 |
 |
Черная стрела
Автор "Роберт Луис Стивенсон"
Размер 416477 Байт
Страница 19 из 34
|
 |
лись они на палубу, оставив привязанную к корме шлюпку плясать на вол-
нах. Так была захвачена "Добрая Надежда".
Это было славное, прочное СУДНО, закрытое палубой на носу и посредине
и открытое на корме. Одномачтовое, оно по роду своей оснастки было
чем-то средним между фелюгой и люггером [3]. По-видимому, дела шкипера
Арблестера шли превосходно, так как бочонки с французским вином заполня-
ли весь трюм. А в маленькой каюте, кроме образа девы Марии, который сви-
детельствовал о набожности капитана, находились запертые сундуки, кото-
рые говорили о его богатстве и запасливости.
Собака, единственная обитательница корабля, яростно лаяла и хватала
похитителей за пятки; пинком ноги ее загнали в каюту и там заперли вмес-
те с ее справедливым гневом. Пираты зажгли фонарь и подняли его на ван-
ты, чтобы корабль был виден с берега; потом открыли один из бочонков и
выпили по чаше превосходного гасконского вина за удачу своего предприя-
тия. Затем один из разбойников приготовил лук и стрелы на случай нападе-
ния, а другой подтянул шлюпку и спрыгнул в нее.
- Карауль хорошенько, Джек, - сказал молодой командир, готовясь спус-
титься в шлюпку. - Я вполне на тебя полагаюсь.
- Пока корабль стоит здесь, все будет в порядке, - ответил Джек. - Но
чуть только мы выйдем в море... Видите, как он задрожал! Несчастный ко-
рабль услышал мои слова, и сердце его забилось в дубовых ребрах. Посмот-
рите, мастер Дик, как стало темно!
И в самом деле, кругом воцарился необычный мрак. И в этом мраке одна
за другой вздымались волны, и "Добрая Надежда" бодро переваливалась с
волны на волну. На палубу падал снег, морская пена заливала ее; снасти
угрюмо скрипели под ветром.
- Зловещая погода, - сказал Дик. - Но не беда! Это всего только
шквал, а шквалы не бывают надолго.
Тем не менее унылый беспорядок, царивший в небе, и визгливые завыва-
ния ветра невольно угнетали его дух. Спустившись в шлюпку и отчалив от
"Доброй Надежды", он набожно перекрестился, моля бога заступиться за
всех, кто пускается в плавание сегодня ночью.
На песчаной косе собралось уже около дюжины разбойников. Дик предос-
тавил шлюпку в их распоряжение и приказал им немедленно отправиться на
корабль.
Пройдя несколько шагов в глубь берега. Дик увидел лорда Фоксгэма, ко-
торый спешил ему навстречу; лицо лорда было закрыто капюшоном; простой
крестьянский плащ скрывал от посторонних взглядов его сверкающие латы.
- Юный Шелтон, - сказал он, - неужели вы действительно намерены выйти
в море?
- Милорд, - ответил Дик, - дом сторожат всадники; подойти к нему с
суши, не подняв тревоги, невозможно; теперь, после того, как сэр Дэниэл
узнал о нашем приключении, легче оседлать ветер, чем незаметно подк-
расться к этому дому с суши. Отправясь морем, мы, конечно, рискуем уто-
нуть; но зато, если мы не утонем, мы увезем девушку.
- Ведите меня, - сказал лорд Фоксгэм. - Я последую за вами, чтобы по-
том не пришлось стыдиться своей трусости; но, признаться, я предпочел бы
лежать сейчас у себя дома в постели.
- Идемте, - сказал Дик. - Я представлю вам человека, который поведет
наш корабль.
И он повел лорда в убогий кабак, где назначил свидание своим подчи-
ненным. Некоторые из разбойников слонялись снаружи возле дверей; другие
вошли уже внутрь и столпились вокруг Лоулесса и двоих моряков. Судя по
их раскрасневшимся лицам и мутным глазам, они давно перешли границы уме-
ренности; когда Дик, сопровождаемый лордом Фоксгэмом, появился в кабаке,
они вместе с Лоулессом пели древнюю заунывную морскую песню, и ураган
подпевал им.
Молодой предводитель окинул взором кабак. В огонь только что подбро-
сили дров, и черный дым валил так густо, что углы просторной комнаты по-
тонули во мраке. И все же он сразу убедился, что разбойников здесь го-
раздо больше, чем случайных посетителей. Успокоившись на этот счет. Дик
подошел к столу и занял свое прежнее место на скамье.
- Эй, - крикнул шкипер пьяным голосом, - кто ты такой?
