 |
королем все военные части, за исключением некоторых полков, остающихся
для несения гарнизонной службы. Там же обычно происходит великая охота
на колдунов, о которой речь будет дальше.
Мы должны были выступить на рассвете. Инфадус, который должен был нас
сопровождать, полагал, что если нас случайно не задержит в пути разлив
реки, то мы должны достигнуть Луу к ночи второго дня.
Сообщив нам все это, наши гости пожелали нам доброй ночи. Мы догово-
рились дежурить по очереди: трое из нас бросились на свои ложа и заснули
блаженным сном, а четвертый бодрствовал, чтобы возможное предательство
не застало нас врасплох.
ГЛАВА IX
КОРОЛЬ ТВАЛА
Думаю, что не стоит особенно подробно рассказывать о нашем путешест-
вии в Луу. Скажу только, что мы шли туда целых два дня по ровной, широ-
кой дороге царя Соломона, которая вела в самую глубь Страны Кукуанов. По
мере того как мы продвигались вперед, земля становилась все плодороднее,
а краали, окруженные возделанными полями, все многочисленнее. Все они
были выстроены по образцу того крааля, в котором мы останавливались на-
кануне, и охранялись большими гарнизонами войск. В Стране Кукуанов, так
же как у зулусов и племени мазаи, каждый годный к военной службе человек
- воин. Поэтому в войнах, как наступательных, так и оборонительных, фак-
тически участвует весь народ. На нашем пути нас обгоняли тысячи воинов -
они спешили в Луу, чтобы присутствовать на торжественном ежегодном пара-
де, после которого должно было состояться большое празднество. Никогда в
жизни мне не приходилось видеть столь внушительные войска.
На второй день пути, к вечеру, мы сделали привал на вершине небольшо-
го холма, по которому пролегала наша дорога. С этого холма мы увидели
красивую, плодородную равнину, на которой был расположен город Луу. Он
занимал огромную для туземного города площадь: думаю, что с прилегающими
к нему пригородными краалями он был не менее пяти миль в окружности. В
этих краалях расквартировывались во время больших торжеств войска, при-
бывающие из отдаленных частей страны. В двух милях к северу от Луу воз-
вышался холм, имеющий вид подковы, с которым нам впоследствии пришлось
хорошо познакомиться. Город был расположен в прекрасном месте. Широкая
река, через которую было перекинуто несколько мостов, та самая, которую
мы видели со склона гор Царицы Савской, протекала через главную коро-
левскую резиденцию и делила ее на две части. Вдали, на расстоянии шести-
десяти или семидесяти миль, на совершенно ровной местности возвышались
три горы, расположенные в форме треугольника. На вершинах этих диких,
крутых и неприступных скал лежал снег, и по очертаниям своим они сильно
отличались от гор Царицы Савской, склоны которых были округлые и поло-
гие.
Видя, что мы их рассматриваем с большим интересом, Инфадус сказал:
- Там, у подножия этих гор, которые народ наш называет "Три колдуна",
кончается Великая Дорога.
- Почему же именно там? - спросил я.
- Кто это может знать? - ответил старый воин, пожимая плечами. - В
этих горах, - продолжал он, - много пещер, и между ними есть глубокий
колодец. Туда-то мудрые люди старого времени и отправлялись, чтобы найти
то, за чем они приходили в эту страну. И там же, в Чертоге Смерти, мы
хороним своих королей.
- А зачем приходили туда эти мудрые люди? - перебил я его нетерпели-
во.
- Этого я не знаю. Вы, мои повелители, спустившиеся сюда с далеких
звезд, должны это знать сами, - ответил Инфадус, бросив на нас быстрый
взгляд.
Очевидно, он не хотел нам сказать все, что знал.
- Ты прав, - сказал я. - Мы, жители звезд, знаем многое, чего вы не
знаете. Вот, например, я слышал, что мудрые люди далекого прошлого отп-
равлялись в эти горы за красивыми яркими камнями и желтым железом.
- Повелитель мой мудр, - ответил он холодно. - По сравнению с ним я
лишь неразумный ребенок, и потому мне не подобает говорить с ним о таких
вещах. Мой повелитель должен побеседовать об этом с престарелой Гагулой,
когда он будет в жилище короля, ибо она столь же мудра, как и мой пове-
литель.
Сказав это, Инфадус ушел. Как только мы остались одни, я обратился к
своим друзьям и, указывая на отдаленные горы, воскликнул:
- Вот где находятся алмазные копи царя Соломона!
