 |
чтобы демонстративное строительство прекратили. Но нет, не заорал. Нет
бы, встретив Жукова, сказать: "Георгий Константинович, беда! Идиоты ук-
репления на самой границе строят, миллионы те укрепления для страны сто-
ят, но подавят их артиллерией в первый час войны, ибо знает противник
положение каждого дота! И тебя за это расстреляют, и меня!" Но не стал
Баграмян кричать и ногами топать. 22 июня именно так и случилось - ук-
репления накрыли, но не расстрелял Сталин Баграмяна и Жукова, не тронул,
наоборот, возвысил. Из этого следует, что такое строительство, чтобы
противник все хорошо видел, это не идиотизм, не неграмотность, а нечто
другое.
Друзья Советского Союза объявили, что советские войска не рыли око-
пов, т. к. Сталин делал все, чтобы случайно не спровоцировать войну. Но
обычный окоп с железобетонными укреплениями не идет ни в какое сравне-
ние. Сталин строит демонстративно гигантскую оборонительную полосу и не
боится, что это послужит поводом для германского нападения. Почему же
войскам не дать приказ зарыться в землю? В сравнении с новой линией же-
лезобетонных укреплений окопы ситуацию политическую никак не могут омра-
чить. Но нет. Войскам прибывающим не давали приказа зарываться в землю.
Их прятали в лесах. То, что для обороны, - преднамеренно покажем против-
нику, а прибывающие войска пусть никто не видит, - значит, эти войска не
для обороны, а для других целей.
Странный контраст - назойливые демонстрации обороны у самых границ и
уничтоженная шифровка в штабе военного округа. А ведь это две стороны
одной медали. У Жукова так было раньше и так было потом всегда: усилен-
ная подготовка обороны так, чтобы хорошо видел противник, и в то же вре-
мя тайная концентрация прибывающих войск в лесах для внезапного удара.
Удары Жукова были всегда так внезапны...
13 июня Молотов вызвал к себе германского посла и передал ему текст
Сообщения ТАСС (В. Хвостов и генерал-майор А. Грылев. "Коммунист", 1968,
N 12, с. 68). В Сообщении говорится, что Германия не хочет напасть на
СССР, СССР не хочет напасть на Германию, но "враждебные СССР и Германии
силы, заинтересованные в развязывании и расширении войны", пытаются их
поссорить, распространяя провокационные слухи о близости войны. В Сооб-
щении "эти враждебные силы" названы по именам: "Британский посол в Моск-
ве г. Криппс", "Лондон", "английская пресса".
Наше исследование будет неполным, если 13 июня 1941 года мы не побы-
ваем в Лондоне.
Резонно предположить, что 13 июня состоялась встреча в Лондоне между
советским послом И. М. Майским и министром иностранных дел Великобрита-
нии А. Иденом. На встрече Майский бросает на стол Сообщение ТАСС, стучит
кулаком по столу, топает ногами и требует убрать посла Криппса из Моск-
вы, не сеять рознь между хорошими друзьями, Сталиным и Гитлером, прекра-
тить провокационные слухи о войне между СССР и Германией. Вы так предс-
тавляете эту встречу? Вы ошибаетесь. Дело обстояло совсем по-другому.
13 июня 1941 года действительно состоялась встреча между Майским и
Иденом. Майский Сообщение ТАСС британскому правительству не передал, но-
гами не топал и кулаком не стучал. Встреча прошла в дружественной обста-
новке. Обсуждался серьезный вопрос: меры, которые предпримет Великобри-
тания для помощи Красной Армии, "если в ближайшем будущем начнется война
между СССР и Германией". Среди конкретных мер: прямые боевые действия
британской авиации в интересах Красной Армии, военные поставки, коорди-
нация действий военного командования двух стран (История второй мировой
войны (1939-1945). Т. 3, с. 352).
13 июня сталинская дипломатия закладывает фундамент того, что вскоре
будет названо термином "антигитлеровская коалиция". Со стороны Великоб-
ритании ничего плохого в этом нет: Великобритания ведет войну против
Гитлера. Но Советский Союз ведет грязную игру. С Германией заключен пакт
о ненападении и немедленно после этого - договор о дружбе. Если советс-
кое правительство считает, что эти документы больше не отвечают реально
сложившейся ситуации, их надо аннулировать. Но Сталин этого не делает,
он уверяет Гитлера в пылкой дружбе и разоблачает в Сообщении ТАСС тех,
"кто хочет расширения войны". В это же время в Лондоне ведутся перегово-
ры о военном союзе с противником Германии, о конкретных военных мерах
против Германии. Удивительно: еще до нападения Гитлера на СССР!
