 |
оружие сдавалось на склады. Другого применения для специального уровско-
го вооружения в тот момент никто придумать не мог, ибо на новой западной
границе никакого фортификационного строительства не велось, "Линии Моло-
това" не существовало, не существовало даже и решения о ее строительст-
ве. Решение было принято советским правительством гораздо позже- 26 июня
1940 года. Вот и получается, что вначале "Линия Сталина" была разоруже-
на, а уж потом, почти год спустя, возникла причина, нужда и потребность
пойти на такой шаг. Нет, товарищи коммунистические историки, такого объ-
яснения мы принять не можем: следствие не может опережать причину. Пот-
рудитесь придумать причину. Объяснение о переброске оружия с "Линии Ста-
лина" на "Линию Молотова" мы не можем принять и потому, что "Линия Моло-
това" в сравнении с "Линией Сталина" была жидкой цепочкой относительно
легких укреплений, которым не требовалось много вооружения. Пример: в
Западном особом военном округе, т.е. в Белоруссии, было построено на но-
вой границе 193 боевых сооружения, а до этого на старых границах было
разоружено 876 более мощных боевых сооружений. В других военных округах
соотношение между вновь построенными сооружениями и ранее разоруженными
еще более разительно. В Одесском военном округе разоружили три сверхмощ-
ных УРа на старой границе, а на новой пока к строительству не приступи-
ли: велись подготовительные работы... Для того чтобы вооружить "Линию
Молотова", было достаточно снять с "Линии Сталина" только часть вооруже-
ния, причем только меньшую часть. Отчего же с "Линии Сталина" сняли пол-
ностью все вооружение?
Но даже если, забыв здравый смысл, мы и поверим коммунистам, то полу-
чим только неудовлетворительный, рассчитанный на дурака, ответ на вопрос
о том, почему "Линию Сталина" разоружили. Но мы не имеем никакого, даже
фальшивого ответа на вопрос, зачем же ее уничтожили?!
Казематное орудие, пулеметы, боеприпасы, перископы, средства связи,
газовые фильтры можно снять с "Линии Сталина" и перебросить на "Линию
Молотова". Но можно ли перебросить с одной линии на другую железобетон-
ные сооружения? Самый маленький одноамбразурный пулеметный дот - это же-
лезобетонный монолит весом 350 тонн, врытый в землю "по самые глаза", а
поверх него навалены гранитные глыбы (чтобы вызвать преждевременный раз-
рыв снаряда), и все это засыпано землей, на которой уже проросли деревья
для дополнительной защиты и маскировки. А вокруг - рвы и искусственные
пруды. Можно ли это перетащить на 200 километров на запад? Нельзя. А со-
оружения большего размера - это тысячетонные монолиты глубоко под зем-
лей. Можно ли их перетащить на "Линию Молотова"? Опять же нельзя. Если
из одного прекрасного прочного дома мы перенесли мебель в другой дом,
разве это достаточное основание для того, чтобы первый дом взорвать?
"Разоружить - нужда заставила". Пусть будет так. Но взрывать-то за-
чем? Вот я живу в Великобритании. Брожу по прибрежным холмам. Кругом тут
и там-железобетонные доты времен войны. После войны оружие с них сняли,
но никому и в голову не приходит взорвать эти восхитительные сооружения,
вид которых радует любого нормального человека. Стоят и пусть стоят. Они
хлеба не просят. Пусть стоят - может, когда еще пригодятся. Разоруженный
дот можно вооружить. В крайнем случае, можно обычную пехоту с ее обычным
вооружением посадить в старые доты, и они в конце XX века будут полезны,
как и во времена прошлой войны.
В обороне солдат пехоты, вооруженный винтовкой и лопатой, может вы-
рыть окоп, превратив его в труднопроходимый, а порой и непроходимый для
противника рубеж. А если посадить того же солдата с винтовкой (или с
ручным пулеметом) не в грязную яму посреди поля, а в простейший, пусть
разоруженный дот, то живучесть и устойчивость того же солдата повысятся
в десятки раз: солдат будет иметь над головой минимум метр усиленного
фортификационного железобетона, полтора метра с фронта, и по метру - с
флангов. Да все это заранее укрыто и замаскировано от любопытного взгля-
да противника. А уж если бы посадить в такие коробки, пусть разоружен-
ные, сто семьдесят советских дивизий первого эшелона, то проломить их
оборону было бы совсем не так просто. Войскам в обороне всегда надо за
что-то зацепиться: за разоруженные форты Вердена, за не подготовленные к
обороне бастионы Бреста, за стены Сталинграда, и даже за брошенные два
года назад траншеи на Курском выступе, а зацепившись, пехота вроется в
землю так, что ничем ее из нор и берлог не выкуришь. И превратит пехота
руины завода, бастионы девятнадцатого века или цитадель тринадцатого в
неприступную крепость. "Линия Сталина", даже полностью разоруженная,
могла бы быть тем гребнем, зацепившись за который, Красная Армия могла
создать линию обороны, не пропустив противника в глубь страны. И приго-
дились бы при этом разоруженные доты, и подземные командные пункты, и
госпитали, и защищенные бетоном склады, пригодились бы подземные галереи
и тоннели, линии связи и управления, электростанции и водопроводные сис-
темы... Но Первый стратегический эшелон Красной Армии, уничтожив "Линию
Сталина", был выведен за пределы государственных границ СССР, которые
существовали до начала Второй мировой войны. Под прикрытием Сообщения
ТАСС от 13 июня 1941 года в западные районы СССР началась переброска
Второго стратегического эшелона. Но и его армии выводились за пределы
старых границ, за пределы разоруженной, брошенной и уничтоженной "Линии
Сталина".