Амбона, стоявший около сэра Генри и Гуда, услышал эти слова. Я заме-
тил, что за последнее время от стал как-то особенно задумчив и рассеян и
редко вступал с нами в разговор.
- Да, Макумазан, - сказал он, обращаясь ко мне по-зулусски, - алмазы
находятся там, и они, конечно, будут ваши, ибо вы, белые люди, очень лю-
бите деньги и блестящие камни.
- Откуда ты знаешь, что алмазы находятся в этих горах, Амбопа? - рез-
ко спросил я его.
Мне не нравились таинственность его поведения и постоянные недомолв-
ки.
Амбопа засмеялся.
- Я видел это сегодня ночью во сне, белые люди, - ответил он и, круто
повернувшись, отошел в сторону.
- Что наш черный друг хотел этим сказать и что у него на уме? - спро-
сил сэр Генри. - Совершенно очевидно, он что-то знает, но предпочитает
молчать. Между прочим, Квотермейн, не слышал ли он от наших проводников
чего-нибудь о моем... о моем брате?
- К сожалению, ничего. Он расспрашивал об этом всех, с кем за это
время успел подружиться, но ему отвечали, что в этой стране никто и ни-
когда не видел ни одного белого человека.
- Неужели вы думаете, что ваш брат мог сюда добраться? - спросил Гуд.
- Ведь сами-то мы попали сюда чудом. Кроме того, как он нашел бы дорогу,
не имея карты?
- Не знаю, - сказал сэр Генри, и лицо его омрачилось. - Но мне дума-
ется, что я все-таки его найду.
Пока мы разговаривали, солнце медленно садилось за горизонт, и вдруг
землю окутал мрак. В этих широтах нет сумерек, поэтому и нет постепенно-
го, мягкого перехода от дня к ночи - день обрывается так же внезапно,
как внезапно обрывается жизнь при наступлении смерти. Солнце село, и
весь мир погрузился во тьму. Но вскоре на западе появилось слабое мерца-
ние, затем серебряный свет, и наконец полный, великолепный диск луны ос-
ветил равнину стрелами своих сверкающих лучей, озаряя всю землю нежным,
лучезарным сиянием. Мы стояли и наблюдали это восхитительное зрелище. Я
не могу описать все величие этой несказанной красоты, перед которой по-
меркли звезды, и сердца наши, устремившиеся ввысь, наполнились благого-
вейным восторгом.
Жизнь моя была полна трудностей и забот, но есть воспоминания, вызы-
вающие у меня чувство благодарности за то, что я жил. Одно из них - это
воспоминание о том, что я видел, как светит луна на Земле Кукуанов.
Эти размышления были прерваны нашим учтивым другом Инфадусом.
- Если мои повелители отдохнули, - сказал он, - мы можем идти дальше.
В Луу для повелителей уже приготовлено жилище. Луна светит ярко и будет
освещать нам дорогу.
Мы тотчас же выразили свое согласие и немедленно тронулись в путь.
Через час мы уже подошли к Луу, размеры которого нам показались беско-
нечными. Окруженный тысячами сторожевых костров, он казался опоясанным
огромным огненным кольцом. Вскоре мы подошли ко рву, через который был
перекинут подъемный мост, и услышали бряцание оружия и глухой окрик ча-
сового. Инфадус произнес пароль, который я как следует не разобрал;
стража, узнав своего начальника, приветствовала его, и мы вошли в город.
С полчаса мы шли по главной улице мимо бесчисленных рядов плетенных
из травы хижин, пока Инфадус не остановился около небольшой группы доми-
ков, окружавших маленький двор, вымощенный толченым известняком.
Войдя в этот двор, Инфадус объявил нам, что эти "жалкие обиталища"
предназначены для нашего жилья. Каждому из нас была приготовлена от-
дельная хижина. Они были значительно лучше, чем те, что мы уже видели, и
в каждой из них была очень удобная постель из душистых трав, накрытая
дубленой шкурой; тут же стояли большие глиняные сосуды с водой. Ужин для
нас был уже приготовлен, так как не успели мы умыться, как несколько
красивых молодых женщин с глубоким поклоном подали нам жареное мясо и
печеные маисовые лепешки, красиво сервированные на деревянных тарелках.
Мы поели с большим аппетитом и затем попросили перенести все постели
в одну хижину, причем эта мера предосторожности вызвала улыбку на лицах
милых молодых леди. Смертельно уставшие от долгого путешествия, мы бро-
сились на постели и заснули крепким сном.
