 |
преступлениях. В основном страдали невинные. Террор свирепствовал четыре
года.
Развязывая террор, Сталин руководствовался не жестокостью или жаждой
власти, а исходил из убеждения,
что существующая или потенциальная оппозиция должна быть вырвана с корнем и
уничтожена. Необходимо было обеспечить монолитное единство партии, которая
под его руководством могла решать любые задачи и вести Россию к социализму.
Его мысли были сосредоточены только на этих целях. Одновременно у него
росла шизофреническая убежденность в своей роли вождя, человека истории,
которому судьбой предназначено выполнить поставленные цели.
Изучение истории тоже оказало воздействие на решение Сталина развязать
кампанию террора. Он очень много читал, знал историю России, в частности
периоды правления Ивана Грозного и Петра Великого. Царь Иван известен
своими жестокими методами владычества и опричниками, которые представляли
его службу безопасности.
Самодержцы Иван Грозный и Петр Великий были предтечи, с которых Сталин
брал пример. Они являлись частью русской традиции. Еще Ленин последовал их
примеру, развязав красный террор, построив исправительно-трудовые лагеря,
потребовав жестокого подавления всех оппозиционных групп. Иван и Петр всю
свою энергию употребили на преобразование России в сильное, передовое
государство и без всяких сомнений жестоко применяли власть. Но происходило
это во времена феодализма, а Сталин творил подобные деяния в двадцатом
веке. Петр создал легкую и тяжелую промышленность в России, сделал первые
шаги по организации эффективного административного руководства, провел
общеобразовательные и социальные реформы. Сталин проводил подобную, но с
более широкими целями революцию в жизни России. И в то же время разделял
убеждение Петра в том, что людей необходимо тянуть в новую эпоху. Если же
их оставить в покое, они будут жить в соответствии со старыми традициями и
укладом.
Иван Грозный - первый русский царь, боровшийся за установление абсолютной
власти самодержца и создание сильной России, был очень близок по духу
Сталину. Царь Иван был окружен заговорщиками и предателями: княжескими
семьями и боярами. Чтобы уничтожить своих врагов, он прибегал к террору. Этот пример вдохновлял Сталина на
беспощадную борьбу с оппозицией.
Подогревая в себе навязчивую идею, что его великому проекту грозят
опасности, он видел врагов и в своем окружении. Он уже верил в то, что
люди, не поддержавшие его и критикующие его политику, - союзники
империализма и потенциальные разрушители новой Советской России. Троцкий
для него являлся таким же злейшим врагом, как Курбский для царя Ивана.
Троцкий был интернационалистом и космополитом и, хотя жил на маленьком
острове Принкипо, представлял реальную угрозу.
Сталин с подозрением относился и к видным членам партии - старым
большевикам, среди которых было много сторонников Троцкого. Многие из них
не приняли методов, используемых Сталиным для выполнения первого
пятилетнего плана. Но у них не было собственной программы, и они
поддерживали сталинскую линию. Они не представляли непосредственной угрозы.
Кроме того, они боялись Сталина. Но влияние, которое они оказывали на
молодых, было велико, и Сталин относился к ним с подозрением.
Убийство Кирова вынудило его действовать. Он не мог терпеть членов
партии, которые активно или пассивно боролись против него. Их надо было
ликвидировать. А на их место придут молодые образованные люди нового
поколения, до конца преданные ему.
Николаева и тринадцать его "сообщников" расстреляли. Более сотни людей,
арестованных после убийства Кирова, были обвинены в контрреволюционных
действиях, в терроризме и расстреляны. В первые месяцы 1935 года несколько
тысяч ленинградцев были арестованы по подозрению в симпатиях к оппозиции и
высланы в Сибирь. Зиновьев, Каменев и их сторонники были обвинены в
покушении на жизнь Сталина. Несколько человек расстреляли; Зиновьева и
Каменева приговорили к тюремному заключению. Но это было только началом
периода террора и "великой чистки".
В мае 1935 года ЦК дал указание провести сверку документов членов партии.
За три года более полутора миллионов членов и кандидатов в члены партии
были изгнаны из нее. Это автоматически приводило к многочисленным арестам и расстрелам.
Вместо Кагановича комиссию партконтроля возглавил Ежов. Его именем назван
самый страшный период террора - "ежовщина".
Каганович показал себя хорошим организатором, человеком, который может
добиться результатов; об этом свидетельствовало успешное строительство
Днепрогэса. Он получил назначение в Наркомат путей сообщения. Внимание
Кагановича привлек Никита Хрущев, в котором он отмечал энергию и готовность
использовать самые жесткие методы для решения различных вопросов. В 30-е
годы Каганович отвечал за реконструкцию Москвы, включая строительство
метро, в чем был очень заинтересован Сталин, решивший, что Москва должна
обойти Ленинград и стать столицей великого индустриального государства.