- Мне нужно поговорить с вами на улице, мастер Арблестер, - сказал
Дик. - А разговор будет вот о чем.
И он показал ему золотую монету, которая ярко блеснула при свете
костра.
Глаза моряка вспыхнули, хотя он так и не узнал нашего героя.
- Ладно, мальчик, - сказал он, - я пойду с тобой... Кум, я сейчас
вернусь. Пей на здоровье, кум!
И, держась за Дика, чтобы не упасть, он двинулся к дверям.
Едва он перешагнул через порог, десять сильных рук схватили его и
связали; две минуты спустя, связанный, с затычкой во рту, он уже лежал
на сеновале, засыпанный сеном. Рядом с ним бросили его матроса Тома; им
предоставили возможность до самого утра размышлять о своей печальной
участи.
Скрываться больше было незачем, и лорд Фоксгэм условным сигналом выз-
вал своих воинов; захватив нужное количество лодок, они целой флотилией
двинулись на свет фонаря, прикрепленного к мачте. Не успели они взоб-
раться на палубу, как с берега донесся яростный крик моряков, обнаружив-
ших пропажу своих лодок.
Но ни воротить свои лодки, ни отомстить за них моряки не могли. Из
сорока воинов, собравшихся на украденном корабле, восемь человек бывали
прежде в море и сразу превратились в матросов. С их помощью поставили
паруса. Подняли якорь. Лоулесс, нетвердо держась на ногах и все еще на-
певая какую-то - морскую балладу, взялся за руль. И "Добрая Надежда"
сквозь ночную мглу двинулась в открытое море навстречу огромным валам.
Дик стоял возле штормовых снастей. Непроглядную тьму ночи прорезали
только свет огней "Доброй Надежды" и отдельные мерцающие огоньки домиков
в Шорби, уплывающие вдаль; да еще изредка виднелись, когда "Добрая На-
дежда" проваливалась между волнами, гребни белой пены; на мгновение они
вздымались снежным каскадом и так же быстро исчезали за кормой.
Некоторые из разбойников лежали на палубе, держась за что попало, и
громко молились, другие страдали морской болезнью и, забравшись в трюм,
разлеглись там среди всякой клади. Эта страшная качка да пьяная лихость
Лоулесса заставили бы хоть кого усомниться в благополучном исходе плава-
ния.
Однако Лоулесс, руководимый каким-то чутьем, по громадным волнам про-
вел судно мимо длинной песчаной отмели и благополучно причалил к камен-
ному молу; здесь "Добрую Надежду" наскоро привязали, и она, поскрипывая,
качалась в темноте.
ГЛАВА ПЯТАЯ
"ДОБРАЯ НАДЕЖДА" (продолжение)
Мол находился совсем недалеко от дома, в котором жила Джоанна; оста-
валось только переправить людей на берег, ворваться в дом и похитить
пленницу. "Добрая Надежда" уже сослужила свою службу, доставив их во
вражеский тыл. Они считали, что корабль им больше не понадобится, так
как отступать они собирались в лес, где милорд Фоксгэм расставил свои
подкрепления.
Однако высадить людей на берег оказалось нелегко: многие мучились от
морской болезни, и все поголовно - от холода; в корабельной тесноте и
суматохе дисциплина расшаталась; из-за качки и темноты все пали духом.
На мол выскочили все разом. Милорду пришлось сдерживать своих людей, уг-
рожая им обнаженным мечом. Конечно, это не обошлось без шума, а шум был
сейчас опаснее всего.
Когда порядок был кое-как восстановлен, Дик с кучкой самых отборных
воинов двинулся вперед. На берегу было еще темнее: в море там и сям бе-
лела пена, в то время как мрак, висевший над сушей, казался плотным, не-
проницаемым; вой ветра заглушал все звуки.
Но не успел Дик дойти до конца мола, как ветер внезапно стих; в нас-
тупившей тишине ему послышался конский топот и лязг оружия! Дик остано-
вил своих спутников и спрыгнул на береговой песок; пройдя несколько ша-
гов, он убедился, что впереди в самом деле движутся кони и люди. Он
сильно приуныл. Если враги действительно подстерегали их, если воины сэ-
ра Дэниэла окружили конец мола, упиравшийся в берег, им с лордом Фоксгэ-
мом будет очень трудно защищаться, так как позади у них только море и
все их воины сбиты в кучу на узком молу. Осторожным свистом он подал ус-
ловный сигнал.
