 |
свое собственное дитя.
Я познакомился с миссис Дэвис и зашел посмотреть на ребенка. Это был
очень интересный мальчик. Черты его лица ничуть не напоминали отца.
Ребенок был поразительно похож на свою несчастную мать, и я сказал это
бабушке ребенка. В ответ на это старая леди сказала, что миссис Лири
совершенно другого мнения, чем я. Миссис Лири находит, что ребенок вылитый
портрет отца.
- Слава Богу! - сказал мистер Дэвис. - Я думаю, как и вы, что ребенок
нисколько не похож на своего преступного отца. Я счастлив, что черты лица
напоминают его мать - моего собственного несчастного ребенка. Может быть,
этот ребенок послан для утешения несчастным родителям, потерявшим свою
дорогую дочь!
Простившись со стариками и узнав от миссис Дэвис точный и подробный
адрес моей матери, я ушел.
21. ВСТРЕЧА СЫНА С МАТЕРЬЮ ПОСЛЕ ДОЛГОЙ РАЗЛУКИ
Я пошел по указанному адресу искать квартиру моей матери. Пройдя
несколько улиц, я подошел к дому, где над небольшим, но чистеньким
магазином была прибита вывеска: "Миссис Лири, моды и платья". Я находился
у квартиры моей матери, с которой столько лет не виделся. Необычайное
волнение охватило меня. Я подошел к дому и постучал в дверь.
Дверь открыла молодая девушка, лет девятнадцати.
Я никогда не узнал бы, кто это девушка, если бы не ожидал встретить
моих родных; девушка была очень красива, и я догадался, что это моя сестра
Марта.
Я решил пока не говорить кто я, и на вопросительный взгляд девушки
сказал, что мне необходимо повидаться по делу с миссис Лири. Молодая
девушка, не подозревая, кто посетитель, ввела меня в комнату и пошла за
матерью.
Через несколько минут ко мне вышла мать в сопровождении молодой
девушки! Она сильно постарела, но все черты лица ее были те самые, что с
любовью хранил я в своей памяти.
Невозможно описать те чувства, которые охватили меня при виде моей
несчастной матери. Боясь, что сильное волнение может оказаться вредным для
ее слабого здоровья, я решил не сразу говорить, кто я, а подготовить ее к
этому постепенно.
Я пытался говорить, но не мог. Язык не мог высказать тех чувств,
которые в эту минуту волновали меня.
Дважды вопрошала она, что мне нужно, но я не мог ничего сказать.
Наконец, когда вопрос прозвучал в третий раз, мне удалось вымолвить:
- Я пришел посмотреть на вас!
- Если ваше дело заключается только в этом, - сказала мать, - то
теперь, когда вы посмотрели на меня, можете уходить.
Я наслаждался звуками милого, дорогого для меня голоса, которого не
слышал столько лет.
Я с таким видом рассматривал свою мать и сестру, что это, наконец,
встревожило их.
- Вы слышите меня? - сказала мать. - Если у вас нет никакого дела, то
почему же вы не уходите?
Это было сказано суровым тоном, но я все еще продолжал молчать.
- Марта! - обратилась мать к моей сестре, - сходи и приведи
полисмена.
Молодая девушка пристально и внимательно всматривалась в мое лицо и
не торопилась исполнять приказание матери.
- Мама, - сказала она после продолжительного молчания, - мы где-то
видели этого молодого человека раньше. Я в этом уверена.
- Скажите мне, не жили ли вы прежде в Дублине? - спросила она,
обращаясь ко мне.
- Да, я там жил, когда был мальчиком.
- В таком случае, хотя я могу и ошибаться, но мне кажется, что я
видела вас именно там.
Мать тоже стала пристально рассматривать мое лицо; сильно волнуясь,
она подошла ко мне и спросила:
- Скажите мне, кто вы такой?
Я весь дрожал от волнения.
- Скажите мне, кто вы? Скажите мне как вас зовут! - повторила в
сильном волнении моя мать.
Больше я не мог сдерживаться и в ответ воскликнул:
- Я - Роллинг Стоун!
