 |
 |
Белый вождь
Автор "Томас Майн Рид"
Размер 636681 Байт
Страница 39 из 57
|
 |
Взведя курок пистолета, Карлос ринулся к калитке. С другой
стороны тоже приближался человек. Они встретились лицом к лицу.
Их разделяла лишь калитка. И тут Карлос увидел, что противник
его - сам Робладо!
Ни один не проронил ни слова. Робладо тоже держал пистолет
наготове и выстрелил первым, но промахнулся. Поняв это и
страшась пули противника, он попятился и крикнул солдатам,
чтобы стреляли из карабинов.
Однако прежде чем они успели выполнить приказ, раздался
выстрел: охотник разрядил свой пистолет, и Робладо, испустив
громкое проклятие, покатился к берегу. Карлос распахнул калитку
и хотел броситься вперед, но сквозь дым и мрак разглядел
направленные на него дула карабинов. Тут его осенило: нет,
бежать через мост нельзя! И он привел в исполнение новую мысль,
хотя за это время солдаты едва успели нажать курки карабинов.
Блеснул свет, раздался треск, а когда дым рассеялся,
Карлоса уже не было на мосту. Неужели он вернулся в сад? Но
нет, несколько солдат уже отрезали ему отступление в ту
сторону.
- Он убит! - раздались крики. - Черт побери! Он свалился в
воду. Смотрите!
Все взгляды обратились на реку. Конечно, туда упал человек
- об этом свидетельствовали пузырьки и расходившиеся по воде
круги, но больше ничего не было видно.
- Он утонул! Он пошел ко дну! - кричали солдаты.
- Смотрите, как бы он не уплыл! - сказал кто-то.
По берегам забегали люди, пристально вглядываясь в воду.
- Не может быть! Не видно ни всплеска!
- Здесь он не мог улизнуть, - сказал солдат, стоявший
немного пониже моста. - Я все время глядел на воду.
- И я тоже! - закричал другой, стоявший выше. - Мимо меня
он не проплывал.
- Значит, он убит и лежит на дне!
- Давайте выудим его!
Но Робладо, который уже поднялся - он увидел, что
отделался всего лишь раной в руку, - помешал им выполнить это
намерение.
- Рассыпаться по берегу! - прогремел он. - В обе стороны!
Скорей, а не то он ускользнет! Торопитесь!
Все бросились выполнять приказ, как вдруг солдаты,
двинувшиеся вниз по течению, остановились, изумленные. В сотне
ярдов от них, согнувшись, взбирался вверх по крутому берегу
человек. Еще секунда - он выпрямился и с быстротой молнии
помчался через луг к роще.
- Держи! - раздались крики. - Вот он! Святые угодники, он
и есть!
В трескотне ружейных выстрелов послышался пронзительный
свист. Прежде чем верховые успели тронуться, из рощи навстречу
бегущему вылетел конь. Человек мгновенно прыгнул в седло,
громко, презрительно рассмеялся и ускакал в темноту.
Почти все уланы вскочили на лошадей и во весь опор
понеслись за ним; но после недолгой скачки по долине они
отказались от погони и возвратились к своему раненому
командиру.
Сказать, что Робладо был взбешен, значило бы ничего не
сказать: его состояние трудно передать словами. Но ведь
осталась другая жертва, и на нее он мог излить свою досаду и
злобу.
Каталину захватили в саду, когда она молилась о спасении
любимого человека. Ее оставили на попечении Хосе, остальные
солдаты бросились на помощь преследователям Карлоса. Хосе
хорошо знал охотника и, не отличаясь храбростью, вовсе не
стремился участвовать в погоне.
Каталина слышала выстрелы и крики и поняла, что борьба
отчаянная. Слышала она и резкий свист и презрительный смех,
заглушивший все остальные звуки. И слышала, как замерли вдали
крики преследователей.
Сердце ее радостно забилось. Она знала, что Карлос на
свободе.