К сожалению, этот сигнал вызвал совсем не те последствия, на которые
он рассчитывал. Из ночной тьмы вылетел град наудачу пущенных стрел. Вои-
ны на молу стояли так тесно, что некоторые стрелы попали в цель; разда-
лись крики испуга и боли. Лорд Фоксгэм был ранен и упал. Хоксли тотчас
распорядился отнести его на корабль. Воины лорда Фоксгэма остались без
всякого руководства. Одни принимали бой, другие совсем растерялись. В
этой растерянности и крылась главная причина катастрофы, которая не за-
медлила разразиться.
Дик с горстью храбрецов в течение целой минуты удерживал конец мола,
упиравшийся в берег. С обеих сторон было ранено по два, по три человека,
сталь звенела о сталь. Сначала ни той, ни другой стороне не удавалось
добиться успеха; но скоро счастье окончательно изменило сторонникам Ди-
ка.
Кто-то крикнул, что все погибло. Воины, давно уже павшие духом, с
легкостью этому поверили; крик был подхвачен. Затем раздался другой
крик:
- На борт, ребята, кому жизнь дорога!
И наконец кто-то с подлинным вдохновением труса крикнул то, что кри-
чат при всех поражениях:
- Измена!
И сразу же вся толпа, толкаясь, с громкими возгласами страха кинулась
назад по молу, подставив свои незащищенные спины неприятелю.
Один трус уже принялся отталкивать корму, но другой еще придерживал
нос корабля. Беглецы с криком перепрыгивали на корабль, некоторые обры-
вались и падали в море. Иных зарубили на молу, иных в толкотне задавили
насмерть свои же товарищи. Но вот наконец нос "Доброй Надежды" отделился
от мола, и вездесущий Лоулесс, которому удалось с помощью кинжала рас-
чистить себе дорогу и добраться до руля, направил корабль в бушующее мо-
ре. Кровь стекала с палубы, заваленной мертвыми и ранеными.
Лоулесс вложил кинжал в ножны и сказал своему ближайшему соседу:
- Я, кум, пометил своей печатью многих из этих трусливых псов.
Когда беглецы, спасая жизнь, прыгали на корабль, они даже не заметили
ударов кинжалом, которыми Лоулесс, стараясь пробраться к рубке, награж-
дал встречных. Но тут они не то вспомнили про эти удары, не то просто
расслышали слова, неосторожно произнесенные рулевым.
Охваченные паникой - войска приходят в себя не сразу; обычно люди,
запятнавшие себя трусостью, как бы для того, чтобы забыть о своем позо-
ре, бросаются в другую крайность и начинают бунтовать. Так случилось и
теперь. Те самые храбрецы, которые побросали свое оружие и которых за
ноги втащили на палубу "Доброй Надежды", теперь громко бранили своих
предводителей и непременно хотели кого-нибудь наказать.
Вся их злоба обрушилась на Лоулесса.
Чтобы не налететь на камни, старый бродяга направил нос "Доброй На-
дежды" в сторону открытого моря.
- Глядите! - заорал один из недовольных. - Он ведет нас в море!
- Верно! - крикнул другой. - Нас предали!
Все завопили хором, что их предали и, отчаянно ругаясь, потребовали,
чтобы Лоулесс повернул судно и доставил их тотчас на берег. Лоулесс,
стиснув зубы, продолжал вести "Добрую Надежду" по громадным волнам в
открытое море. Побуждаемый чувством собственного достоинства и поддержи-
ваемый еще не совсем выветрившимся хмелем, он отвечал презрительным мол-
чанием на пустые их страхи и малодушные угрозы. Недовольные собрались
возле мачты, петушились и для храбрости подзадоривали друг друга. Еще
минута, и они были бы готовы, позабыв стыд и совесть, совершить любую
гнусность. Дик начал было подниматься на палубу, чтобы навести порядок,
но его опередил один из разбойников, кое-что смысливший в морском деле.
- Ребята, - начал он, - у вас деревянные головы. Чтобы вернуться в
город, нам нужно сначала выйти в открытое море. И вот старый Лоулесс...
Договорить он не успел, - кто-то ударил его в зубы; это подействовало
на толпу трусов, как искра, упавшая в стог сена: все набросились на нес-
частного, опрокинули его и принялись топтать его ногами и колоть кинжа-
лами, покуда не прикончили. Тут уж Лоулесс не выдержал, - гнев его прор-
вался.
- Ведите корабль сами! - проревел он.
И, не заботясь о последствиях, оставил руль.
В это мгновение "Добрая Надежда" дрожала на гребне огромной волны. С
ужасающей быстротой слетела она в провал между волнами. Новая волна под-
нялась, нависнув над ней, как громадная черная стена; вздрогнув от могу-
чего удара, "Добрая Надежда" врезалась носом в эту гору соленой влаги.
|
