 |
 |
Лабиринт
Автор ""
Размер 263414 Байт
Страница 17 из 23
|
 |
ха подготовить доклад о масштабах вовлеченности Японии в бое-
вые действия в Китае. Гиммлер получил разрешение на самостоя-
тельную разработку предложений китайцев, ибо он резонно указал
Гитлеру, что на нынешней стадии вопрос касался прежде всего
секретных служб и должен таковым оставаться. Таким образом
Гиммлеру удалось вывести Риббентропа из игры.
Как бы то ни было, восемь дней спустя Гитлер переменил
свое решение. Оба предложения должны были рассматриваться од-
новременно. И в том, и в другом случае главная роль отводилась
бы разведке. Но Гитлер не хотел держать в неведении Риббентро-
па; с ним следовало установить контакт. Он уже попросил Риб-
бентропа обсудить китайские предложения со своим большим дру-
гом, японским послом в Берлине Ошимой(Oshima).
Тем временем японцы заявили о готовности вступить в пере-
говоры с Китаем, но как и ожидалось, они потребовали конкрет-
ных предложений.
Из-за этого Янке вновь отправился в Швейцарию. Создава-
лось впечатление, что делал это он очень неохотно, не желая
вообще казаться участником этого дела. Поэтому он ехал в Швей-
царию под видом представителя большой аргентинской фирмы по
торговле зерном. Пока он находился в Швейцарии, я получил пот-
рясающее разведывательное донесение. Удививший меня документ.
На тридцати страницах были тщательно подобраны доказательства
того, что Янке являлся высокопоставленным британским агентом,
и действительной целью его поездки в Швейцарию было получить
новые инструкции.
Я сразу же распорядился об организации тщательного наблю-
дения за Янке и о строгом контроле над всеми его перемещениями
по Швейцарии. Однако ничего из ряда вон вяходящего обнаружить
не удалось, да и последующая его работа в разведке не свиде-
тельствовала ни о чем подозрительном. В то время я не стал пе-
редавать донесение моему начальству, решив, что даже если оно
справедливо, я буду продолжать сотрудничать с Янке. В конце
концов, я отдал донесение самому Янке; пока он читал его, я
внимательно изучал его реакцию и выражение лица. Я настолько
хорошо его знал, что малейший признак его вины, едва ли бы от
меня ускользнул. Но поведение Янке было абсолютно естествен-
ным. Трудно обьяснить это лишь исключительно сильными нервами.
Янке поблагодарил меня, как мне показалось, весьма зага-
дочным образом:"В конце концов, человек на вашем посту - это
всего лишь человек. Никто не знает, что таится в душе другого.
В вашем положении вы сталкиваетесь с проблемами, которые може-
те решить только вы. Вся ваша жизнь приучала вас быть подозри-
тельным, ноя думаю, вы способны эту привычку преодолеть. Все
решает характер человека, и в этом отношении вы можете дове-
риться своей интуиции."
Он вернулся из Швейцарии на редкость быстро, видимо, ра-
зочарованный исходом своей поездки. Китайцы требовали полного
вывода всех японских войск и освобождения всех китайских пор-
тов. Предлагалось предоставить японцам определенные права
пользования портами, устанавливаемые по взаимному согласию. Я
решил, что эти требования заходят слишком далеко. Как мне ка-
залось, даже в качестве чисто тактического шага, китайцы брали
на себя слишком много, и мы существенно умерили их требования.
Переговоры между Риббентропом и японцами не дали нужного
результата. Янке требовал быстрых действий, и я старался пото-
ропить Гиммлера и Риббентропа. Наконец, в июне 1942 г. японцы
передали нам вопросы, которые они хотели прояснить. На многие
из них от имени китайцев смог очень быстро ответить Янке, на
остальные ответил сам Чан Кай-ши. Постольку, поскольку было
слишком сложно вести переговоры по таким вопросам по радио,
было решено направить специального эмиссара. До середины сен-
тября мне удавалось поддерживать заинтересованность японцев,
главным образом, повторяя старые аргументы. Тем временем ки-
тайцы передавали послания, не содержавшие информации о запра-
шиваемых деталях. Янке был уверен, что китайский посланец с
разьяснениями этих деталей и новыми полномочиями уже находился
в пути.
