 |
"вчувствоваться" в настроения тех народов, среди которых евреи предпочли
остаться жить, пользуясь всеми правами и принимая самое активное участие во
всех отраслях их жизни, не исключая и внешней политики тех государств, по
паспортам которых они живут, оставаясь сионистами или "зарубежными
израильтянами" по выражению бывшего министра Франции -- Майера. Ведь
интересы государства Израиль далеко не всегда совпадают с интересами
государств, в которых пребывают евреи, как равноправные граждане.
До создания государства Израиль этот вопрос, вопрос "двойного подданства" и
лояльности по отношению к государству своего пребывания не мог быть
поставлен. Совсем иначе обстоит дело теперь, после 1947 года. Оправданно и
уместно будет, если государство поставит вопрос о возможном комплексе
"двойного подданства" у своих граждан еврейского племени. И предпочтет,
чтобы те отрасли жизни государства, которые требуют стопроцентной
лояльности, руководились и представлялись теми его гражданами, в
патриотизме и лояльности которых нет сомнения.
После 1947 года в СССР это обстоятельство учли и, не желая своих граждан --
евреев ставить в неловкое положение, весьма деликатно, без всяких судов и
процессов, попросту отстранили их от участия в делах связанных с внешней
политикой и обороной государства. Разве это не разумно и не гуманно?
Особенно именно теперь, когда действия Израиля привлекают внимание всего
мира и трудно найти им оправдание с точки зрения общечеловеческой морали и
в рамках миропонимания и правосознания современного человечества.
Называть эти разумные и оправданные мероприятия "преследованием" евреев,
как об этом пишет мировая печать, значит или полное непонимание
происходящего или же просто нежелание понимать и извращение истины.
Тем более сами евреи, создавши свое национальное государство не допустили
ни одного нееврея ни в свой дипломатический корпус, ни в генеральный штаб,
ни в министерство обороны. А в границах государства Израиль, как известно,
не мало есть и граждан неевреев. Почему бы не назначить куда нибудь послом
Израиля, проживающего там и ничем не проявившего своей нелояльности
араба?... Или, хоть и еврея по племени, но христианина по религии?... Ведь
есть и такие.
Но эта возможность в государстве Израиль, называющем себя "демократическим"
совершенно немыслима и вряд ли кто решится даже говорить вслух об этом.
Как же можно тогда возмущаться мероприятиями СССР и называть их
"преследованием евреев"?
Обо всем этом следует крепко подумать всем тем, кто бросает обвинения
русскому народу в "антисемитизме" и дискриминации своих граждан -- евреев.
Не вызовут ли подобного рода обвинения нечто совсем обратное тому, к чему
стремятся обвинители? Не пробудит ли эта пропаганда обостренную
национальную бдительность не только в населении СССР, но и в других
государствах всего мира?... Ю. Марголин назвал мою книгу "погромной", надо
полагать, надеясь этим ее дисквалифицировать, но не потрудился даже
попытаться опровергнуть, приведенные в книге данные о деятельности в России
его единоплеменников в первые 30 лет Советской власти, когда евреи
заполняли все ключевые позиции жизни страны. Не была ли эта деятельность
погромом и разгромом национальных и культурных ценностей великой страны и
уничтожением ее культурной элиты?
Русский народ -- жертва этого погрома и разгрома -- и не забудет его
никогда, как не забыли евреи Амана, который только замышлял зло против
сынов Израиля, но не успел его осуществить.
И не русский народ следовало бы Ю. Марголину обвинять, а своих
единоплеменников, которые своими действиями породили антиеврейские
настроения и чувства среди многоплеменного населения России-СССР. И от них
отмежеваться.
Каяться за содеянное и благодарить за спасение -- вот чем следовало бы
заняться всем евреям вообще, а Ю. Марголину, в частности, вместо обвинений
того народа, которому мировое еврейство обязано своим спасением во время
последней войны.
Это было бы и справедливо, учитывая удельный вес и престиж СССР вообще во
всем мире, а в арабских странах, в особенности.
Единственный в Европе "союзник" Израиля -- Западная Германия не может
считаться союзником надежным, на которого можно полагаться. Не так давно
немцы были союзником Сталина. И, если они сочтут для себя выгодным, легко
могут свои симпатии с Израиля перенести на СССР и на арабский мир.
