 |
пролетарские партии имеют большинство, равновесие их постоянно бывает
лишь временным, ибо в непримиримости их экономических тенденций лежит
повод к уничтожению этого равновесия при первом удобном случае. Поэтому
и демократия означает собою, что большинство господствует над
меньшинством, и, когда его положение становится критическим, оно прибе-
гает к диктатуре, к чрезвычайному положению, к военному суду и пр. В де-
мократическом буржуазном государстве и сейчас (и прежде) господствует
буржуазная диктатура, точно так же, как в пролетарском государстве будет
господствовать диктатура пролетарская. Демократия и диктатура, таким об-
разом, в классовом государстве не являются противоположными понятиями, и
речь может итти только о том, чтобы найти предпосылки к диктатуре проле-
тариата. Будет ли она при том проведена в "демократической" или другой
форме, является вопросом несущественным и от воли нашей независящим. При
таком освещении исчезает ряд проблем, которые до сих пор раз'единяют
пролетариат.
"Демократия" более - не принципиальный вопрос, парламентаризм - не
место ловли для политической работы, - конечно, при всем этом для запад-
но- и центрально-европейского рабочего класса эти понятия не теряют со-
вершенно исключительного практического значения. Не кто иной, как Ленин,
подчеркнул это с особенной резкостью. Он называл долгом "разрушить бур-
жуазно-демократические и парламентские предрассудки" масс, но не для то-
го, чтобы отстраняться от парламента, а, напротив, работать в этом осоз-
нании. Ленин никогда не играл в демагогию, говоря рабочим: "Вся власть
Советам" или "Необходимо в одну ночь заменить парламентскую систему со-
ветской". Надо только прочесть, как он в своей книге "Детская болезнь
"левизны" в коммунизме" осуждает эту тактику германских и австрийских
"коммунистов", но отрицание этой демагогии не может отвергать духа поли-
тической критики демократии и происходящей благодаря ей легализованности
движения, для которого еще Энгельс нашел жестокие слова. Борьба с пут-
чизмом у одних не должна выродиться в трусость собственного политическо-
го мышления, - что приведет к могиле всякое понимание марксистского го-
сударственного устройства и пролетарской классовой борьбы. Кто продумает
эти оба понятия со всеми условиями классового принципа, - этим мы обяза-
ны точке зрения Маркса, - тот найдет основание, почему Ленина, который
впервые осуществил эти особенности понимания, назовут за раскрепощение
политической мысли от массы предрассудков и мнимых задач не в меньшей
степени духовным освободителем, чем социалистом. Если кто-нибудь пугает-
ся тоги террора, одевающей его фигуру, то пусть тот поучится именно у
него, тоги террора, одевающей его фигуру, то пусть тот поучится именно у
него, равно как и демократические, ибо они были классовыми движениями, и
что если необходимо быть террору, то красный террор все-таки оставляет
больше надежды, чем белый, безотносительно от того, что он никогда не
бывает столь кровав, как белый.
5.
Значение Ленина для России и ее освобождения - ныне исторический и
незыблемый факт, не подвергающийся спорам партий и классовых воззрений.
Если историческим смыслом каждой революции является дать свободу и прос-
тор, уничтожая и отбрасывая пережитые и тормозящие законоположения и
формы жизни для дальнейшего развития общества, - то не было более ради-
кальной революции, чем русская, не было более беспощадного уничтожения
старого мира, чем через большевизм. Это целиком дело Ленина, который
взял в руки могучую инициативу в октябре 1917 года, в тот момент, когда
даже его друзья еще колебались; его стихийная смелость, в соединении с
упорной и неотступной силой и поразительным дипломатическим искусством,
преодолела все опасности революции. Это грандиозное дело имеет значение
не только для России: это - часть дела освобождения всего мира. Никогда
не забудется современниками и останется в сердцах пролетариев то громад-
ное впечатление, как в октябре 1917 года, когда еще культурный мир нахо-
дился в кровавых оковах войны, когда всякая надежда на прекращение
бедствия была утрачена - особенно после того, как даже героический пос-
тупок Фридриха Адлера остался без последствий, - как из Петербурга в это
время раздался зажигательный клич: "Ко всем", что русский пролетариат
признал войну законченной и пригласил народы к мирным переговорам. И как
этот исторический акт являлся действительным духовным освобождением из
