 |
от основных полей сражений. Сталин явно на это рассчитывал. Вот почему
9-я армия была самой мощной. Вот почему еще в марте 1941 года, когда 9-я
армия еще официально и не существовала, тут уже появился молоденький, но
исключительно дерзкий генерал-майор Р. Я. Малиновский. Тот самый Мали-
новский, который через четыре года удивит мир потрясающим броском через
пустыню и горы на гигантскую глубину в Маньчжурии.
В 1941 году перед Малиновским и его товарищами по 9-й армии задача
была совсем простая. Им предстояло пройти не 810 километров, как в Мань-
чжурии, а 180; не по пустыне и горам, а по равнине с вполне хорошими до-
рогами. Удар предстояло нанести не по японской армии, а по гораздо более
слабой, румынской. Кроме того, 9-й армии планировалось дать в три раза
больше танков, чем 6-й гвардейской танковой армии досталось в 1945 году.
Гитлер не позволил всему этому случиться. В заявлении германского
правительства, переданном советскому правительству в момент начала вой-
ны, указаны причины германской акции против Советского Союза, среди этих
причин - необоснованная концентрация советских войск на границах Румы-
нии, что представляло собой смертельную опасность для Германии. Все это
не выдумки "пропаганды Геббельса". 9-я сверхударная армия создавалась
исключительно как армия наступательная. Генерал-полковник П. Белов сви-
детельствует, что даже после начала германских операций на советской
территории в 9-й армии "на каждую оборонительную задачу обычно смотрели
как на кратковременную" (ВИЖ, 1959, N11, с. 65). Впрочем, этим страдала
не одна 9-я армия, а все другие советские армии.
Гораздо более интересное сообщение о настроениях в 9-й армии делает
трижды Герой Советского Союза маршал авиации А. И. Покрышкин (в то время
старший лейтенант, заместитель командира истребительной эскадрильи в
составе 9-й армии). Вот его разговор с "недорезанным буржуем", у которо-
го освободители отобрали магазин. Дело происходит на территории "осво-
божденной" Бессарабии весной 1941 года.
- О, Букурешт! Увидели бы вы, какой это город!
- Когда-нибудь его увижу, - ответил я убежденно.
Хозяин широко раскрыл глаза, ожидая, что я скажу дальше. Надо было
менять тему разговора" (А. И. Покрышкин. Небо войны. С. 10).
Мы не хотим верить Гитлеру в том, что он планом "Барбаросса" защищал
Германию от предательского удара советских войск на Бухарест и Плоешти.
В этом случае давайте верить противоположной стороне! А противополож-
ная сторона говорит то же самое: да, даже лейтенанты знали, что скоро
они побывают в Румынии. В качестве туриста советский офицер не имеет
права гулять по заграницам. Советский Союз - это не Российская империя с
ее свободами. В каком же качестве мог Покрышкин попасть в Румынию, кроме
как в качестве "освободителя"? В словах молодого офицера не было никако-
го бахвальства: после войны Старший Брат, товарищ Покрышкин, побывал в
"освобожденном" Бухаресте. Гитлер сделал все что мог, чтобы это предотв-
ратить. Предотвратить не удалось. Удалось только немного оттянуть неиз-
бежное "освобождение".
ГЛАВА 17 ГОРНЫЕ ДИВИЗИИ В СТЕПЯХ УКРАИНЫ.
Эффективными будут воздушные десанты на горных театрах войны. Ввиду
особой привязанности войск, штабов и органов тыла в этих условиях к до-
рогам, возможно применение воздушных десантов для захвата в тылу против-
ника, на его сообщениях и путях, командующих высот, теснин, перевалов,
узлов дорог и т. д., что в итоге может привести к исключительно важным
результатам... Вне рамок наступательной операции выброска десанта едва
ли вообще целесообразна.
Военный вестник, 1940, N 4, с. 76-77
Даже беглое знакомство с советскими армиями Первого стратегического
эшелона открывает перед нами удивительную картину кропотливой подготовки
к войне. Мы обнаруживаем, что каждая армия имела свою неповторимую
структуру, свой характер, свое предназначение. Каждая армия "прикрытия"
создавалась для решения четко определенной, только ей присущей задачи в
предстоящей "освободительной" войне.
Опубликовано достаточно материалов, для того чтобы о каждой из трид-
цати советских армий, существовавших в первой половине 1941 года, напи-
сать отдельное увлекательное исследование. Если изучить структуру, дис-
локацию, направленность" боевой подготовки даже одной советской армии
(все равно какой), то и тогда "освободительная" направленность советских
приготовлений будет очевидна.