Заместителем Кагановича был назначен Хрущев. В 1933 году Хрущев стал замом
Кагановича и в московской партийной организации. Такое быстрое продвижение
свидетельствовало о том, что Хрущев вошел в число доверенных лиц Сталина.
И еще двое молодых людей заняли ключевые властные посты. Георгий Маленков
и Лаврентий Берия, офицер НКВД, занимавший пост первого секретаря партии в
Закавказье. Злой гений, втершийся в доверие к Сталину, он был главным
архитектором террора.
Ближе них к Сталину стоял лишь А. Н. Поскребышев. Сталин полностью
доверял ему. Говорили, что у Поскребышева хранилась печать с подписью
Сталина. Он отвечал за создание специального секретного отдела
Госбезопасности, в который входили Ежов, Шкирятов и позднее Маленков.
На VII Всесоюзном съезде Советов была создана комиссия по разработке
проекта новой Конституции. Сталин был избран председателем. После
всенародного обсуждения он представил проект новой Конституции VIII
Чрезвычайному съезду Советов. Сталин в своем докладе глубоко обосновал этот
проект, заявив, что победа социализма дала возможность перейти к
демократизации избирательной системы, к введению всеобщего, равного и прямого избирательного права
при тайном голосовании. Эти успехи стали возможны, как заявил Сталин,
потому что построена первая фаза коммунизма.
Чистка среди членов партии во время работы над проектом новой Конституции
продолжалась. Аресты проводились глубокой ночью и стали более частыми, чем
прежде. А утром все притворялись, что жизнь нормальна и ничего не
случилось.
В августе 1936 года был проведен известный процесс по делу "шестнадцати".
Зиновьев, Каменев и еще четырнадцать старых большевиков обвинялись в
организации тайного террористического центра под руководством находящегося
в изгнании Троцкого. Голословно утверждалось, что центр планировал убийство
Кирова и покушение на жизнь Сталина и его ближайших сподвижников. Сталин
понимал, с каким недоверием будут приняты эти обвинения, и поэтому приказал
тщательно подготовиться к процессу. Цель: не только освободиться от старых
большевиков, но пересмотреть революционные традиции, с тем чтобы
руководители молодого поколения были образованными людьми и имели нужное
для дальнейшего продвижения и процветания России мировоззрение.
Революционеры-убийцы прошлого считались героями. Убийцы Александра II и
других царских сановников и даже те, чьи попытки закончились неудачей, как
в случае с братом Ленина, помещались в своего рода пантеон революционеров.
Каждый молодой человек знал, как вели они себя на суде, как жили и как
приняли смерть.
Эту традицию Сталин решил изменить. Она могла даже стать опасной. Он
хотел, чтобы подрастающее поколение брало пример с положительных героев, а
не с террористов, которые принадлежали другому столетию. В школах
поощрялись дисциплина и уважение к властям. Государство создавало новых
героев. Пресса, радио превозносили Стаханова, шахтера, который добился
рекордной производительности труда, летчиков и полярных исследователей,
Павлика Морозова, предавшего собственного отца. Идеалами должны были стать
служение Родине, высокие стремления и достижения.
Процесс по делу "шестнадцати" был открытым. Он показал, что предатели
были везде, даже среди старых большевиков. Они были не героями, а врагами,
пытающимися уничтожить завоевания пролетариата. Для этого и проводился
процесс. Невозможно было поверить, что Зиновьев и Каменев, старые соратники
Ленина, занимающие высокие должности, могли быть злейшими врагами новой
России. Но на суде каждый из шестнадцати признал себя виновным в
фантастических обвинениях, предъявленных им. Они раскаивались в содеянном.
Все были приговорены к смертной казни и расстреляны.
В ходе процесса обвиняемые называли имена других людей, якобы ставших на
путь предательства. Главный обвинитель Вышинский приказал провести
расследование по деяниям Бухарина, Рыкова и Томского. Через несколько дней
старый большевик Томский застрелился.
Самоубийство Томского, недовольство старых членов партии напугали Ягоду и
других следователей. Кампания террора дала трещину.
В это время Сталин вместе со Ждановым отдыхал в Сочи на берегу Черного
моря. Он был очень удивлен, узнав, что следствие по делу Бухарина и Рыкова
прекращается за неимением доказательств. Об этом было объявлено 10 сентября
1936 года. 25 сентября он и Жданов подписали телеграмму на имя Кагановича,
Молотова и других членов Политбюро, в которой настаивали на немедленном
назначении Ежова наркомом внутренних дел.