Надежным и верным своим союзником Израиль может считать только США --
других союзников во всем мире у Израиля нет. Но и этот союзник далеко уже
не всемогущ, каким он казался в первые послевоенные годы. События во
Вьетнаме продемонстрировали перед всем миром, что и США, несмотря на все
желание, далеко не всегда могут это желаемое осуществить.
Обращая внимание Ю. Марголина на все вышеизложенное, в моем отклике на его
статью "Хабура!" считаю своим долгом выразить мое удовлетворение, что г.
Марголин не обругал меня, как это он сделал в ответ на высказывания Сартра,
Тойнби и Де Голя.
Что же касается квалификации моей книги, как "погромной" -- не обижаюсь и
за это, а объясняю повышенной расово-религиозной чувствительностью автора,
лишающей его способности быть объективным в вопросах, касающихся его
племени. Многочисленные читатели мой исторический очерк назвали
"правдивым".
Андрей Дикий
МЫСЛИ ВСЛУХ
М. Гольдштейн
ПО ПОВОДУ КНИГИ АНДРЕЯ ДИКОГО "ЕВРЕИ Б РОССИИ И В СССР"
Современный антисемитизм перерос рамки внутренней жизни отдельно взятой
страны. Юдофобство стало грозным политическим орудием в руках агрессоров и
завоевателей. Шестидневная война израильского народа сорвала маски
политических авантюристов и эти волки уже не могут спрятаться за овечью
шнурку.
Мир разделился на людей, симпатизирующих еврейскому народу, и на
стремящихся уничтожить еврейский народ. Ныне -- антисемитизм стал
"привилегией" советских коммунистов и их арабских марионеток. Этот
антисемитизм достался "высокоидейным" советским коммунистам по наследству
от самого Адольфа Гитлера.
Я знаю великолепную книгу С. Шварца о жизни евреев в СССР, где показаны
глубоко правдивые документы о трагической судьбе евреев в СССР. Книга
издана в Америке. Автору не были доступны многие документы. Но то, что он
сумел собрать, является свидетельством о подлинной сути советского
коммунизма, построившего позорное для нашего времени рабовладельческое
государство.
Я недавно нахожусь в эмиграции, лишь около года. Еще живы мои страшные
воспоминания о советском антисемитизме. Когда А. Н. Косыгин заявляет на
пресс-конференции в США, что в СССР нет никакого старого и никакого нового
антисемитизма, невольно хочется сказать: он прав, есть лишь постоянный
государственный антисемитизм.
Зачем мне ссылаться на заявления других лиц. Я сам видел все своими
глазами. Я многое испытал на самом себе. Я потерял множество замечательных
друзей, вина которых состояла лишь в том, что они были лицами еврейской
национальности.
Нет оправдания убийцам гениального артиста С. Михоэлса, замечательных
еврейских писателей. Да и сами убийцы не находят слов для оправданий. Они
пускаются на явную ложь и стараются неоднократно доказать, что "слухи" об
убийстве еврейских писателей "сплошная выдумка капиталистической
пропаганды" и даже бесстыдно врали, что Ицик Фефер, Перец Маркиш и убитые
вместе с ними "живы и здоровы". Не всегда ложь коммунистов бывает гладкой.
Думаю, что книга С. Шварца была горькой пилюлей для советских
коммунистических фашистов.
Когда я встретил объявление о новой книге А. Дикого "Евреи в России и в
СССР", мне захотелось с ней познакомиться. Я читал мало эмигрантской
литературы на русском языке и каждая книга вызывает вполне оправданный
интерес.
Мне удалось достать книгу Андрея Дикого. Читаю. Автор сообщает, что книга
его напечатана в ограниченном количестве экземпляров. Но этих ограниченных
экземпляров, по моему мнению, оказалось более, чем достаточно. Но суть,
конечно, не в количестве экземпляров, а в их качестве в их политическом
направлении.
Андрей Дикий пишет: "В предвидении возможности второго издания этой книги,
которая благодаря отсутствию средств печатается в ограниченном числе
экземпляров, а также и возможности ее перевода (полного или сокращенного)
на иностранные языки, обращаюсь с просьбой к читателям прислать мне свои
мнения о содержании и изложении книги, а также пожелания, что бы следовало
в возможном втором издании дополнить, изменить, выпустить или уточнить.
Думал я написать автору свое личное мнение. Но решил его высказать в
открытом письме. Если я не прав, пусть меня поправят. Приму справедливые
поправки с великой благодарностью.