Оборона должна совершенствоваться постоянно - это требование боевого
устава. Каждый солдат знает это требование и знает, что оно означает:
независимо от того, насколько мощной является оборона, каждый солдат ми-
нимум десять часов в сутки продолжает упорно рыть землю. Если солдат на-
ходится в обороне один день или один год, это не меняет ситуации: он бу-
дет рыть и рыть землю, расширяя и углубляя противотанковые рвы, дополняя
первую траншею второй, третьей, пятой. Требование устава о постоянном и
напряженном совершенствовании обороны означает, что ситуации "достаточ-
но" не существует и не может существовать. Если вырыто десять противо-
танковых рвов один за другим, что ж, ройте одиннадцатый!
Простую истину о том, что лишних оборонительных сооружений не бывает,
как не бывает и устаревших, солдаты всех армий знают уже много тысяч
лет. Поэтому любые новые оборонительные сооружения создаются не для то-
го, чтобы заменить ранее построенные, но для того, чтобы их усилить и
дополнить. Взглянем на любой замок: в центре - башня десятого века, вок-
руг нее - стены тринадцатого века, опоясанные кольцом бастионов семнад-
цатого века, которые в свою очередь окружены фортами девятнадцатого ве-
ка, усиленными дотами двадцатого. "Линия Молотова" могла бы служить до-
полнением "Линии Сталина", но не заменой ее. Однако "Линия Молотова"
создавалась не как дополнение "Линии Сталина", но и не в качестве ее за-
мены. "Линия Молотова" резко отличалась от "Линии Сталина" и по замыслу,
и в деталях. Есть минимум четыре главных различия между теми укрепления-
ми, которые ломали на старых границах, и теми, которые создавали на но-
вых:
- "Линию Молотова" строили так, чтобы ПРОТИВНИК ЕЕ ВИДЕЛ;
- "Линия Молотова" создавалась на ВТОРОСТЕПЕННЫХ НАПРАВЛЕНИЯХ;
- "Линия Молотова" не прикрывалась полосой обеспечения, минными по-
лями и другими инженерными заграждениями;
- строители не использовали многих возможностей усиления "Линии Мо-
лотова" и не торопились ее строить.
Строительство "Линии Молотова" - такая же загадка советской истории,
как и разрушение "Линии Сталина".
Странные вещи творились на строительстве новых укрепрайонов... В 1941
году титанические массы советских войск были сосредоточены во Львовском
выступе на Украине. Вторая по мощи группировка советских войск была сос-
редоточена в Белостокском выступе в Белоруссии. Советские маршалы объяс-
няют: главного удара мы ждали на Украине, а вспомогательного - в Бело-
руссии. Коль так, то главные усилия при строительстве "Линии Молотова"
должны быть прежде всего сосредоточены на Украине, а во вторую очередь -
в Белоруссии. Но! Половину всех средств, выделяемых на строительство
"Линии Молотова", планировалось использовать... в Прибалтике! Это же
второстепенное направление! Почему в Прибалтике?! Четверть средств пла-
нировалась для Белоруссии и только 9 % Для Украины, где, по утверждениям
советских маршалов, "ожидался главный удар" (Анфилов, там же, с. 164).
Не только в стратегическом плане, но и в плане тактическом, укрепления
"Линии Молотова" строились на второстепенных направлениях. Пример: в ра-
йоне Бреста пограничную реку пересекало сразу шесть железнодорожных и
автомобильных мостов. Варшава - Брест - Минск - Смоленск - Москва - это
главное стратегическое направление войны. Мосты в Бресте - это мосты ве-
личайшей стратегической ценности. В районе Бреста строился новый УР. Но
не там, где мосты, а далеко в стороне, там, где никаких мостов нет!
Укрепленные районы "Линии Молотова" были вплотную придвинуты к грани-
це. Укрепленные районы отныне не прикрывались полосой обеспечения, и в
случае внезапного нападения у гарнизонов не было теперь времени для то-
го, чтобы занять свои боевые сооружения и привести оружие в готовность.