Но в сентябре 1942 г., несмотря на все наши попытки выиг-
рать побольше времени, японцы внезапно обьявили, что их более
эта история не интересует. Все наши попытки поддержать диалог
не дали результата. Дверь захлопнулась. Я не знал о причинах
такого решения, но, в конечном итоге, пришел к заключению, что
в дело вмешался Генеральный штаб, решивший в этот момент на-
чать наступление, которое должно было связать район Ханькоу с
Индокитаем. Это наступление началось еще до конца года.
26. Операция "Цеппелин"
Претензии к службам СД - ЕЕ функции и задачи - Подготовка
русских военнопленных для работы на Германию - Теория парти-
занской войны - споры с русскими пленными - Планы диверсий на
предприятиях тяжелой промышленности - "Армия" полковника
Власова - "Дружина" - Институт Ванзее - Доклад о положении
России - Гиммлер критикует мой отдел.
Несмотря на впечатляющие успехи наших войск на восточном
фронте, к лету 1042 г. для людей осведомленных стало очевидно,
что наше положение осложняется. Во-первых мы были сильно удив-
лены боеспособностью и еще более - количеством русских войск.
Во вторых, сопротивление в германском тылу, ранее выражавшееся
в периодических акциях отдельных подразделений, переросло в
хорошо организованную партизанскую войну, связывавшую силы бе-
зопасности, которые были нужны повсюду.
Гиммлер и Гейдрих давили на меня, требуя боевых разведы-
вательных, ибо получаемого материала не хватало. По их мнению,
мы не имели точной информации ни о политической ситуации, ни о
военном производстве. Усиление активности партизан и серьезные
нарушения коммуникаций свидетельствовали лишь о нашей
неспособности нанести ответный удар, на что очень настойчиво
обращали внимание фюрера.
Состоялось несколько довольно резких разговоров с Гейдри-
хом, а позднее - с Гиммлером относительно того, что обьем и
результаты работы разведки не отвечают требованиям ситуации на
фронтах.
Особенно Гиммлера интересовало, почему наши разведдонесе-
ния о Советском Союзе настолько неточны. Он снова напомнил мне
слова фюрера:"Мы должны покончить с русскими прежде, чем в де-
ло вступят другие." Я сказал ему, что причина неадекватности
информации - в недостаточной материальной и кадровой поддерж-
ки. Если офицеры по кадрам утверждали, будто передали мне сот-
ни людей, это было недостаточно. Сама по себе численность зна-
чила не слишком много, перед нами стояла задача подготовки ог-
ромного количества иностранцев, лингвистов и других специа-
листов, к тому же мы испытывали серьезный недостаток техни-
ческого оснащения. Что же другое могло из этого выйти? Доста-
точной подготовки к войне не велось, да и нельзя было мгновен-
но ликвидировать отставание, складывавшееся годами. Наша ин-
формационная сеть с центрами в Швеции, Финляндии, на Балканах
и в Турции действовала на полную мощность, однако достаточно
четкой картины, пригодной для долгосрочного планирования, нам
не давали.
Меня просили обратить особое внимание на разведку не-
посредственно во фронтовой полосе, при этом, однако, не отда-
валось отчета, с какими трудностями сталкивалась такая дея-
тельность. Наши сотрудники, ни в количественном отношении ни с
точки зрения их подготовки не отвечали предьявлявшимся требо-
ваниям, к тому же постепенному и неклонному развертыванию на-
шей работы мешали торопливые и противоречивые команды сверху.
С другой стороны, нам приходилось считаться с тщательнйо и не-
усыпной контрразведывательной деятельностью русской тайной по-
лиции.