Последовала сцена, которую я не стану описывать...
Когда мы все несколько успокоились и привели свои чувства и мысли в
порядок, я спросил где мой брат Вильям.
- Я отдала его учеником в одну шорную мастерскую в Ливерпуле, -
ответила мне мать.
- Но где он теперь? - спросил я. - Ведь это было давно.
Моя мать заплакала. Марта ответила за нее:
- Вильям убежал от своего хозяина, и мы больше никогда ничего о нем
не слыхали.
Я спросил, делались ли какие-нибудь попытки его разыскать. Мне
ответили, что мать два или три раза писала мастеру и от него получила
известие, что он сделал все, чтобы разыскать своего бежавшего ученика, но
без всяких результатов. Вильям пропал без вести.
Мне показалось, что матери слишком тяжело говорить о Вильяме.
Вероятно, в ней подымалось тяжелое чувство при мысли, что она не взяла его
с собой, а оставила одного в Ливерпуле.
Я стал утешать ее; сказал, что заработал много денег, и что Вильям
или сам вернется к нам или мы его разыщем. Мы снова тогда заживем все
вместе счастливо, как в старое время.
Никогда я не чувствовал себя таким счастливым. Будущее представлялось
мне полных самых радужных надежд.
А самой дорогой для меня мечтой было - в ближайшем будущем разыскать
Леонору и соединиться с ней.
22. СУМАСШЕСТВИЕ И СМЕРТЬ МОЕЙ БЕДНОЙ МАТЕРИ
На следующий день я имел продолжительную беседу с матерью
относительно наших будущих планов. Я настаивал на том, чтобы немедленно
вернуться в Ливерпуль.
- Нет! Нет! - протестовала моя мать с жаром, чрезвычайно меня
удивившим. - Я не могу и думать об этом. Я должна ждать, возращения моего
мужа.
- Вашего мужа? - Ну да, мистера Лири. Он уехал в Калифорнию, у меня
большая уверенность, что он скоро вернется назад. - И это после всего
того, что рассказывали вы сами о нем, - сказал я, - после того, как он вас
бросил?
- Он всегда был ласков со мною, - отвечала она, - очень ласков. Он
уехал за золотом в Калифорнию. Там, я в этом не сомневаюсь, он много
добудет и вернется обратно с большими деньгами.
- Но вы только что сказали мне, что он вас бросил. Где же его
нежность к вам?
- Это правда, он оставил меня, но дела наши были очень плохи и он
ничем не мог бы помочь нам. Я не сомневаюсь, что, оставляя меня, он очень
горевал.
- Но ведь в Калифорнию он бежал с другой женщиной. Это правда?
- Он уехал в Калифорнию, - ответила моя безумная мать, - и я
подозреваю, что мисс Дэвис уехала с ним. Только я обвиняю ее больше, чем
его. Я не хочу дурно говорить о ней, тем более, что я слышала, что она
умерла; бедная девочка!
- Зная, что он дважды бросал вас и убегал от вас, вы все-таки
думаете, что он вернется к вам опять?
- Потому как я знаю, что он меня любит! Он всегда обращался со мною с
такою нежностью и любовью! Женщина, которая убежала с ним, теперь не может
уже удерживать его, и я знаю, что он вернется назад ко мне.
- Моя бедная, несчастная, безумная мать!
Я эти слова произнес тихо, она их не слышала.
- Теперь, кстати, - продолжала она, - открыли золото в Австралии.
Значит, не надо ездить за золотом за океан. Много диггеров вернулось
обратно домой. Многие собираются вернуться. Я уверена, что вместе с ними
скоро вернется и мистер Лири. Это правда, он сделал маленькую ошибку для
своих лет, но он в этом не так виноват. Он вернется к своей жене, и мы
будем еще счастливее, чем раньше.
- Мать! Я вижу, что вы отказываетесь ехать со мною в Англию?
- Роланд, мой сын, - сказала она нежным и ласковым голосом, с
глубоким волнением, - как ты можешь убеждать меня уехать отсюда, когда я
каждый день ожидаю возвращения своего мужа? Подожди немного, пока он
приедет, и тогда мы все вместе поедем в Англию.