Не имея места описывать все армии в первом томе, я сейчас позволю се-
бе только очень коротко остановиться на одной из них. Официально она
именуется 12-я армия. В ее составе один механизированный и два стрелко-
вых корпуса и другие части; всего дивизий - девять, в том числе две тан-
ковые и одна моторизованная. С первого взгляда - обычная армия вторже-
ния. Ни по номеру, ни по названию, ни по составу не отличимая от других
таких же армий вторжения. История ее стандартна: создана в момент подпи-
сания пакта Молотова-Риббентропа. Через несколько недель после создания
- в деле: "освобождает" Польшу. Тогда в ее составе был танковый корпус,
две отдельные танковые бригады, два кавалерийских корпуса и три стрелко-
вые дивизии. Мало пехоты и артиллерии - это неспроста: проламывать мощ-
ную оборону тут не надо. Зато вот подвижных войск много. "12-я армия...
являлась по существу, фронтовой подвижной группой" (СБЭ. Т. 8, с. 181).
Стандартна и дальнейшая судьба этой армии: "освободительный поход" в
Польше завершился, а армию по каким-то причинам не расформировали, так и
оставив на германской границе. Зачем? Говорят, что Сталин, наивный, Гит-
леру верит. Отчего же он не распускает свои армии, которые создаются
только на случай войны?
Далее 12-я армия переживает такую же трансформацию, как и все сосед-
ние армии вторжения. Ее главный ударный механизм теперь называется не
танковым корпусом, а механизированным. Это чтобы лидеры сопредельного
дружественного государства не беспокоились. Правда, изменение названия
влечет за собой не уменьшение количества танков в армии, а увеличение.
Кавалерия из армии убрана. Возможности рвать оборону противника повыше-
ны: количество стрелковых дивизий увеличено вдвое, количество артиллерии
в каждой дивизии тоже увеличено вдвое, кроме того, армия получила в свой
состав артиллерийскую бригаду и четыре отдельных артиллерийских полка.
Возможности преодолевать инженерные заграждения противника тоже возросли
- в армию введен отдельный инженерный полк.
Что же в этой армии необычного? Все армии вторжения развивались при-
мерно в том же направлении. Необычным является национальный состав ар-
мии. В 1939 году, готовясь к вторжению в Польшу, Сталин укомплектовал
12-ю армию украинцами, видимо, рассчитывая на давнюю польско-украинскую
рознь. Во главе армии встал С. К. Тимошенко, а рядом с ним мы находим
множество командиров украинского происхождения. Армия создавалась на Ук-
раине. Поэтому и резервистов тоже призвала отсюда, и они составляли в
12-й армии устойчивое большинство.
После "освобождения" Польши происходит медленный и почти незаметный
процесс изменения национального состава 12-й армии. Уже в 1940 году мы
видим очень глубокие изменения. Чтобы не бросалась в глаза национальная
особенность этой армии, во главе ее и на некоторых ключевых постах стоят
русские. Но армия по своему большинству уже не украинская, и не русская.
Она кавказская. В других армиях тоже встречаются грузины, армяне, азер-
байджанцы. Но в 12-й армии это чувствуется особенно ясно. Фамилии офице-
ров типа Парцвания, Григорян, Кабалава, Гусейн-заде, Саркошьян мы встре-
чаем десятками и сотнями. И не только на уровне командиров рот и баталь-
онов. Командующий округом генерал армии Г. К. Жуков отыскал среди препо-
давателей военной академии своего давнего друга армянина, полковника И.
X. Баграмяна, и послал его начальником оперативного отдела (планирование
войны) в штаб не какой-то, а именно 12-й армии. А там уже не только пол-
ковники кавказские есть, но и немало генералов.
Сам начальник штаба армии генерал Баграт Арушунян - с Кавказа.
Командующий округом Г. К. Жуков частый гость в этой армии и совсем
неспроста он собирает в ней уроженцев Кавказа - армия тайно, но неуклон-
но превращается в горную армию. Жуков лично требует от командования ар-
мии досконального знания карпатских перевалов, и не только по описаниям,
но на практике. Он приказывает "направить осенью через перевалы по всем
более или менее проходимым машрутам специально скомплектованные группы,
составленные из различных боевых машин и транспортных средств, чтобы
убедиться на практике в возможности преодоления их танками, автомашина-
ми, тракторами, гужевым транспортом и вьючными животными" (Маршал Со-
ветского Союза И. X. Баграмян. ВИЖ, 1967, N 1, с. 54). Речь идет о 1940
годе. Гитлер воюет во Франции, повернувшись спиной к Советскому Союзу, а
Жуков проводит эксперименты по преодолению горных перевалов. Жуков, ко-
нечно, не знал, что совсем недавно германские генералы проводили тайно
точно такие же эксперименты, чтобы иметь уверенность, что войска, танки,
артиллерийские тракторы, транспорт могут пройти через Ардены.