В отличие от "Линии Сталина", укрепленные районы на "Линии Молотова"
имели очень небольшую глубину. Все, что можно было построить на самой
границе, на ней и строилось. Тыловые оборонительные рубежи не строились
и даже не планировались. (Генерал-лейтенант В. Ф. Зотов. На СевероЗапад-
ном фронте. Сборник, с. 175). Новые укрепления строились не на тактичес-
ки выгодных для обороны рубежах, но вдоль государственной границы, пов-
торяя все ее изгибы и извилины. Новые боевые сооружения колючей проволо-
кой, минами, рвами, надолбами, ежами и тетраэдрами не прикрывались, и
никакие инженерные заграждения в районе строительства не возводились.
Новые сооружения НЕ МАСКИРОВАЛИСЬ.
Например, во Владимир-Волынском УРе из 97 боевых сооружений было об-
сыпано землей 5-7, остальные были фактически демаскированы" (ВИЖ, 1976,
N 5, с. 91). Если мой читатель будет пересекать советскую границу в ра-
йоне Бреста, то пусть обратит внимание на серые бетонные коробки почти
на самом берегу - это доты южной оконечности Брестского УРа. Они не были
обсыпаны землей тогда, так голыми стоят и по сей день. Раньше доты на
"Линии Сталина" строились тайно вдали от границ, и противник не мог
знать, где находятся укрепления, а где проходы между ними, да и есть ли
вообще такие проходы. Теперь противник мог со своего берега не только
видеть все строительство и точно знать, где находятся укрепления, но мог
с точностью выявить каждое отдельное сооружение и даже установить нап-
равление стрельбы для каждой амбразуры. На основе этого он мог опреде-
лить всю систему огня. Зная направление секторов обстрела, противник мог
выбрать непростреливаемые участки, пробраться к демаскированным дотам и
заткнуть амбразуры мешками с песком, что, кстати, противник и сделал 22
июня 1941 года.
Маршал Советского Союза Г. К. Жуков свидетельствует: "Укрепленные ра-
йоны строятся слишком близко от границы и имеют крайне невыгодную опера-
тивную конфигурацию, особенно в районе Белостокского выступа. Это позво-
ляет противнику ударить из районов Бреста и Сувалки в тыл всей нашей бе-
лостокской группировки. Кроме того, из-за небольшой глубины УРы не могут
долго продержаться, так как они насквозь простреливаются артиллерией"
(Воспоминания и размышления, С. 194).
Если противник может ударить из районов Бреста и Сувалки, то почему
не использовать брошенные старые русские приграничные крепости Брест,
Осовец, Гродно, Перемышль, Каунас? Каждая из этих крепостей по мощи не
уступает Вердену. Каждая из этих крепостей, если ее включить в систему
обороны советских войск, может превратиться в неприступный бастион, по-
вышающий устойчивость всей системы обороны. Помимо старых крепостей в
этих же районах находились старые, не столь мощные, укрепления: капони-
ры, каждый на одну стрелковую роту. Толщина стен и перекрытий - три мет-
ра фортификационного железобетона. Толщина три метра-это не очень много?
Согласен. Но ведь это лучше чем ничего. Если толщина три метра не удов-
летворяет, то ее можно нарастить. Итак, куда же смотрит ГВИУ - Главное
военно-инженерное управление Красной Армии? "Начальник ГВИУ предложил
использовать старые русские приграничные крепости и создать зоны заграж-
дений. Это предложение так никогда и не было принято. Ни к чему, мол."
(И. Г. Старинов. Мины ждут своего часа. С. 177).
В феврале 1941 года должность Начальника Генерального штаба Красной
Армии занял Г. К. Жуков - величайший полководец XX века. В нашем веке не
было ни одного другого генерала или маршала, который находился бы на та-
кой высоте и в то же время не имел ни одного военного поражения. Итак,
великий Жуков (его величие уже доказано на Халхин-Голе внезапным разгро-
мом 6-й японской армии) принял на себя почти верховную военную власть.
Уж он-то наведет порядок на "Линии Молотова"! Но, нет. Не спешите. На
строительстве "Линии Молотова" после прихода Жукова ничего к лучшему не
изменилось. Наоборот, строительство некоторых укрепленных районов, нап-
ример Брестского, было отнесено ко второй очереди (Анфилов, с. 166). Чи-
тателю, знакомому с советской действительностью, не надо объяснять зна-
чения слов "строительство второй очереди". На практике это означает поч-
ти полностью замороженное строительство. Но у этой медали есть и оборот-
ная сторона. Именно о Брестском укрепленном районе известно больше, чем
о других. В частности, из трофейных документов германского 48-го мотори-
зованного корпуса известно, что у германского командования создавалось
совсем другое впечатление: германские войска видели интенсивное строи-
тельство, которое не останавливалось ни днем, ни ночью, причем ночами
"русские строят свои доты при полном освещении".
|
BIGLIB
