через два часа Кит находился уже на другом берегу озера, выиграв
целых три дня. Когда Джон Беллью нагнал его, он был уже очень недалеко от
Глубокого озера - другой вулканической впадины, наполненной ледниковой
водой.
7
Последний переход, от Долгого озера до Линдермана, считается три
мили; здесь тропа - если только это можно назвать тропой - взбирается на
вершину тысячефутового хребта, сползает, извиваясь, вниз по скользким
скалам и пересекает широкое болото. Джон Беллью остолбенел от удивления,
увидев, как Кит взвалил себе на спину сотню фунтов, а сверху на эту сотню
положил пятидесятифунтовый мешок муки.
- Ну-ка, закаленный человек! - воскликнул Кит. - Покажи, чему тебя
научило медвежье мясо и одна-единственная смена белья!
Джон Беллью покачал головой.
- Я уже стар, Кристофер.
- Тебе всего только сорок восемь. Мой дед, а ваш отец, сэр, старый
Исаак Беллью, одним ударом кулака убил человека, когда ему было шестьдесят
девять лет.
Джон Беллью, улыбаясь, проглотил пилюлю.
- Дядюшка, мне хочется сообщить тебе важную новость. Меня воспитывали
недотрогой и неженкой, но сейчас я таскаю тяжести лучше тебя, хожу лучше
тебя и с легкостью уложу тебя на обе лопатки и намну бока.
Джон Беллью поднял руку и торжественно произнес:
- Кристофер, мой мальчик, я верю, что ты можешь уложить меня на обе
лопатки и намять мне бока. Больше того: я уверен, что ты можешь совершить
этот подвиг, даже имея сто фунтов на плечах. Ты хорошо поработал, мальчик,
и добился почти невероятных успехов.
Во время последнего перехода Кит за один день проделал четыре конца
взад и вперед. Иными словами, он покрыл за день двадцать четыре мили,
карабкаясь по горам, причем двенадцать миль из этих двадцати четырех - со
ста пятьюдесятью фунтами за спиной. Это сильно утомило его, но он гордился
собой и чувствовал себя прекрасно. Он ел и спал так, как раньше еще не ел
и не спал; и когда оказалось, что скоро конец тяжелому пути, он даже
немного огорчился.
Беспокоило Кита только одно: он знал, что если споткнется и упадет с
сотней фунтов за плечами, он останется в живых и поднимется на ноги; но он
был уверен, что если ему случится упасть с пятидесятифунтовой прибавкой,
то эта прибавка непременно свернет ему шею. Тысячами ног все тропы через
болото очень быстро затаптывались, превращаясь в бездонную топь, и
приходилось прокладывать все новые. Однажды, прокладывая такую новую
тропу, Кит на практике разрешил вопрос о пятидесятифунтовой надбавке.
Зыбкая, топкая поверхность колыхалась под ним; он оступился и
шлепнулся в воду ничком. Пятьдесят фунтов придавили его, не сломав ему
шеи. С оставшейся сотней за плечами Киту удалось подняться на четвереньки.
Но встать он не мог. Левую руку снова втянуло вглубь, и щека легла в
грязь, как на подушку. Кит вытянул левую руку - правая шла по плечо.
Выпутаться из ремней было невозможно, а стофунтовая тяжесть мешала
подняться. На четвереньках, с трудом вытаскивая из грязи то одну, то
другую руку, он сделал попытку добраться до того места, куда упал его
мешок с мукой. Но все усилия были напрасны: они только утомляли его, а
тонкий слой травы, покрывавший трясину, прорвался под его тяжестью, и
струйка взбаламученной воды стала просачиваться наружу, заливая ему нос и
рот.
Тогда он попробовал перевернуться на спину, чтобы поклажа служила ему
опорой, но это привело лишь к тому, что обе руки его погрузились в воду по
плечи, и Кит почувствовал, что тонет. С завидным терпением он медленно
вытащил обе руки из грязи, положил их плашмя на воду, чтобы опереться на
них подбородком, и громко позвал на помощь. Через несколько минут
раздалось хлюпанье по грязи приближавшихся сзади шагов.
- Помоги, приятель! - крикнул Кит. - Брось мне веревку.
Киту ответил женский голос, и Кит узнал этот голос.
- Если вы расстегнете мне ремни, то я встану.
Сто фунтов звонко шлепнулись в грязь, и Кит медленно поднялся на
ноги.
- Ну и положение! - смеялась мисс Гастелл, увидев облепленное грязью
лицо Кита.