Но, может быть, Жуков готовит 12-ю армию для "обороны" ? Нет. Багра-
мян, отвечающий за планы войны, свидетельствует: "Изучая оперативные
планы, я был поражен следующим фактом: наша пограничная армия не имеет
плана развертывания и прикрытия границы". "Изучая планы" означает, что
сейф оперативного отдела 12-й армии не был пуст. Там были планы. С ними
нельзя было просто бегло ознакомиться. Это были сложные документы, кото-
рые надо было изучать. Но вот среди планов войны оборонительных планов
не было.
Интересно описание учений 12-й армии, на которые приезжает лично Жу-
ков. Отрабатываются только наступательные задачи, причем на картах война
идет на германской территории. Первое, с чего начинается проигрыш на
картах: форсирование советскими войсками пограничной реки Сан. Военная
игра идет не против некоего вымышленного противника, а против реального,
с использованием совершенно секретной разведывательной информации. Между
Жуковым и командующим армии возникают разногласия. Нет, нет, не о том -
наступать или обороняться. Командующий армией Парусинов настаивает: "Мы
должны стремиться нанести противнику максимальный урон в результате уже
первого удара". Мудрый Жуков понимает, что это благие намерения, нано-
сить удар надо, но не на широком фронте, а на очень узком. Об этом и
спор.
Разгромив командующего армией теоретически, Жуков на этом не остано-
вился. Парусинова вскоре сместили с командования армией, а на его место
ставится старый друг Жукова генерал П. Г. Понеделин.
После этого эксперименты по преодолению горных перевалов продолжают-
ся. Ими лично руководит Баграмян. В ходе этих экспериментов он оказыва-
ется на государственной границе, где наблюдает "явную демонстрацию обо-
ронительных работ" - строительство железобетонных укреплений на самом
берегу пограничной реки так, чтобы противник хорошо видел.
Удивительная вещь: Жукова интересуют перевалы и их проходимость. Но
отнюдь не с оборонительной точки зрения. Если бы Жукову нужно было сде-
лать перевалы, непроходимыми для противника, то надо было бросить войска
в горы и перекопать все горные тропы и дороги и строить железобетонные
укрепления не в долине у самой реки, а в районе этих самых перевалов! И
экономнее, и противник строительства не обнаружит, и преодолеть перевалы
не сможет. Впрочем, неужели кто-то будет атаковать Советский Союз через
горные хребты, если открытых пространств и без того множество? А вот для
советского командования горы имеют исключительную ценность: Германия и
ее главный источник нефти разделены двойным барьером гор: в Чехословакии
и в самой Румынии. Удар советских войск через горы для Германии смерте-
лен.
Пройти по своим горным перевалам и перехватить перевалы в Чехослова-
кии или Румынии означает то же самое, что порвать нефтяную аорту.
Маршал Советского Союза Г. К. Жуков: "Слабым местом Германии была до-
быча нефти, но это в какой-то степени компенсировалось импортом румынс-
кой нефти" (Воспоминания и размышления. С. 224). Все гениальное - прос-
то. Жуков не имел ни одного военного поражения в своей жизни потому, что
всегда следовал очень простому принципу: найти слабое место у противника
и внезапно по нему ударить.
Жуков знает слабое место Германии: вот почему эксперименты в горах
продолжаются. Возможности каждого рода войск, каждого типа боевых и
транспортных машин в условиях карпатских перевалов изучаются на научной
основе. Устанавливаются и тщательно проверяются стандарты, отрабатывают-
ся рекомендации войскам. Время преодоления различными типами машин кар-
патских перевалов тщательно фиксируется и анализируется. Все это, конеч-
но, очень нужно для планирования наступательных операций, причем опера-
ций молниеносных. Тут, как при подготовке ограбления банка, надо учесть
все мельчайшие детали и рассчитать все с большой точностью. Именно этим
и занимается Баграмян на перевалах: фиксирует время, чтобы планирование
опиралось на совершенно конкретный опыт. Попутно надо отметить, что для
обороны все это совершенно не нужно. Если бы потребовалось оборонять
карпатские перевалы от противника, то скорости замерять не надо. Нужно
сказать солдатам: сидите тут, и врага не пропустите. Сидите год, два,
|
BIGLIB