Теперь, только теперь она подумала и о себе. Она тоже
замыслила бежать. Она знала, что ей предстоит выслушивать
оскорбительные насмешки мерзкого начальника этих негодяев. Что
делать, как избежать встречи с ним? Разве только, если
уговорить Хосе! Она знала подлый нрав этого человека. Не
соблазнится ли он золотом? Надо попытаться. И попытка
увенчалась успехом. Против большой суммы негодяй не устоял. Он
сообразил, что его не слишком сурово накажут, если он и упустит
пленницу, которую можно в любой момент опять захватить. За
такие деньги он рискнет навлечь на себя недовольство капитана.
К тому же у капитана есть причины быть к нему снисходительным.
Итак, деньги уплачены, и сеньорите позволено уйти.
Чтобы создать видимость побега, Хосе попросил ее запереть
изнутри дверь своей комнаты; она выполнила это в точности.
Едва Робладо перешел мост, его встретил Хосе и, запинаясь,
с трудом переводя дыхание, сообщил, что прекрасная пленница
скрылась в доме. Она выскользнула и убежала. Будь это
обыкновенная пленница, он, конечно, пристрелил бы ее. А догнал
он ее, когда она уже входила в комнату, и она заперла дверь
перед самым его носом!
В первую минуту разъяренный Робладо хотел было взять дом
приступом. Однако он одумался: это, пожалуй, покажется смешным.
Да и толку будет немного. Ретироваться с поля сражения
побуждала его и боль в раненой руке.
Снова перешел он мост, сел с помощью солдат на коня и,
собрав свое доблестное войско, двинулся обратно в крепость,
предоставив разбуженному городу гадать о причинах переполоха.
Глава XLVIII
На следующее утро весь город только и говорил что о ночном
происшествии. Сперва предполагалось, что индейцы совершили
набег и солдаты, как всегда их отбили. Что за доблестные
защитники народа!
Потом пронесся слух, что захватили Карлоса-убийцу, а в
перестрелке убили капитана Робладо. Но вскоре оказалось, что
Карлос не пойман - его только ловили и чуть-чуть не поймали.
Робладо дрался с ним один на один, ранил его, но преступник в
темноте ускользнул, бросившись в реку. Он прострелил капитану
руку, вот почему капитан не взял его в плен.
Слух этот шел из самой крепости и был близок к истине. А о
ранении Карлоса присочинили, чтобы придать немного блеска
поведению Робладо; но потом стало известно, что охотник на
бизонов скрылся, не получив ни единой царапинки.
Люди не переставали удивляться: как же это преступник
отважился подойти к городу, зная, что за его голову назначена
награда? Уж наверно, у него была на это важная причина. Скоро
стала известна и она - вся история выплыла наружу. То-то настал
праздник для сплетников! Каталина давно была признана первой
красавицей Сан-Ильдефонсо, а теперь завистливые женщины и
ревнивые мужчины могли смотреть на нее свысока. Ее репутация
сильно пострадала. То, что сделала она, хуже, чем неравный
брак. Местная аристократия была возмущена тем, что Каталина
унизила себя близостью с бедняком, чуть ли не нищим, а
городская беднота, до фанатизма религиозная, осуждала ее за
дружбу с "убийцей" и, что еще хуже, с "еретиком".
Случай этот вызвал необычайное волнение. Цена за голову
охотника поднималась, как акции на бирже. В Доме капитула
собрались на совет члены городского управления и местные тузы.
Было вывешено новое объявление. Теперь за поимку Карлоса
предлагалась еще большая сумма, и, кроме того, всякому, кто
снабдит его съестными припасами или окажет ему содействие,
грозили суровой карой. А тот из граждан, кому вздумалось бы
приютить охотника на бизонов под своей крышей, не только
понесет положенное наказание, но и все его имущество будет
конфисковано.