За нейтральностью дипломатического тона скрываются вполне серьезные
вещи. Совсем недавно советская дипломатия вела с Германией переговоры о
Польше: "...если на территории Польского государства произойдут измене-
ния..." Теперь настало время, когда советские дипломаты заговорили о
Германии за ее спиной подобным тоном. Удивительно, что на переговорах в
Лондоне обе стороны употребляют термин "если начнется война", вместо
"если Германия нападет". Другими словами, собеседники совсем не исключа-
ют того, что война может начаться не путем германской агрессии, а ка-
ким-то другим образом. Интересно, что на переговорах в Лондоне СССР ста-
вится на первое место: "если возникнет война между СССР и Германией",
именно так же говорится в Сообщении ТАСС: "слухи о близости войны между
СССР и Германией". Почему не сказать наоборот: между Германией и СССР,
если предполагается, что Германия будет агрессором?
Может быть, кто-то и тут возразит, что советский посол ведет разгово-
ры без ведома Сталина, превышая полномочия, как те советские генералы,
которые стягивают свои войска к границам, "не поставив Сталина в извест-
ность"? Нет. В данном случае номер не пройдет. Сам Майский подчеркивает,
что, отправляясь в Лондон еще в 1932 году, он имел встречу с М. М. Лит-
виновым. Нарком иностранных дел Литвинов предупредил И. М. Майского о
том, что он будет выполнять инструкции не Литвинова, а "более высоких
инстанций". "Более высокими" в то время были только Молотов (глава пра-
вительства, в котором Литвинов был членом) и Сталин. В 1941 году Литви-
нова уже выгнали, остались только "более высокие инстанции" - Молотов и
Сталин. Сам Майский пережил чистки и просидел на своем посту очень дол-
го, сохранив при этом голову только потому, что инструкций "вышестоящих
инстанций" не нарушал.
Чтобы окончательно составить себе представление о товарище Майском и
советской дипломатии вообще, нужно добавить, что, вернувшись в Москву
после 11 лет работы в Лондоне, он сопровождал Сталина на встречи с Чер-
чиллем и Рузвельтом, требуя усиления помощи. А потом написал книгу: "Кто
помогал Гитлеру".
Из этой книги мы узнаем, что Вторую мировую войну Гитлер сам начать
не смог бы - Великобритания и Франция ему помогли. Далее советский посол
перекладывает вину за "бесчисленные жертвы и страдания" на плечи страны,
которая предлагала военную и экономическую помощь Сталину еще 13 июня
1941 года.
Сообщение ТАСС имеет целью прекратить слухи о неизбежной войне между
СССР и Германией. Сталин решительно боролся с этими слухами. Начало июня
- это внезапная вспышка террора в Москве. Полетели головы, в том числе и
очень знаменитые.
Перед Гитлером стояла та же самая проблема. Приготовления к войне
скрыть трудно. Люди их видят, высказывают всякие предположения. 24 апре-
ля германский военно-морской атташе направил тревожное сообщение в Бер-
лин о том, что он борется с "явно нелепыми слухами о предстоящей герма-
но-советской войне". 2 мая посол Шуленбург докладывает о том, что он бо-
рется со слухами, но все германские сотрудники, приезжающие из Германии,
привозят "не только слухи, но и подтверждающие их факты".
24 мая глава департамента иностранной прессы Министерства пропаганды
Германии Карл Бемер в пьяном виде что-то говорил лишнее об отношениях с
Советским Союзом. Он был немедленно арестован. Гитлер лично занимался
этим делом и, по словам Геббельса, придал этому событию "слишком серьез-
ное значение". 13 июня 1941 года, в день, когда передавалось Сообщение
ТАСС о том, что войны не будет, Карл Бемер предстал перед Народным судом
(потрясающе: народный суд, точно, как в Советском Союзе) и объявил свои
речи пьяным бредом: конечно, никакой войны между Германией и Советским
Союзом не будет! Это не спасло беднягу Бемера от жестокого наказания,
которое послужило хорошим уроком всей Германии: войны не будет! войны не
будет! войны не будет! А чтобы ни у кого не было сомнений и за рубежом,
Риббентроп разослал 15 июня совершенно секретные телеграммы своим пос-
лам: намечаются крупнейшие переговоры с Москвой. Послы должны под вели-
чайшим секретом это сообщить кое-кому. Например, советник германского
посольства в Будапеште, как особую тайну обязан был сообщить эту новость
президенту Венгрии.
Принципы дезинформации для всех одинаковы: если не хочешь, чтобы сек-
рет узнал враг, скрывай его и от друзей! И вот на следующий день после
Сообщения ТАСС Германия предпринимает преднамеренную дезинформацию своей
дипломатии и своих военных союзников. Мы знаем, что советское высшее ко-
мандование делало то же самое в отношении советских войск.