Разведывательную работу против России курировали три сек-
тора. В задачу первого сектора входил сбор и, координация ин-
формации, поставляемой нашими постоянными агентами в разных
странах. Мы стремились собрать как можно больше информации, и
секретной и открытой. Источниками открытой информации были га-
зеты, официальная статистика, книги и другие публикации. Тако-
го рода сведения, как правило, были необходимы в целях дол-
госрочного анализа, и от работавших с ними требовался высокий
уровень интеллекта. Они должны были принадлежать к разным на-
циональностям, поэтому приходилось их использовать, невзирая
на их расовую, религиозную и т.п. принадлежность. Для осущест-
вления этой работы во всех столицах Европы были организованы
информационные центры наподобие Берлинского.
Через один из таких центров, о существовании которого бы-
ло известно только третьим сотрудникам в Берлине, мы имели
прямую связь с двумя офицерами генерального штаба маршала Ро-
коссовского. Любопытно, что оба выражали сомнение в лояльности
последнего к Сталину. Предполагалось, что сам Рокоссовский,
бывший офицер царской армии, провел несколько лет в Сибири.
Позднее, когда мне подчинили военный сектор адмирала Ка-
нариса, появился и еще один важный центр. Во главе его стоял
немецкий еврей, который работал уникальным образом. Штат цент-
ра состоял из двух человек, все здесь было механизировано. Ин-
формациооная сеть охватывала разные страны и проникала во все
слои общества. Он своевременно получал точные донесения из
высшего командования русской армии, особое значение которым
придавал аналитический отдел нашего армейского главнокомандо-
вания. Этот человек действительно работал мастерски. Он мог
добывать и развернутые стратегические планы, и детали о перед-
вижении войск вплоть до дивизионного уровня; его донесения
обычно на 2-3 недели опережали события, так что наше руко-
водство было в состоянии предпринять контрмеры, или я должен
уточнить - могло предпринять, если бы Гитлер обращал на такую
информацию побольше внимания. Я должен был биться как лев,
чтобы защитить такого ценного специалиста от Мюллера и спасти
его от интриганов из моего отдела и Люфтваффе. за Кальтенбрун-
нером и Мюллером стояли люди, решившие избавиться от "еврея".
В качестве предлога использовалось не только его еврейское
происхождение, но и самые вероломные утверждения, будто он
участвует в широкомасштабной акции по дезинформации, осущест-
вляемой русской разведкой. Предполагалось, что длительное вре-
мя нас нарочно снабжали достоверными сведениями, чтобы сбить с
толку в решающий момент подсунув ложную информацию.
Второй сектор отвечал за операцию "Цеппелин". Ее главной
целью была заброска в советский тыл крупных формирований из
русских пленных. Они получили статус германских военнослужа-
щих, униформу вермахта, их отлично кормили, предоставляли
чистое жилье, демонстрировали пропагандистские фильмы и давали
возможность путешествовать по Германии. Тем временем, от-
ветственные за их подготовку с помощью информаторов могли вы-
яснить их действительное настроение: хотели ли они всего лишь
попользоваться предоставленными преимуществами, стали ли они
противниками сталинистской системы; или же разрываемые внут-
ренним конфликтом, колебались между двумя идеологиями - нациз-
мом и сталинизмом.
Получив необходимую подготовку и снаряжение, они должны
были последовать на Восточный фронт и использоваться для сбора
информации и проникновения в русские, партизанские отряды -
главной задачей операции "Цеппелин" была борьба с партизанами.
Учитывая, что предстояло действовать на огромных территориях,
и неизбежны большие потери, готовились также специальные груп-
пы для особых разведывательных миссий, в том числе для уста-
новления контактов с германскими эмигрантами в России.
Для осуществления этого плана было создано три подразде-
ления, "Юг", "Центральное", "Север". Эти подразделения, кото-
рые должны были заниматься саботажем, подрывной деятельностью
и сбором информации, предстояло перебрасывать через линию
|
