 |
обширной территорией. Большая территория все еще представляет собою из-
вестную защиту против легкомысленных нападений неприятеля, ибо этот пос-
ледний знает, что успехов он может достигнуть лишь в результате очень
тяжелой борьбы. Риск для нападающего настолько велик, что он прибегнет к
нападению, лишь имея какие-либо чрезвычайные основания для этого. Таким
образом уже одна большая протяженность данного государства является из-
вестной гарантией свободы и независимости данного народа, и наоборот не-
большие размеры государства прямо вводят в соблазн противника.
Реально дело пошло так, что обе первые возможности, о которых я гово-
рил выше, были отвергнуты так называемыми национальными кругами нашего
государства. Мотивы у них были правда иные, чем те, о которых мы говори-
ли. Политика ограничения рождаемости была отвергнута прежде всего по мо-
тивам известного морального чувства. Политику же колонизации забраковали
с негодованием, подозревая в ней начало борьбы против крупного землевла-
дения и даже против частной собственности вообще. Принимая во внимание
ту форму, в которой проповедовалась политика колонизации, можно, пожа-
луй, сказать, что это подозрение было достаточно основательным.
В общем и целом мотивировка отклонения этой политики была не особенно
искусной с точки зрения того впечатления, какое она должна была произ-
вести на широкие массы, да и вообще мотивировка эта обходила суть вопро-
са.
С отклонением первых двух путей оставались только две последних доро-
ги, которые могли бы обеспечить растущее население работой и хлебом.
3. Можно было либо приобрести новые земли в Европе, расселить на них
излишки населения и предоставить таким образом нации и дальше жить на
основе добывания себе пропитания на собственной земле.
4. Либо оставалось перейти к работе для вывоза, к политике усиленной
индустриализации и усиленного развития торговли с тем, чтобы на выручен-
ные средства покрывать потребности собственного народа.
Итак: либо завоевание новых земель в Европе, либо - колониальная и
торговая политика.
С самых различных сторон и с самых различных точек зрения оба послед-
них пути подверглись обсуждению, толкам, спорам. Одни защищали первый из
них, другие - второй. В конце концов возобладала именно последняя точка
зрения.
Самым здоровым путем был бы конечно первый из этих двух путей. Приоб-
ретение новых земель и переселение туда излишков населения имеет беско-
нечно много преимуществ, в особенности, если говорить не с точки зрения
сегодняшнего дня, а с точки зрения будущего.
Уже одна возможность сохранить в качестве фундамента всей нации здо-
ровое крестьянское сословие имеет совершенно неоценимое значение. Ведь
очень многие беды нашего нынешнего дня являются только результатом нез-
доровых взаимоотношений между городским и сельским населением. Наличие
крепкого слоя мелкого и среднего крестьянства во все времена являлось
лучшей защитой против социальных болезней, от которых мы так страдаем
сейчас. Это в конце концов единственное решение, обеспечивающее нации
возможность снискивать себе пропитание в своей собственной стране.
Только в этом случае исчезает гипертрофированная роль промышленности и
торговли, и они занимают здоровое место в рамках национального хо-
зяйства, в котором существует должное равновесие.
Промышленность и торговля становятся в этом случае не основой пропи-
тания нации, а только одним из подсобных средств для этого. Промышлен-
ность и торговля в этом случае регулируют только размеры производства,
соответственно размерам потребления во всех областях национального хо-
зяйства. Выполняя такую роль, они в большей или меньшей степени освобож-
дают дело прокормления собственного народа от иностранной зависимости.
Такая роль промышленности и торговли способствует делу обеспечения сво-
боды и независимости нации, в особенности в более трудные времена.
Само собою разумеется, что такая политика приобретения новых земель
должна быть осуществлена не где-нибудь в Камеруне. Новые земли приходит-
ся теперь искать почти исключительно в Европе. Надо сказать себе спокой-
но и хладнокровно, что боги на небесах уж конечно не имели намерения во
что бы то ни стало обеспечить одному народу в 50 раз больше земли, неже-
ли имеет другой народ. Не надо допускать до того, чтобы современные по-
литические границы затмевали нам границы вечного права и справедливости.
Если верно, что наша планета обладает достаточным количеством земли для
всех, то пусть же нам дадут то количество земли, которое необходимо и
нам для продолжения жизни.
Конечно никто не уступит нам земель добровольно. Тогда вступает в си-
лу право на самосохранение нашей нации со всеми вытекающими отсюда пос-
ледствиями. Чего нельзя получить добром, то приходится взять силою кула-
ка. Если бы наши предки в прошлом выводили свои решения из тех же паци-
фистских нелепостей, которыми мы руководила ся теперь, то наш народ едва
ли обладал бы теперь даже третью той территории, какую мы имеем. Тогда
немецкой нации в нынешнем смысле слова и вообще не было бы в Европе.
Нет, именно твердой решимости наших предков обязаны мы тем, что имеем
сейчас обе наших восточных провинции и тем самым вообще имеем достаточ-
ную почву под ногами, дающую нашему государству и нашему народу опреде-
ленные внутренние силы жить и бороться за будущее.
Еще и по другим причинам такое разрешение проблемы было бы самым пра-
вильным.
Ведь многие европейские государства ныне прямо похожи на опрокинутую
пирамиду, поставленную на свое собственное острие. У многих европейских
государств их собственно европейские владения до смешного малы в сравне-
нии с той ролью, какую играют их колонии, их внешняя торговля и т. д.
Выходит так: острие - в Европе, а вся база - в других частях света.