Когда мы проснулись, солнце было уже высоко. Наши прислужницы, лишен-
ные чувства ложной стыдливости, находились уже в хижине, так как им было
приказано помочь нам одеться, чтобы идти на прием к королю.
- Одеться! - ворчал Гуд. - Для того чтобы надеть фланелевую рубашку и
пару ботинок, не требуется много времени. Послушайте, Квотермейн, попро-
сите их принести мои брюки.
Я исполнил его просьбу, но мне сказали, что эти священные реликвии
уже отнесены к королю и что он ожидает нас к себе до полудня.
Попросив наших молодых леди удалиться, что, по-видимому, их чрезвы-
чайно удивило и огорчило, мы начали одеваться, стараясь это сделать как
можно тщательнее.
Гуд, конечно, не выдержал и снова побрил правую часть лица, намерева-
ясь сделать то же самое с левой, на которой красовалась густая поросль
щетины, но мы уговорили его ни в коем случае ее не трогать. Что касается
меня и сэра Генри, мы только как следует умылись и расчесали волосы. Зо-
лотые локоны сэра Генри сильно отросли и падали до плеч, что придавало
ему, как никогда, сходство с древним датчанином. Моя же седая щетина бы-
ла по крайней мере на целый дюйм длиннее того полудюйма, который я счи-
таю максимально допустимой длиной.
После того как мы позавтракали и выкурили по трубке, к нам явился сам
Инфадус и сообщил, что, если нам будет угодно, король Твала готов нас
принять.
Мы отвечали, что предпочли бы пойти к нему, когда солнце поднимется
выше, что мы еще крайне утомлены после столь долгого пути, и выдумали
еще ряд других причин. Так всегда следует поступать, когда имеешь дело с
дикарями: нельзя немедленно откликаться на их зов, так как они склонны
принимать вежливость за страх и раболепство. Поэтому, хоть нам и хоте-
лось увидеть Твалу не менее, чем ему нас, мы все же не спешили и проси-
дели у себя еще час, заняв это время тем, что отобрали из нашего скудно-
го запаса вещей подарки для короля и его приближенных. Дары эти состояли
из винчестера бедняги Вентфогеля и небольшого количества бус. Винтовку с
патронами было решено подарить его величеству, а бусы - его женам и
придворным. Инфадус и Скрагга уже получили от нас в подарок такие бусы и
были от них в восторге, так как никогда в жизни не видели ничего подоб-
ного. Наконец мы заявили, что готовы идти на прием, и вышли из хижины в
сопровождении Инфадуса и Амбопы, который нес наши дары.
Пройдя несколько сот ярдов, мы очутились у ограды, похожей на ту, ко-
торая окружала наши хижины, но раз в пятьдесят длиннее, так как она ох-
ватывала не менее шести или семи акров земли. Вокруг внешней стороны из-
городи тянулся ряд хижин, в которых жили жены короля. Как раз напротив
главных ворот, в глубине огромной площади, стояла особняком очень
большая хижина, - это была резиденция его величества. Вся остальная пло-
щадь была пуста, вернее, была бы пуста, если бы ее не заполняли много-
численные отряды воинов. Их было не менее семи-восьми тысяч. Когда мы
проходили мимо них, они стояли неподвижно, словно изваяния. Трудно пере-
дать словами, какое величественное зрелище представляли собой эти войска
с развевающимися плюмажами, сверкающими на солнце копьями и железными
щитами, обтянутыми буйволовыми шкурами. На пустой части площади перед
королевской хижиной стояло несколько табуретов. Три из них мы заняли по
указанию Инфадуса, Амбопа стал позади нас, а сам Инфадус остался у две-
рей жилища короля.
На площади царила мертвая тишина. Более десяти минут мы ждали выхода
его величества и все это время чувствовали, что нас с любопытством расс-
матривают около восьми тысяч пар глаз. Должен признаться, что ощущение
было не из приятных, но мы делали вид, что это нас не касается. Наконец
дверь большой хижины распахнулась, и из нее вышел гигантского роста че-
ловек, на плечи которого была наброшена великолепная короткая мантия из
тигровых шкур; следом за ним шел Скрагга и, как нам сперва показалось,
высохшая, совершенно сморщенная, закутанная в меховой плащ обезьяна. Ги-
гант сел на один из табуретов, за ним стал Скрагга, а сморщенная
обезьяна поползла на четвереньках и уселась на корточках в тени под на-
весом хижины.
Полное безмолвие продолжалось. Вдруг гигант скинул с себя мантию и
выпрямился во весь рост. Это было поистине жуткое зрелище. У него были
|
BIGLIB
