 |
-- Где же твоя религия сопротивления и бунтарства? -- послышал-ся мне
ехидный голос Антипода.-- Ты скатился ниже самого Христа в его
рабско-холуйской установке на непротивление злу. На Христа насильно взвалили
крест, на котором его распяли. А ты?.. Я презираю тебя. Тебя выручает только
одно: из того материала, какой собрало следствие, при всех комбинациях и
ухищрениях следует то, что ты единственный, кого не за что судить. К тому же
и у тебя фактически нет выбора. Судьба твоя все равно предрешена, признаешь
ты себя преступ-ником или будешь настаивать на своей невиновности. Тебя все
равно осудят на казнь в назидание другим. Это уже решено на самом "верху".
И я избрал путь Христа: безразличия к суду. Я решил молчать. В начале
лаптизма, как христианства, должна быть невинная и беззвуч-ная жертва.
АДЕКВАТНОСТЬ ЭПОХЕ
Я в доказательство показывал вам раны. И все же вами я остался не
опознан.
Я понял это слишком поздно,
Что я вернулся слишком рано.
Или скорее понял рано,
Что возвращаться уже поздно.
СУД
Суд устроили показательный, в зале какого-то клуба, с представите-лями
трудящихся, с прессой. Но задуманный спектакль не получился. Первый элемент
неожиданности в ход процесса внес я сам -- . я отказал-ся от защитника,
заявив, что буду защищать себя сам согласно своему принципу: никакой защиты!
Невиновный не нуждается в защите. Самая мощная защита невиновного-- полная
беззащитность. Мой отказ от государственного защитника и его мотивировка
вызвали оживление в зале и замешательство суда.
Второе оживление в зале наступило в связи с выступлениями экспер-тов. А
их было довольно много-- врачи, ученые, философы и даже поп! Последний
выступал как эксперт по проблемам религии. Он был препо-давателем в Духовной
семинарии в Загорске. Другой эксперт по тем же проблемам был профессором в
Институте атеизма при Академии общественных
наук. В зале начался смех, когда объявили, что экспертами по проблемам
религии выступают представители столь противоположных организации.
Выступления обоих экспертов сопровождались смехом и аплодисментами, причем
нельзя было понять, являются аплодисмен-ты одобряющими или порицающими.
Философ уличал меня в том, что я претендую на роль Бога, тогда как, согласно
марксизму-ленинизму, никакого Бога нет, Бог-- опиум для народа, поповская
выдумка. Представитель же православной церкви уличал меня в том, что мое
учение ложно, но уже согласно христианской религии.
Настоящая комедия началась, когда стали давать показания свидете-ли.
Вот несколько примеров.
Свидетельница-- огромная полная женщина килограммов на сто пятьдесят,
ярко накрашенная, увешанная драгоценностями.
Судья: С какой целью вы обращались за "консультацией" к обвиняе-мому?
Свидетельница: С целью похудения. (В зале смех.)
Судья: Ну и похудели?
Свидетельница: Пока посещала Школу, похудела на пятьдесят кило-граммов.
(Смех в зале.)
Судья: А потом?
Свидетельница: Поправилась на шестьдесят. (Гомерический хохот в зале.)
Судья: И сколько вы за это заплатили?
Свидетельница: Тысячу рублей. (Крики негодования в зале.)
Судья: Выходит, по двадцать рублей за килограмм. Дороговатое мясо. (В
зале аплодисменты, смех.) На рынке и то дешевле. (Аплодис-менты, смех.)
Свидетель -- крупный мужчина кавказского типа. Говорит с акцентом.
Жестикулирует.
Судья: С какой целью вы обращались к обвиняемому?
Свидетель: С целью для импотенции. (Смех в зале.)
Судья: От импотенции или для импотенции? (Хохот в зале.)
Свидетель: Я не понимаю, чего ты хочешь. Говорю тебе русским языком:
чтобы член стоял, понял? (В зале гомерический хохот.)
Судья: Где не понять?! Ну и как, помогло?
Свидетель: Да еще как!! (Смех.) Пока посещал Школу. Потом опять.
Судья: Что опять?
Свидетель: Не работает! (Смех.)
Судья: И сколько же вы отвалили за то, чтобы... работал? (Смех.)
Свидетель: Десять.
Судья: Рублей?
Свидетель: Десять тысяч. (Гневные выкрики.)
Судья: И сколько раз он у вас работал за эти десять тысяч?
Свидетель: Десять раз! (Смех. Крики: "Всего-то!")
Судья: А не дороговато?
Свидетель: Если бы имел миллион, я бы и его не пожалел для такого дела!
(Смех, аплодисменты.)
Судья: Деньги вручили лично обвиняемому?
Свидетель: Нет, его секретарю.
Судья: А почему не лично
?
Свидетель: Секретарь сказал, что Учитель никогда не осквернит своих рук
прикосновением к деньгам. (Смех.)
Свидетельница-- женщина лет пятидесяти, изможденная, ранопо-старевшая.
На вопрос судьи, с какой целью обращалась к обвиняемому, ответила: с целью
омоложения.
Судья: Помолодели?
Свидетельница: Нет.
Судья: Почему?
Свидетельница: Не успела. (Гомерический хохот в зале.)
Судья: Сколько заплатили?
Свидетельница: Пять тысяч. (Крики.)
Судья: Как же вы попались на это?
Свидетельница: Секретарь Учителя познакомил меня с двумя женщи-нами,
которым по документам было за сорок, а выглядели они моложе тридцати. Они и
сказали, что прошли курс омоложения у Учителя.
Судья: Вы не узнаете этих омолодившихся среди обвиняемых?
Свидетельница: Узнаю. Вон те...
Судья: На самом деле одной из них двадцать три, другой -- двадцать
пять. В чем же состоял курс омоложения?