Только у Североамериканских соединенных штатов положение другое. У САСШ
вся база находится в пределах собственного континента, и лишь острие их
соприкасается с остальными частями света. Отсюда-то и вытекает невидан-
ная внутренняя сила Америки в сравнении со слабостью большинства евро-
пейских колониальных держав.
Пример Англии также не опровергает сказанного. Глядя на британскую
империю, не следует забывать весь англосаксонский мир как таковой. Анг-
лию нельзя сравнить ни с каким другим европейским государством уже по
одному тому, что Англия имеет так много общего в языке и культуре с
САСШ.
Ясно, что политику завоевания новых земель Германия могла бы прово-
дить только внутри Европы. Колонии не могут служить этой цели, поскольку
они не приспособлены к очень густому заселению их европейцами. В XIX
столетии мирным путем уже нельзя было получить таких колониальных владе-
ний. Такие колонии можно было получить только ценой очень тяжелой
борьбы. Но если уж борьба неминуема, то гораздо лучше воевать не за от-
даленные колонии, а за земли, расположенные на нашем собственном конти-
ненте. Такое решение конечно можно принять только при наличии полного
единодушия. Нельзя приступать с колебаниями, нельзя браться лишь наполо-
вину за такую задачу, проведение которой требует напряжения всех сил.
Такое решение надо принимать лишь тогда, когда все политические руково-
дители страны вполне единодушны. Каждый наш шаг должен быть продиктован
исключительно сознанием необходимости этой великой задачи. Необходимо
отдать себе полный отчет в том, что достигнуть этой цели можно только
силой оружия и, поняв это, спокойно и хладнокровно идти навстречу неиз-
бежному.
Только с этой точки зрения нам надо было оценивать в свое время сте-
пень пригодности всех тех союзов, которые заключала Германия. Приняв ре-
шение раздобыть новые земли в Европе, мы могли получить их в общем и це-
лом только за счет России. В этом случае мы должны были, препоясавши
чресла, двинуться по той же дороге, по которой некогда шли рыцари наших
орденов. Немецкий меч должен был бы завоевать землю немецкому плугу и
тем обеспечить хлеб насущный немецкой нации.
Для такой политики мы могли найти в Европе только одного союзника:
Англию.
Только в союзе с Англией, прикрывающей наш тыл, мы могли бы начать
новый великий германский поход. Наше право на это было бы не менее обос-
новано, нежели право наших предков. Ведь никто из наших современных па-
цифистов не отказывается кушать хлеб, выросший в наших восточных провин-
циях, несмотря на то, что первым "плугом", проходившим некогда через эти
поля, был, собственно говоря, меч. Никакие жертвы не должны были пока-
заться нам слишком большими, чтобы добиться благосклонности Англии. Мы
должны были отказаться от колоний и от позиций морской державы и тем са-
мым избавить английскую промышленность от необходимости конкуренции с
нами.
Только полная ясность в этом вопросе могла привести к хорошим ре-
зультатам. Мы должны были полностью отказаться от колоний и от участия в
морской торговле, полностью отказаться от создания немецкого военного
флота. Мы должны были полностью сконцентрировать все силы государства на
создании исключительно сухопутной армии.
В результате мы имели бы некоторое самоограничение для данной минуты,
но обеспечили бы себе великую будущность.
Было время, когда Англия вполне готова была идти на такое соглашение.
Англия отлично понимала, что ввиду быстрого роста народонаселения
Германия должна будет искать какого-нибудь выхода и вынуждена будет либо
войти в соглашение с Англией для ведения совместной политики в Европе,
либо без Англии концентрировать свои силы для участия в мировой полити-
ке.
На рубеже XX столетия Лондон пробовал начать политику сближения с
Германией. Англичане исходили именно из предчувствия того, о чем мы го-
ворили выше. Тогда-то впервые и можно было констатировать то явление,
которое впоследствии не раз сказывалось в прямо ужасающих размерах. Мы,
видите ли, ни за что не хотели допустить и мысли о том, что Германия бу-
дет таскать каштаны из огня для Англии. Как будто в самом деле на свете
бывают иные соглашения , нежели основанные на взаимных уступках. А ведь
такой союз с Англией был тогда вполне возможен. Британская дипломатия
была достаточно умна, чтобы понимать, что какое бы то ни было соглашение
с Германией возможно только на основе взаимных уступок.
Представим себе только на одну минуту, что наша германская иностран-
ная политика была бы настолько умна, чтобы в 1904 г. взять на себя роль
Японии. Представьте себе это хоть на миг и вы поймете, какие благоде-
тельные последствия это могло бы иметь для Германии.
Тогда дело не дошло бы до "мировой" войны.
Кровь, которая была бы пролита в 1904 г., сберегла бы нам во сто раз
кровь, пролитую в 1914-1918 гг.
А какую могущественную позицию занимала бы в этом случае ныне Герма-
ния!
С этой точки зрения союз с Австрией был конечно нелепостью.
Эта государственная мумия заключала союз с Германией не для того,
чтобы вместе биться на войне, а для того чтобы обеспечить вечный мир, на
путях которого можно было бы умненько, медленно, но систематически вести
дело к полному устранению немецкого влияния в габсбургской монархии.
Этот союз с Австрией был бессмысленным уже по одному тому, что немец-
кому государству не было никакого расчета заключать союз с габсбургской
монархией, которая не имела ни желания ни силы положить конец или даже
просто ослабить процесс разнемечивания, быстро развивавшийся в собствен-
ных границах. Раз Германия не обладала национальным пониманием и реши-
|
BIGLIB
