 |
 |
Черная стрела
Автор "Роберт Луис Стивенсон"
Размер 416477 Байт
Страница 29 из 34
|
 |
щили с седла, а коня его убили.
Неистовый, стремительный натиск отбросил защитников. Ланкастерцы, ка-
рабкаясь по телам своих павших товарищей, бурей ринулись вперед, прорва-
ли линию защитников, оттеснили их в сторону и с грохотом хлынули в пере-
улок, подобно потоку, прорвавшему плотину.
Но битва еще не кончилась. В узком проходе Дик и несколько его вои-
нов, оставшихся в живых, работали своими алебардами, как дровосеки, и
вскоре во всю ширину переулка образовалось новое, более высокое и надеж-
ное заграждение из павших бойцов и их лошадей с развороченным брюхом,
которые бились в предсмертной агонии.
Сбитый с толку этим новым препятствием, арьергард ланкастерской кава-
лерии дрогнул и отступил; и тут же на них хлынул из окон такой ураган
стрел, что их отступление больше походило на бегство.
А всадники, ускакавшие вперед, которым удалось пересечь баррикаду и
ворваться в переулок, домчались до дверей харчевни с шахматной вывеской;
встретив здесь грозного горбуна и все резервное войско йоркистов, они в
замешательстве и беспорядке кинулись назад.
Дик и его воины бросились на них. Выскочив из домов, на ланкастерцев
со свежими силами напали воины, еще не участвовавшие в рукопашном бою;
жестокий град стрел обрушился на беглецов, а Глостер уже догонял их с
тыла. Минуту спустя на улице не осталось ни одного живого ланкастерца.
И только тогда Дик поднял окровавленный, дымящийся меч и закричал
"ура".
Глостер слез с коня и осмотрел место боя. Лицо его было бледнее по-
лотна; но глаза сверкали словно чудесные драгоценные камни, и голос его,
когда он заговорил, звучал грубо и хрипло, возбужденный битвой и побе-
дой. Он взглянул на укрепление, к которому ни друг, ни враг не могли по-
дойти, - так неистово бились там кони в предсмертной агонии, - и вид
этой страшной бойни вызвал у него кривую усмешку.
- Прикончите лошадей, - сказал он, - чтобы не мешались... Ричард Шел-
тон, - прибавил он, - я доволен вами. Преклоните колено.
Ланкастерцы снова взялись за луки, и стрелы густым дождем сыпались в
улицу. Но герцог, не обращая на них ни малейшего внимания, вытащил свой
меч и тут же посвятил Дика в рыцари.
- А теперь, сэр Ричард, - продолжал он, - если вы увидите лорда Рай-
зингэма, немедленно пришлите мне гонца. Пришлите мне гонца даже в том
случае, если этот гонец - последний ваш воин. Я скорее потеряю свои по-
зиции, чем упущу случай встретиться с ним в бою... запомните вы все, -
прибавил он, возвысив голос. - Если граф Райзингэм падет не от моей ру-
ки, я буду считать эту победу поражением.
- Милорд герцог, - сказал один из его приближенных, - разве ваша ми-
лость еще не устали бесцельно подвергать свою драгоценную жизнь опаснос-
ти? Стоит ли нам здесь мешкать?
- Кэтсби, - ответил герцог, - исход битвы решается здесь. Все ос-
тальные стычки не имеют значения. Здесь мы должны победить. А что каса-
ется опасности, так будь вы безобразный горбун, которого даже дети драз-
нят на улице, вы дешевле ценили бы свою жизнь и охотно отдали бы ее за
час славы... Впрочем, если хотите, поедем и осмотрим другие позиции. Мой
тезка, сэр Ричард, будет удерживать эту залитую кровью улицу. На него мы
можем положиться... Но заметьте, сэр Ричард: не все еще кончено. Худшее
впереди. Не спите!
Он подошел прямо к молодому Шелтону, твердо заглянул ему в глаза и,
взяв его руку в свои, так сильно сжал ее, что у Дика чуть не брызнула
кровь из-под ногтей. Дик оробел под его взглядом. В глазах герцога он
прочел безумную отвагу и жестокость, и сердце его сжалось от страха за
будущее. Этот юный герцог действительно был храбрец, сражавшийся в пер-
вых рядах во время войны; но и после битв, в дни мира, в кругу преданных
людей, он, казалось, все так же будет сеять смерть.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
БИТВА ПРИ ШОРБИ (окончание)
Дик, снова предоставленный самому себе, огляделся. Стреляли реже, чем
раньше. Враг отступал повсюду; большая часть площади была уже совсем
пуста; снег местами превратился в оранжевую грязь, местами покрылся за-
пекшейся кровью; вся площадь была усеяна трупами людей и лошадей, и опе-
ренные стрелы торчали густо, точно щетина.