Каждый волен думать по своему усмотрению. Как говорится -- "на вкус и цвет
товарища нет". Но вместо вкуса бывает странный политический привкус. И о
нем хочется поспорить. Когда этот политический привкус выходит в большом
количестве экземпляров, это особенно тревожно.
Андрей Дикий утверждает, что "весь некоммунистический мир полностью
находится во власти пропаганды о "русском антисемитизме" и о "геноциде"
евреев в СССР" (стр. 313). Кто же ведет эту пропаганду? Автор не решается
прямо сказать. Думайте, что хотите. Почему Дикому потребовалось сомневаться
в геноциде (да еще беря это слово в кавычки) в СССР? На каком основании он
делает такой вывод? Кого он стремится обелить и спасти от позора?
На стр. 317 Андрей Дикий слишком самоуверенно утверждает: "Неужели вся
эмиграция, отлично понимающая и знающая, что никакого "антисемитизма" в
России-СССР нет, не может мужественно и открыто выступить против этого
навета?"
Я лишь недавно стал эмигрантом, но я бы не рискнул выступить с таким
категорическим заявлением. Более того, я абсолютно не согласен с тем
мнением, что "вся эмиграция отлично понимает и знает, что никакого
"антисемитизма" в России-СССР нет". Интересно, откуда это знает сам Дикий?
Из каких источников?
Может быть Дикий разъяснит, чем же руководствовались советские коммунисты,
когда, совершили зверское убийство артиста Михоэлса? Почему были
переполнены советские тюрьмы еврейской интеллигенцией? Почему давным давно
была так трусливо и позорно закрыта газета "Эйникайт"? Кстати, цитируя
высказывание редактора московской еврейской газеты "Эйникайт" С.
Рабиновича, Андрей Дикий ставит дату: Москва, 1966. Но почему же не
указывает Дикий, что "Эйникайт" уже давно закрыта? Да и откуда получил
Дикий эту цитату в 1966 году?
Андрей Дикий с пеной у рта доказывает, что "никаких "гонений" на евреев в
СССР не произошло" (стр. 323). Такое утверждение, вероятно, постеснялись бы
напечатать даже в бесстыдной советской прессе. Достаточно вспомнить дело
врачей, ограничения в приеме на работу, недопущение евреев в учебные
заведения. Это знает каждый советский ребенок.
Дикий еще берется утверждать, что "никогда за все время своего рассеяния,
ни в одном государстве делу развития еврейской культуры, а отнюдь не ее
подавления или преследования, как часто пишут недобросовестные
исследователи положения еврейской культуры в СССР" (стр. 291) не уделялось
такого внимания.
Есть такое выражение: "Москва слезам не верит". Особенно не верят
крокодиловым слезам. Я жил много лет в Москве. И я хотел бы, чтобы господин
Дикий (или товарищ Дикий -- как принято называть в Москве) привел факты. Но
он их не приводит. Живя в Америке, не трудно убедиться в том, что там
действительно существуют условия для развития еврейской культуры. В Америке
издается множество литературы на еврейском языке, собирается фольклор
еврейского народа, исследуются памятники еврейской материальной культуры.
Как же господин (или товарищ) Дикий, живя в Америке этого не замечает? Он
не замечает, что европейские культурные организации существуют во многих
некоммунистических странах. Да и не хочет замечать. А вот в СССР ему
"удалось заметить". Что же Дикий называет развитием еврейской культуры в
СССР? Быть может закрытие еврейского театра в Москве и в других городах?
Быть может неумение евреев в СССР разговаривать на своем родном языке?
Да и сам Дикий не прочь "пооткровенничать" по поводу еврейской культуры и
причисляет Шолом-Алейхема, Бялика и других еврейских писателей к числу
третьеразрядных. (см. стр. 142). Недовольно приходится удивляться высокой
оценке русского писателя Максима Горького в отношении Шолом-Алейхема. И еще
более удивительно, что в СССР решили издать собрание сочинений
Шолом-Алейхема на русском языке. Жаль, что не посоветовались с Андреем
Диким.
* * *
Когда говорят об антисемитизме в СССР, Андрей Дикий это рассматривает как
навет на русский народ. Но часто сам же себе противоречит, ссылаясь на то,
что существует в СССР антиеврейские настроения среди населения и поэтому
правительство СССР вынуждено было "их учитывать".
Я долго жил в СССР, почти полвека. Я хорошо знаю подлинные настроения
различных кругов населения. И со всей откровенностью я берусь утверждать,
|
BIGLIB