Свидетельница: Секретарь сказал, что Учитель обладает необычайно мощной
сексуальностью. Каждый сеанс омолаживает на год.
Судья: Ну и как?
Свидетельница: Ничего особенного. (Смех.)
Судья: Значит, вы разочарованы?
Свидетельница: Нет. (Смех.) Просто у него таких омолаживающихся небось
сотни. (Гомерический хохот.)
Свидетель -- тощий мужчина с очень некрасивым лицом, распухший нос, под
глазом синяк. Цель занятий с Учителем -- улучшение внешнего вида (лица и
фигуры). После этих слов свидетеля в зале творилось нечто невероятное. Минут
двадцать успокаивали. Свидетель, показывая на нос и синяк, сказал, что это
его в милиции разрисовали. Судья сказал, что правильно сделали.
(Аплодисменты.) В следующий раз за сопротивление властям получит срок. Кому
платил деньги и сколько, не помнит, поскольку был всегда пьян. Улучшилась ли
его внешность? А ему наплевать на внешность. (Смех.) Бывает и хуже. (Смех,
аплодис-менты.) Ему было приятно провести время в хорошей компании,
погово-рить с умными людьми. Баб было полно. (Смех.) Правда, в основном
толстые, старые и страшные. (Гомерический хохот.) Зато не жмоты. (Смех.)
Свидетель-- молодой мужчина, сильно заикается. Лечился от заика-ния.
Перестал заикаться. Полгода говорил нормально. А когда узнал, что Учитель--
жулик и шарлатан, почему-то снова стал заикаться. Смех в зале остановить не
удалось. Пришлось сделать перерыв.
На другой день суд продолжался уже не в большом зале клуба, а в
небольшом помещении народного суда.
Убедительной картины моей преступной деятельности из судебного
спектакля не получилось. Но прокурор все равно потребовал высшей
меры. Мне предоставили последнее слово. Я не выдержал роли
мол-чальника. Я сказал, что слагаю с себя полномочия Бога. Если кто из людей
захочет стать Богом, пусть будет им. Место освободилось. И это очень просто
стать Богом: иди на Голгофу! Но это очень трудно -- быть Богом: надо идти
все-таки на Голгофу!
В зале раздались крики возмущения. Потребовали разъяснить, что это
такое-- "Голгофа". Прокурор сказал, что это гора в Израиле, на которой,
согласно религиозной легенде, был распят Христос, которого на самом деле не
было, которого идеологи господствующих классов выдумали с целью... Снова
раздались крики с требованием выгнать меня в Израиль, "поставить к стенке",
сослать на урановые рудники!.. Суд удалился на совещание. Я опустился на
скамью и оцепенел в ожидании.
ОЖИДАНИЕ
Я встречал людей, приговоренных к казни, но уцелевших волею случая. И
никто из них не мог ничего рассказать о промежутке жизни между приговором и
казнью.
-- В это время просто ничего не было,-- сказал человек, один раз
неудачно расстрелянный немцами, а другой раз-- столь же неудачно своими.--
Оказался бы ты сам в таком положении, то ты понял бы, что тут нечего
понимать.
Теперь я понимаю этих людей. Тут действительно нечего понимать, ибо тут
пусто. Мне не дают еды, а я не ощущаю голода. Мне не дают, воды, а я не
ощущаю жажды. Я не ощущаю хода времени. Сколько я здесь? Неделю? Месяц? И я
не сплю. Я оцепенел в ожидании, и все. Болван! Ты забыл о главном деле твоей
жизни-- о Боге! Вспомни о Нем, и ты вновь ощутишь полет времени, тесноту
пространства, жажду, голод, боль в теле. Ощутив страдания, моли у Него силы
достойно человека перенести их. Иначе пустота и оцепенение.
В памяти возникла Богиня.
-- Как ты живешь?-- спросил я.
-- Как все,-- сказала она.-- Сейчас сплю по очереди с хореографом и
директором. Прима-балерина принуждает сожительствовать с ней, иначе она не
допустит меня на хорошую роль. Придется соглашаться.
-- Ты права,-- покорно говорю я.-- От той роли, какую уготовили тебе
люди, уклониться нельзя. Пошлость есть неизбежный спутник гения.
Богиня исчезла. Исчезла, как ложная идея, насовсем и бесследно. И
возник Антипод. Возник как абсолютная истина, как приговор, не подлежащий
обжалованию.
ПРИГОВОР АНТИПОДА
-- Ты много раз призывал людей идти на Голгофу,-- сказал он.-- Дурак! В
России нет Голгофы. В России есть Лубянка. Сибирь. Колыма. Магадан. А
Голгофы нет. И со словом "иди" у нас ассоциируют совсем иное слово-- русское
слово из трех букв, обозначающее все, что угодно, за исключением Голгофы. И
в ответ на твой призыв "Иди на Голгофу!" наш русский человек ответит тебе:
"А иди-ка ты на ...!" И правильно сделает, ибо Голгофы у нас нет и быть не
может.
Вторая слабость твоей позиции,-- продолжал Антипод, - тебя зовут
Иваном. Иваном Лаптевым. Бог по имени Иван, да еще Лаптев,--
согласись, это звучит смешно. Зевс, Юпитер, Будда, Христос-- это звучит
красиво и возвышенно. А Иван Лаптев-- хоть тресни, хоть превзойди их всех,
вместе взятых,-- все равно смешно. Все равно не поверят. Люди могут принять
любого бога по имени Ганс, Жорж, Джон, Абрам, Иосиф, Карл... Но ни в коем
случае-- по имени Иван. Иванианство, иванство, иванизм, лаптизм,
лаптианство-- этого нам только не хватало, воскликнут люди. Не допустим!
|
BIGLIB