Не осталась в стороне и церковь. Святые отцы пугали гневом
господним и грозили отлучением всякому, кто помешает вершить
правосудие над еретиком-убийцей.
Вот в каком положении оказался беглец. К счастью, Карлос
умел обойтись и без крыши над головой. Он был как дома и в
просторах пустынной прерии и в скалистых ущельях в горах, где
враги его умерли бы с голоду; да они и не посмели бы
отправиться туда за ним. Если бы ему пришлось искать пищи и
крова у жителей Сан-Ильдефонсо, на него, конечно, донесли бы и
предали бы его. Но охотник так же мало нуждался в них, как
дикие обитатели прерии. Ему могла служит постелью и зеленая
лужайка и голая скала, а раздобыть себе пищу он мог даже на
бесплодной Льяно Эстакадо, и там ему не страшна была целая
армия преследователей.
Дон Амбросио не принял участия в совете. Горе и гнев
удержали его дома. Между ним и дочерью произошла бурная сцена.
Отныне ее будут неотступно сторожить, будут держать в доме
отца, как пленницу,
- наказание научит ее смирению!
Невозможно описать, что чувствовали Робладо и комендант.
Их душила бешеная злоба. Они едва не обезумели от
разочарования, унижения, физических и душевных страданий. Весь
день они не выходили из дому и только и делали, что замышляли и
прикидывали, как бы вернее изловить своего заклятого врага.
Робладо столь же страстно желал добиться успеха, как и
Вискарра. У обоих было достаточно оснований ненавидеть Карлоса,
и оба ненавидели его всем своим существом.
Робладо больше всего терзался из-за того, что ему не
удастся самому участвовать в погоне, может быть, в течение
нескольких недель. Хотя рана его не была опасна, ему
приходилось держать руку на перевязи, и он не мог управлять
лошадью. Теперь стратегические планы его и коменданта будет
выполнять кто-нибудь другой, не столь заинтересованный в поимке
преступника, как они сами. Хорошо еще, что из СантаФе, из
штаб-квартиры, прислали друх лейтенантов, а не то гарнизон на
время и вовсе остался бы без офицеров. Но ни один из новичков -
ни Яньес, ни Ортига - не был способен поймать охотника на
бизонов. Им нельзя было отказать в храбрости, Ортиге во всяком
случае, но оба они совсем недавно приехали из Испании и не
знали еще, как живут и воюют здесь, на границе.
Солдаты с готовностью преследовали преступника и проявляли
примерное рвение. Они стремились его поймать, рассчитывая на
обещанную большую награду, и всякий раз охотно шли в разведку.
Однако напасть на Карлоса отважился бы только многочисленный
отряд. В одиночку или вдвоем никто, не исключая хваленого
Гомеса, не осмелился бы подойти к нему на расстояние выстрела,
тем более сойтись с охотником лицом к лицу и попытаться
схватить его.
Многие на собственном опыте убедились в беспримерной
храбрости Карлоса, другие слышали сильно приукрашенные рассказы
о ней, и в гарнизоне его так боялись, что одно лишь появление
Карлоса обратило бы в бегство целый отряд.
Охотник на бизонов и в самом деле был ловок, силен и
бесстрашен, а богатое воображение местных жителей еще и
преувеличивало эти его качества. Мало того: и солдаты и мирные
жители прониклись уверенностью, что Карлос заколдован, а потому
неуязвим; ведь ему покровительствует его мать-колдунья - иными
словами, ему покровительствует сам дьявол! Многие утверждали,
что его не берет ни пуля, ни стрела, ни сабля, и те, кто
разрядил в него карабин во время схватки на мосту, вполне этому
верили. Любой из них готов был поклясться, что попал в Карлоса
и непременно убил бы его, не будь он под защитой нечистой силы.
Удивительные россказни распространялись среди солдат и
жителей долины. Карлос появлялся то здесь, то там, и всегда
верхом на своем черном, как уголь, коне ( конь тоже слыл
|