Разубеждать ее дальше было бы безумием. На нее не действовали никакие
резоны, никакие факты. Она слепо верила в мистера Лири. Сообщить же ей о
печальном конце последнего я не решился.
Марта рассказала мне много про безумную любовь матери к мистеру Лири.
Для него она готова была пожертвовать своей жизнью и даже счастьем своих
детей. Когда она отыскала Лири в Сиднее, тот согласился жить с нею, когда
узнал, что у нее есть деньги, вырученные от продажи дома. Он оставался до
тех пор, пока не пропил все эти деньги до последнего шиллинга.
- Сколько дней нам приходилось сидеть впроголодь, - говорила Марта, -
потому только, что нужно было беречь деньги для мистера Лири! О! Я
надеюсь, что мы никогда больше не увидим его.
- Вы никогда больше не увидите его, - сказал я, - он ушел туда, куда
наша бедная мать не может больше следовать за ним: он умер. Марта была
здоровой, непосредственной натурой. Услышав это известие, она воскликнула:
- Вот слава-то Богу! Нет! Нет! - продолжала она, как бы раскаиваясь в
том, что сказала. - Я думала сказать не это; только, если он умер, то это
будет хорошо для матери: он уже не будет больше мучить ее. Я рассказал
сестре подробно все о смерти мистера Лири. Она согласилась, что если
рассказать все это матери, то ее бедный ум не выдержит такого потрясения.
- Я никогда не слыхивала, - сказала Марта, - чтобы какая-нибудь
женщина в мире любила человека так, как наша мать любит мистера Лири. Я
убеждена, Роланд, что ее убьет то, что ты передал мне о смерти Лири, если
она об этом узнает.
Тогда мы с сестрою решили постепенно подготавливать мать к известию о
том, что Лири нет больше на свете. Конечно же, то, какой смертью он умер,
мы решили от нее скрыть. Но увы! Случилась непредвиденная вещь, которая
полностью разбила все наши планы.
В "Сиднейской газете", которую ежедневно читала мать, появилась
корреспонденция из Калифорнии, где обстоятельно описывался суд над Лири, а
затем его казнь. Эту корреспонденцию прочитала мать. Бедный ее рассудок не
выдержал: она сошла с ума. Организм ее тоже был совершенно расшатан. Она
недолго прохворала, и через несколько дней умерла.
Ее смерть, помимо глубокого горя, навела меня на мрачные мысли. Я
вспомнил о печальном конце Ричарда Гайнена. Мой старый друг Бурный Джек
также погиб жестокой смертью вскоре после нашей встречи. А теперь, после
того, как я нашел мою бедную мать, я потерял навсегда и ее... Как это все
странно и как это тяжело.
23. ИЗВЕСТИЯ О ЛЕОНОРЕ
Похоронив мать, мы с Мартой стали рассуждать о том, как быть дальше.
Я желал вернуться в Ливерпуль и, конечно, взять с собой мою сестру. Я
предполагал сделать это в самом непродолжительном времени.
- Я очень огорчена, что тебе не нравится в Австралии, - сказала мне
Марта. - Я уверена, что если ты поживешь здесь немного подольше, то сам не
захочешь уехать.
- Не думай этого, - ответил я, - я приехал сюда только с намерением
разыскать вас и затем отправиться на родину. Теперь нас больше ничего не
удерживает.
- Роланд, милый брат, - сказала Марта и заплакала. - Зачем ты хочешь
бросить меня?
- Я вовсе не желаю бросать тебя, Марта, - сказал я. - Напротив я
желаю уехать вместе с тобой. Я теперь не бездомный авантюрист. Если бы я
не мог устроиться более или менее прилично и доставить тебе безбедное
существование, я не предлагал бы тебе ехать со мною.
- Роланд, Роланд, - воскликнула она, - не оставляй меня. Ты, может
быть, единственный близкий мне человек на всем свете. Ты не оставишь меня!
|
BIGLIB