величайшей безнадежности и отчаяния, так разрушение старой России озна-
чало физическое освобождение совершенно неожиданным способом всего мира,
с которого, наконец, был сброшен гнет царизма, равно и империализма
русской буржуазии, который еще при Милюкове и Керенском мог запятнать
русскую революцию новым наступлением в угасающей мировой войне. Конечно,
не по вине Ленина не была осуществлена власть пролетариата, - и союз со-
ветских республик - не пролетарское государство в том смысле, что проле-
тариат является лишь одним господствующим классом. Власть здесь только
господствует, давая подавляющему большинству населения - кр
м - известные уступки, дает концессии и допускает теперь даже, в силу новой экономической политики, в известном смысле, и буржуазию. Если противники русского большевизма, который надо резко отграничить от вне-русского, хотят в этом видеть его банкротство
и даже над этим насмехаются, то они вовсе не имеют понятия о различии в строении государства, рожденного из революции и стремящегося к тому, чтобы только сохранить, по возможности, свое первоначальное направление,
от государства, в котором вовсе не может быть такого устремления, так как такое государство насквозь контр-революционно. Пролетариат всего мира, поэтому, никогда не переставал с верным революционным чутьем смотреть на российские советские республики, как
на драгоценнейшее и славнейшее достояния пролетарского движения на пути к социализму, как на великий форпост в борьбе против буржуазного капиталистического мира. Цепи, разорванные в России Лениным, были цепями, приготовленными и для нас, и надежды и гор
ячее сочувствие мирового пролетариата в том, чтобы дело его было сохранено и мощно развивалось. Поэтому печаль, навеянная его смертью, была велика в пролетариате и соединялась со страхом, ибо одновременно к этому присоединялась боязнь за будущность русск
ой революции. В этом смысле в чувстве каждого пролетария слились воедино - Ленин и дело пролетарской революции.
6.
И человек, носивший в себе такое громадное историческое значение, -
это должно войти в надгробную речь, - оставался простым, скромным, почти
по-мужицки живущим пролетарием, жил ли он в бедной лачуге или в царском
дворце в Кремле. Он и здесь оставался символом революции: могуче расп-
рямляясь в разрушительной и созидательной своей силе, царственно пренеб-
регая всей мелочностью и узостью жизни, без претензий к роскоши и оста-
ваясь постоянно скромным в своей жизни. Под этим впечатлением Горький
сказал о нем: "Его частная жизнь такова, что в религиозное время из него
сотворили бы святого". Человек, который мог бы сделаться русским царем,
если бы им руководили личное властолюбие и жажда славы, а не идея соци-
альной революции, умер в комнате прислуги в загородном дворце, из многих
комнат которого он хотел жить только в этой. Это не было эффектной иг-
рой, это не была демагогия, наверняка, уже чуждая смертельно больному
человеку, - это был инстинкт человека, который иначе не мог поступать,
ибо существу большой пролетарской идеологии, которую он исповедывал, для
которой он жил, мог соответствовать только пролетарский образ жизни. Та-
ким был Ленин, - великое единство мысли, поступков и чувств. Дух целого
класса, дух пролетариата проносил и образовывал это единство, чтобы бла-
годаря ему сделаться богаче и полным духовной силы. Поэтому Ленин оста-
нется жив не только в памяти пролетариата, но и тем более пребудет жи-
вым, чем больше пролетариат поймет и выполнит свою историческую задачу,
которую Ленин оставил на примере своей жизни.
В. Кряжин.
ЛИТЕРАТУРА О ЛЕНИНЕ.
I.
Всего каких-нибудь три месяца отделяют нас от трагических дней 21 -
27 января, а литература о В. И. Ленине приобретает все более и более
внушительный характер. В этом стремительном, безостановочном накоплении
"Ленинской литературы" находят свое выражение самые разнообразные им-
пульсы и потребности: страстное желание широких масс узнать что-нибудь о
жизни и деятельности своего "Ильича", глубокая печаль об утрате великого
вождя, испытываемая его оставшимися соратниками, наконец, огромный, мож-
но сказать, всеобщий энтузиазм, вызываемый мощной фигурой мирового рево-
люционера. Не надо быть пророком, чтобы предсказать, что в скором време-
ни изучение В. И. Ленина, по своему масштабу, сравняется, если не превы-
сит "шекспирологию", располагающую десятками журналов, огромными библио-
теками и специальными кафедрами почти во всех университетах Старого и
Нового Света.