Потери Дика были огромны. Въезд в уличку и обломки баррикады были за-
валены убитыми и умирающими; перед битвой у него было сто человек, те-
перь у него не осталось и семидесяти, способных держать оружие.
Время, впрочем, было на его стороне. Каждую минуту могли прийти све-
жие подкрепления; и ланкастерцы, измученные своею отчаянной, но безус-
пешной атакой, не очень-то были настроены противостоять новому вторже-
нию.
В стене одного из крайних домов были солнечные часы, и при свете мо-
розного зимнего солнца они показывали десять часов утра.
Дик обернулся к стоявшему позади маленькому, невзрачному на вид
стрелку, который перевязывал себе руку.
- Славная была битва, - сказал он, - и, клянусь, им не захочется сно-
ва на нас нападать.
- Сэр, - сказал маленький стрелок, - вы хорошо сражались за Йоркский
дом и еще лучше за самого себя. Никогда еще ни одному человеку не удава-
лось за такой короткий срок приобрести расположение герцога. Просто чу-
деса, что он доверил такой пост человеку, которого совсем не знал. Но
берегите свою голову, сэр Ричард! Если вы будете побеждены, если вы отс-
тупите хоть на один шаг, вас ждет секира или веревка. Я приставлен сюда,
чтобы следить за вами, и мне поручено, если вы покажетесь мне подозри-
тельным, прикончить вас ударом в спину.
Дик с изумлением взглянул на маленького человечка.
- Тебе! - вскричал он. - Ударом в спину!
- Совершенно верно, - ответил стрелок, - и так как мне не нравится
такое поручение, я вам все рассказал. Вы должны быть осторожны, сэр Ри-
чард, иначе вам грозит опасность. О, наш Горбун - храбрый малый и слав-
ный воин, но любит, чтобы все в точности исполняли его приказания. Вся-
кого, кто не исполнит какого-нибудь его повеления, убивают.
- Святые угодники! - вскричал Ричард. - Неужели это правда? И неужели
люди идут за таким вождем?
- Идут с радостью, - ответил стрелок. - Он строго наказывает, но зато
и щедро награждает. Он не жалеет чужого пота и крови, но не щадит и се-
бя; в бою он всегда в первом ряду, спать он всегда ложится последним. Он
далеко пойдет, горбатый Дик Глостер!
Молодой рыцарь и раньше был смел и бдителен, а теперь стал еще храб-
рее и внимательнее. Он начал понимать, что внезапная любовь герцога нес-
ла в себе и опасность. Отвернувшись от стрелка, он еще раз тревожно ог-
лядел площадь. Она была по-прежнему пуста.
- Не нравится мне это спокойствие, - сказал он. - Вероятно, они гото-
вят нам какую-нибудь неожиданность.
Словно в ответ на его слова, к баррикаде снова начали подходить
стрелки, и снова густо посыпались стрелы. Но что-то нерешительное было в
этом нападении. Стрелки точно чего-то ожидали.
Дик беспокойно глядел по сторонам, стараясь догадаться, где же скрыта
опасность. И вдруг из окон и дверей маленького дома, стоявшего в центре
улицы, хлынул поток ланкастерских стрелков. Выскочив оттуда, они быстро
построились в ряды, натянули луки и стали осыпать стрелами отряд Дика с
тыла.
И сразу же те, которые нападали на Дика с рыночной площади, усилили
стрельбу и стали решительно подступать к баррикаде.
Дик вызвал из домов всех своих воинов, построил их, сказал им нес-
колько ободряющих слов, и отряд его стал отстреливаться, хотя неприя-
тельские стрелы теперь сыпались с двух сторон.
Между тем все в новых и новых домах открывались настежь два окна, и
оттуда с победоносными кликами выбегали и выскакивали все новые и новые
ланкастеры. И наконец в тылу у Дика стало почти столько же людей,
сколько их было впереди. Он увидел, что свою позицию ему не удержать;
мало того, даже если бы он ее удержал, позиция эта была теперь бесполез-
ной. Вся армия йоркистов очутилась в безнадежном положении, ей грозил
полный разгром.
Те, которые напали на Дика с тыла, представляли главную опасность, и
Дик, повернувшись, повел свой отряд на них. Атака его была так стреми-
тельна, что ланкастерские стрелки дрогнули, отступили и в конце концов,
смешав свои ряды, снова начали забиваться в дом, из которых только что
вылезли с таким победоносным видом.