На следующий день Ежов получил должность руководителя НКВД, открыв новую
страницу в кампании террора. "Ежовщина" продлилась до 1938 года. Старые
офицеры госбезопасности, начавшие службу в ЧК еще при Дзержинском, были
уволены. По стране прокатилась кампания по очистке от шпионов и предателей.
Забитые пропагандой, боящиеся за свою жизнь люди называли имена соседей,
коллег и даже членов семей, обвиняемых во всех смертных грехах. В НКВД
выстраивались очереди, и люди терпеливо ждали, когда они смогут оформить
свой донос. Террор разрушил нацию, привел ее к деградации.
Второй большой процесс происходил в Москве 23 января 1937 года.
Семнадцать человек обвинялись в том,
что они являлись руководителями антисоветского троцкистского центра, тайно
замышлявшего с помощью немецких и японских правительств свергнуть Советскую
власть. Их основным оружием был саботаж в экономике.
И опять Вышинский был обвинителем. Он держался спокойно, так как дело
было сфабриковано очень тонко. Да и поведение обвиняемых облегчало ему
задачу. Они признавали практически все обвинения. Все были признаны
виновными. Тринадцать человек были расстреляны, четверо приговорены к
десяти годам заключения.
Смерть Серго Орджоникидзе вскоре после процесса еще более обнажила
жестокость и бесчеловечность Сталина. Серго был его старым другом и
соратником. Еще в 1912 году Орджоникидзе рассказал Ленину о Сталине и
сыграл важную роль в избрании Сталина в ЦК. Вместе они решали и грузинский
вопрос. Орджоникидзе тоже не переставал прибегать к жестоким методам. Он
признал лидерство Сталина, но как старый друг и товарищ, член Политбюро и
нарком тяжелой промышленности высказывал ему прямо и открыто все, о чем
думал. Говорят, он единственный протестовал против методов работы НКВД и
ходатайствовал за арестованных. Но влияние его падало, зато росло влияние
Лаврентия Берии - его врага и соперника.
Практически все, кто знал Берию, ненавидели и боялись его. Орджоникидзе
считал его беспринципным подлецом и говорил об этом Сталину прямо в глаза.
Но Берия каким-то образом смог посеять семена сомнения и возбудить
подозрительность Сталина в отношении Орджоникидзе. Он был мастером интриг,
намного хитрее, чем Серго. Более вероятно, Сталин сам, без участия Берии,
решил отказаться от услуг Орджоникидзе.
Давление на Серго стало расти. Обвинения в саботаже и вредительстве в
промышленности - основная тема показательных процессов. Газеты, радио
призывали к бдительности и выявлению вредителей, что непосредственно
затрагивало и наркома. Его заместитель Пятаков был обвинен в заговоре,
саботаже и расстрелян. Было арестовано много сотрудников его комиссариата.
От Орджоникидзе требовали представлять отчеты о саботаже и давать рекомендации ЦК, какие действия предпринимать против шпионов и вредителей.
Здоровье Орджоникидзе было неважное - повышенное давление, слабое сердце.
Но он отказывался от отдыха. Террор проник и в личную жизнь Серго. НКВД
арестовало его старшего брата. Допросы проводили с применением пыток.
Показания искажались. Он тяжело переживал это.
Утром 17 февраля 1937 года у Орджоникидзе состоялся неприятный разговор
со Сталиным. Он протестовал против обыска, проведенного НКВД в его квартире
в Кремле по приказу Ежова. Сталин спокойно отвечал, что "НКВД может
провести обыск даже в моей квартире". Орджоникидзе, без сомнения, жаловался
на террор, на то, что арестованы его друзья и сотрудники. Оба вышли из
себя. Старая дружба была забыта.
Орджоникидзе вернулся в свой кабинет и работал до двух часов следующего
утра. По показаниям его жены Зинаиды Гавриловны он отказался лечь спать,
отказался есть и разговаривать с друзьями по телефону, а целый день что-то
писал. В 17.30 она услышала звук выстрела и. вбежав в комнату, увидела его
мертвым. Тут же позвонила Сталину, но, хотя его квартира была рядом, он
пришел не сразу и уже в сопровождении членов Политбюро и Ежова.
18 февраля 1937 года газеты опубликовали сообщение о смерти Орджоникидзе
от сердечного приступа. Свидетельство о смерти подписали четыре известных
врача, трое из них впоследствии были ликвидированы. Арестованы были и члены
семьи Орджоникидзе, кроме жены, и все, кто работал с ним, даже сторож на
|
BIGLIB