Охват всей деятельности В. И. Ленина представляет, понятно, колос-
сальнейшие трудности. "Написать сколько-нибудь подробную его биографию,
- правильно замечает Г. Зиновьев, - значит изложить историю двух русских
революций, II Интернационала и борьбы его левого крыла против правого;
это значит, далее, рассказать о возникновении III Интернационала, о соз-
дании нашего Советского государства, об его великих боях за существова-
ние и т. д., и т. д.".
Такая задача сейчас, конечно, не по плечу одному исследователю или
даже целой группе их, в особенности при тех явно недостаточных материа-
лах, которыми мы пока располагаем. Лишь планомерная, коллективная работа
нескольких поколений исследователей сможет раскрыть с достаточной полно-
той гигантскую личность и не менее гигантскую деятельность В. И. Ленина.
Вся вышедшая до сих пор литература (я оставляю в стороне газетную и,
в значительной степени, журнальную) задается, впрочем, гораздо более
скромными целями. Она пытается приблизить к массам фигуру ушедшего вож-
дя, дать хотя бы предварительную оценку оставленного им богатого теоре-
тического и практического наследия, - одним словом, дать суммарную ха-
рактеристику Ленина и ленинизма.
Посмертную "Ленинскую литературу", для удобства рассмотрения, можно
разбить на три большие категории: в первую входят сборники, биографии,
очерки популяризаторского характера; во вторую - чисто теоретические
произведения, разрабатывающие проблемы теории и практики ленинизма, и,
наконец, в третью - статьи и материалы биографического характера. Нече-
го, конечно, и говорить, что это деление носит весьма приблизительный
характер. Много очерков и статей можно рассматривать в любом из намечен-
ных разрезов. При отнесении их в ту или иную категорию приходится поэто-
му отправляться от их преобладающего содержания.
II.
Как и следовало ожидать, наиболее обширной в настоящее время является
первая, "популяризаторская", категория. Чисто стихийная потребность дать
немедленный отклик на смерть В. И. Ленина вызвала к жизни несколько
сборников, составленных из газетных материалов, опубликованных в связи с
памятными событиями: покушением на В. И. Ленина, 50-летием со дня его
рождения и 25-летием существования Р. К. П.
Пожалуй, наиболее полным является сборник статей о Ленине, вышедший в
Харькове, в издательстве "Молодой Рабочий"*1. Сборник этот в огромной
части состоит из газетных очерков, к которым прибавлено 3 - 4 журнальных
статьи и кой-какие извлечения из книг (глава из книги П. Лепешинского
"На повороте", статья Емельянова "Таинственный шалаш" и др.). Из поме-
щенных в журнале очерков хочется напомнить блестящую характеристику Л.
Троцкого: "Ленин как национальный тип", где он фигуру последнего приво-
дит в связь с русской пролетарско-крестьянской стихией: "Свобода от ру-
тины и шаблона, от фальши и условности, решимость в мысли, отвага в
действии, - отвага, никогда не переходящая в безрассудство, - характери-
зуют русский пролетариат и вместе с ним Ленина". Но в то же время "у
этого самого бесспорного из вождей пролетариата - не только мужицкая
внешность, но и крепкая мужицкая подоплека". Недаром самая "интуиция
действия", столь присущая Ленину, по мнению Л. Троцкого, "это - мужицкая
сметка, только с высоким потенциалом, развернувшаяся до гениальности,
вооруженная последним словом научной мысли". В изящном, необычайно лю-
бовно написанном, "Рисунке пером" Н. Осинский дает внешнюю характеристи-
ку В. И. Ленина, его наружности, манеры его речи, его ораторского жеста
и т. п.
Из историко-биографических материалов наиболее волнующее впечатление
производит "Разговор Ленина с Кронштадтом по прямому проводу", когда
войска Керенского наступали на Ленинград, и В. И. Ленин с вулканической
энергией организовывал оборону красной столицы. _______________
*1 "Ленин". Составили В. Крайний и М. Беспалов, под ред. Д. Лебедя.
Изд. 2-е. 1924 г. Стр. 255.
К сборнику приложена очень недурная библиография произведений В. И.
Ленина и список главнейшей биографической литературы о нем. В предисло-
вии к сборнику указывается, что он "может быть только первой страницей в
той книге, которую еще в наши дни "должно написать". Несомненно что эту
скромную роль сборник выполняет.
Второй сборник "Памяти Ленина" выпущен в Москве Высшим Военно-Редак-
ционным Советом*1. По своему содержанию он почти целиком совпадает с
|
BIGLIB