Вглядываясь во мрак истории социализма германского и социализма со-
ветского, мы находим потрясающие сходства не только в лозунгах, песнях,
идеологии, но и в исторических событиях. В истории национал-социализма
есть событие, очень похожее на Сообщение ТАСС. 8 мая 1940 года германс-
кое радио объявило о том, что Великобритания намечает вторжение в Нидер-
ланды. Далее следовало самое интересное: сведения о том, что две гер-
манские армии перебрасываются к границам Голландии - это "нелепые слу-
хи", пущенные в ход "британскими поджигателями войны". Что случилось
после этого - хорошо известно. Это сообщение германского радио и сообще-
ние советского радио повторяют друг друга почти слово в слово. Главная
мысль: мы не перебрасываем войска, это придумали "британские поджигатели
войны". Я знаю, что сравнение - это не доказательство, но в данном слу-
чае два сообщения не только похожи, это почти копии.
Советские историки после моих первых публикаций закричали: да, выдви-
жение советских войск происходило, но советские историки давно дали
удовлетворительное (оборонительное) объяснение этой акции, поэтому не
надо искать никакого другого объяснения, все и так понятно.
Нет, братцы! Не все понятно. И никто в Советском Союзе никогда не дал
удовлетворительного объяснения. Именно отсутствие объяснения этих дейс-
твий привлекло мое внимание. У советских генералов и маршалов не только
нет объяснения, но ни один из них ни разу не назвал точное количество
дивизий, принимавших участие в этом огромном движении: 1911 Ни один из
них никогда не назвал и приблизительную цифру. Можем ли мы ожидать от
генерала удовлетворительное объяснение, если он или не знает, или созна-
тельно скрывает истинный размах происходящих событий.
Выдающийся советский знаток начального периода войны В. А. Анфилов
говорит о Западном особом военном округе: "Из внутренних районов округа
в соответствии с директивой наркома обороны на запад выдвигались десять
стрелковых дивизий" (Бессмертный подвиг. С. 189), Тут же он говорит про
соседний Прибалтийский особый военный округ: "Ближе к границе выдвига-
лись четыре стрелковые дивизии (23-я, 48-я, 126-я, 128-я)".
Все правильно, и мы найдем множество подтверждений, что дело обстояло
именно так. Но разве в Прибалтийском особом военном округе, кроме того
не выдвигались к границе 11-я и 183-я стрелковые дивизии? Разве все тан-
ковые и моторизованные дивизии в это время стояли на месте?
Некоторые советские маршалы, включая Г. К. Жукова, говорят, что из
глубины страны выдвигались 28 стрелковых дивизий. Сущая правда. Но не
вся. Маршал Советского Союза А. М. Василевский подчеркивает, что 28 ди-
визий только "положили начало выполнению плана сосредоточения" (Дело
всей жизни. С. 119). 28 дивизий - это только начало. Мы знаем, что было
и продолжение, которое во много раз превосходило начало, но маршал Васи-
левский, сказав немного, замолкает и точных цифр мы у него не найдем.
Для того чтобы дать объяснение явлению, нужно сначала точно опреде-
лить его размеры. Любой исследователь, который пытается объяснить выдви-
жение советских войск и Сообщение ТАСС, прикрывающее это движение, не
может приниматься нами всерьез до тех пор, пока он не попытается хотя бы
приблизительно суммировать все, что об этом движении известно и открыто
опубликовано.
Не удовлетворившись объяснениями экспертов в данном вопросе, я обра-
тился к мемуарам генералов и маршалов, которые принимали участие в этом
движении или им руководили. Тут-то я и обнаружил удивительную гибкость
советской исторической науки и советских мемуаристов, которые от ответа
уклонились.
Примеры.
Командующий войсками Одесского военного округа генерал-полковник Я.
Т. Черевиченко 9-12 июня находился в Крыму, где принимал войска 9-го
особого стрелкового корпуса. Это мы знаем от Маршала Советского Союза М.
В. Захарова ("Вопросы истории", 1970, N 5, с. 44). К этому корпусу мы
еще вернемся. Корпус был очень необычным и не зря носил официальное наз-
вание "особый". Но попробуйте найти хоть одну строчку у генедала Я.Т.Че-
ревиченко об этом событии. Генерал по какой-то причине об этом умалчива-
ет. Кстати, это тот самый Черевиченко, который принимает прибывающий
корпус, но не знает, что на территории его округа тайно сосредоточивает-
ся целая армия генерал-лейтенанта И. С. Конева и его заместителя гене-
рал-лейтенанта Макса Рейтера.
И. С. Конев стал во время войны Маршалом Советского Союза, мы хватаем
его книгу в надежде найти объяснения того, как он оказался в чужом окру-
ге со своими "Аннушками" и зачем; но с удивлением обнаруживаем, что мар-
|
BIGLIB