Тем временем воины, нападавшие с рыночной площади, перелезли через
никем не защищаемую баррикаду, и Дику снова пришлось повернуться, чтобы
отогнать их.
Отвага его воинов опять одержала верх. Они очистили улицу от врагов и
торжествовали, но в это время из домов снова выскочили стрелки и в тре-
тий раз напали на них с тыла.
Йоркистов мало-помалу рассеивали во все стороны. Не раз Дик оказывал-
ся один среди врагов и вынужден был усиленно работать мечом, чтобы спас-
ти свою жизнь; не раз его ранили. А между тем битва на улице продолжа-
лась все еще без решительного исхода.
Внезапно Дик услыхал громкие звуки трубы; они доносились с окраин.
Повторяемый множеством ликующих голосов, к небу взлетел боевой клич йор-
кистов. Неприятель, дрогнув, бросился из переулка на рыночную площадь.
Кто-то громко крикнул: "Бежим!" Трубы гремели как безумные; одни из них
трубили сбор, другие призывали к наступлению. Было ясно, что ланкастер-
цам нанесен сильный удар и что они, во всяком случае на время, отброшены
и смяты.
Затем, словно в театре, разыгрался последний акт битвы при Шорби. Во-
ины, нападавшие на Дика, повернули, словно собаки, которых хозяин свист-
нул домой, и помчались с быстротой ветра. Им вдогонку через рыночную
площадь пронесся вихрь всадников; ланкастерцы, оборачиваясь, отбивались
мечами, а йоркисты кололи их копьями.
В самой гуще битвы Дик увидел Горбуна. Он уже в то время показывал
задатки той яростной храбрости и умения биться на поле брани, которые
многие годы спустя, в сражении при Босуорте, когда Ричард был уже запят-
нан преступлениями, чуть не решили исход битвы и судьбу английского
престола. Увертываясь от ударов, топча павших, рубя направо и налево, он
так искусно управлял своим могучим конем, так ловко защищался, такие
стремительные удары расточал врагам, что вскоре оказался далеко впереди
своих могучих рыцарей; окровавленным мечом пробивал он дорогу прямо к
лорду Райзингэму, собравшему вокруг себя самых храбрых ланкастерцев. Еще
мгновение - и они должны были встретиться: высокий, величественный,
прославленный воин и безобразный, болезненный юноша.
Тем не менее Шелтон не сомневался в исходе поединка; и когда на мгно-
вение поредели ряды, он увидел, что граф исчез, а Дик-Горбун, размахивая
мечом, снова гонит своего коня в самую гущу битвы.
Так, благодаря отваге Шелтона, удержавшего вход в улицу при первой
атаке, и благодаря тому, что подкрепление из семисот человек прибыло
вовремя, юноша, которому суждено было остаться в памяти потомства под
проклятым именем Ричарда III, выиграл свою первую значительную битву.
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
РАЗГРОМ ШОРБИ
Враги исчезли бесследно. Дик, с грустью оглядывая остатки своего доб-
лестного войска, стал подсчитывать, во что обошлась победа. Теперь, ког-
да опасность миновала, он чувствовал себя таким утомленным, больным и
разбитым, раны и ушибы его так ныли, бой так измучил его, что, казалось,
он уже ни к чему не был способен.
Но для отдыха время еще не пришло. Шорби был взят приступом, и, хотя
беззащитных жителей никак нельзя было обвинить в сопротивлении, было
очевидно, что свирепые воины будут не менее свирепы после окончания бит-
вы и что самое ужасное еще впереди. Ричард Глостер был не из тех вождей,
которые защищают горожан от своих разъяренных солдат; впрочем, даже если
бы он и захотел их защитить, еще вопрос - послушались ли бы его.
Вот почему Дик должен был во что бы то ни стало разыскать Джоанну и
взять ее под свою защиту. Он внимательно оглядел лица своих воинов. Выб-
рав троих, наиболее послушных и трезвых на вид, он отозвал их в сторону
и, пообещав щедро наградить и рассказать о них герцогу, повел их через
опустевшую рыночную площадь в отдаленную часть города.
Там и сям на улице происходили еще небольшие стычки; там и сям осаж-
дали какой-нибудь дом, и осажденные швыряли столы и стулья на головы
осаждающих. Снег был усеян оружием и трупами; впрочем, если не считать
участников этих маленьких стычек, улицы были пустынны; в одних домах
двери были распахнуты настежь, в других они были закрыты и забаррикади-
рованы. И только редко где из трубы тянулся дымок.
|