- Пустяки! - весело воскликнул Кит. - Это просто одно из моих любимых
гимнастических упражнений. Советую и вам попробовать: замечательно
развивает грудную клетку и позвоночник.
Он вытер лицо рукой и стряхнул с руки ком грязи.
- О, да это мистер, мистер... Смок Беллью! - воскликнула девушка,
узнав Кита.
- Благодарю вас за своевременную помощь и за новое имя, - проговорил
Кит. - Совершилось мое второе крещение. С этой минуты все должны называть
меня Смоком Беллью. Смок - сильное и выразительное имя.
Он замолчал, а потом неожиданно скорчил злое лицо.
- Знаете, что я решил предпринять? - произнес он свирепым голосом. -
Я возвращусь обратно в Штаты. Я женюсь. У меня будет большая семья,
много-много детей. Как-нибудь вечером я соберу детей и расскажу им, какие
страдания перенес их отец на Чилкутской дороге. И если они не зарыдают, -
повторяю, если они не зарыдают, я возьму палку и вышибу их них дух!
8
Надвигалась полярная зима. Землю покрыл шестидюймовый слой снега, и,
несмотря на жестокие ветры, маленькие озера затянулись льдом. В один из
вечеров, когда буря несколько утихла, Кит вместе с дядей помог двоюродным
братьям нагрузить лодку и постоял на берегу, пока лодка не исчезла в
метели.
- Надо выспаться и утром пораньше в путь, - сказал Джон Беллью. -
Если нас не задержит буран на перевале, завтра вечером мы будем в Дайе. А
если нам посчастливится сразу попасть на пароход, еще неделя - и мы опять
в Сан-Франциско.
- Ты доволен прогулкой? - рассеянно спросил Кит.
Их последний привал на озере Линдерман был печален и неуютен. Робби и
Холл забрали с собой все самые необходимые вещи, включая и палатку.
Потертый брезент кое-как прикрывал их от вьюги. Ужин они варили на костре,
в негодных, помятых кастрюлях. Им оставили только одеяла да пищу на
несколько дней.
С той минуты, как лодка отошла от берега, Кит стал рассеянным и
беспокойным. Джон Беллью заметил состояние племянника, но приписал это
сильному переутомлению после трудного похода. За ужином Кит только раз
нарушил молчание.
- Дядюшка, - сказал он ни с того ни с сего, - пожалуйста, отныне
называй меня Смок. Ведь я здорово прокоптился за дорогу.
После ужина Кит отправился в лагерь золотоискателей, занятых
постройкой и снаряжением челноков. Когда через несколько часов он вернулся
и залез под одеяло, Джон Беллью уже спал.
Ветреным мглистым утром Кит вылез из-под одеяла, не обуваясь, развел
огонь, согрел на огне свои промерзшие сапоги, сварил кофе и поджарил
бекон. Дядюшка и племянник невкусно позавтракали на холодном ветру.
Позавтракав, они сложили одеяла. Джон Беллью зашагал в сторону Чилкутской
дороги, но Кит вдруг остановил его и протянул ему руку.
- До свидания, дядя, - сказал он.
Джон Беллью удивленно взглянул на племянника и выругался от
удивления.
- Не забывай, дядюшка, что теперь я Смок, - внушительно проговорил
Кит.
- Но что ты задумал?
Кит махнул рукой на север, в сторону бурного озера.
- Не имеет смысла возвращаться, когда зашел так далеко, - сказал Кит.
- Я почуял запах мяса, и оно мне по вкусу. Я иду дальше.
- У тебя нет денег! - возразил Джон Беллью. - И никакого снаряжения.
- Я нашел работу. Кристофер Смок Беллью покажет себя. Он нашел
работу. Он теперь слуга джентльмена. Сто пятьдесят долларов в месяц на
всем готовом. Он отправляется в Доусон в обществе двух джентльменов и еще
одного слуги - отправляется в качестве повара, лодочника и чего угодно. А
О'Хара со своей "Волной" может убираться к дьяволу! До свидания!
Пораженный Джон Беллью слабо пробормотал:
- Ничего не понимаю!
- Говорят, в бассейне Юкона немало медведей! - объяснил Кит. - У меня
всего только одна смена белья, и мне хочется медвежатины. Прощайте!
ЧАСТЬ ВТОРАЯ. МЯСО
1
Дул сильный порывистый ветер, когда Смок Беллью, с трудом преодолевая
его, вышел на берег. В предрассветных сумерках дюжину лодок нагружали
|
