 |
"При полной демократизации армии вести войну против воли большинства
солдат было бы авантюрой, а на создание действительно прочной и идей-
но-крепкой социалистической армии нужны по меньшей мере месяцы и месяцы.
"Беднейшее крестьянство в России в состоянии поддержать социалисти-
ческую революцию, руководимую рабочим классом; оно в состоянии немедлен-
но, в данный момент, пойти на серьезную революционную войну. Это об'ек-
тивное соотношение классов по данному вопросу было бы роковой ошибкой
игнорировать.
"Дело стоит, следовательно, с революционной войной в данное время
следующим образом:
"Если бы германская революция вспыхнула в ближайшие 3 - 4 месяца,
тогда, может быть, тактика немедленной революционной войны не погубила
бы нашей социалистической революции.
"Если же германская революция в ближайшие месяцы не наступит, то ход
событий при продолжении войны будет неизменно такой, что сильнейшие по-
ражения заставят Россию заключить еще более невыгодный сепаратный мир,
при чем мир этот будет заключен не социалистическим правительством, а
каким-либо другим (например, блоком буржуазной Рады с червонцами или
что-либо подобное), ибо крестьянская армия, невыносимо истрепленная вой-
ной, после первых же поражений, вероятно, даже не через месяц, а через
неделю свергнет социалистическое рабочее правительство.
"При таком положении дела было бы совершенно недопустимой тактикой
ставить на карту судьбу начавшейся уже в России социалистической револю-
ции только из-за того, начнется ли германская революция в ближайший
кратчайший, измеряемый неделями срок. Такая тактика была бы авантюрой.
Так рисковать мы не имеем права.
"И германская революция вовсе не затруднится, по ее об'ективным осно-
ваниям, если мы заключим сепаратный мир. Вероятно, на время угар шови-
низма ослабит ее, но положение Германии останется крайне тяжелым. Война
с Англией и Америкой будет затяжной, агрессивный империализм вполне и до
конца разоблачен с обеих сторон.
"Пример социалистической Советской республики в России будет стоять
живым образцом перед народами всех стран, и пропагандистское революцио-
нирующее действие этого образца будет гигантским. Здесь - буржуазный
строй и обнаженная до конца захватная война двух групп хищников, там -
мир и социалистическая республика Советов"*1.
События целиком оправдали прогноз т. Ленина. Когда, ввиду отказа со-
ветской делегации подписать первоначальные условия мирного договора,
выставленные германской коалицией, немецкая армия в феврале 1918 г.
прервала перемирие и начала наступление, войска наши бежали без всякого
сопротивления, бросая пушки и т. д. Таким образом, стало очевидно, как
ошибались те, кто утверждал, будто немецкая армия не в состоянии насту-
пать, а потому не следует подписывать "похабного мира". В результате
этой иллюзии пришлось волей-неволей подписать мир на новых, более тяжких
условиях.
В статье "Серьезный урок и серьезная ответственность", написанной 5
марта, т. Ленин жестоко критиковал тех, кто сеял иллюзию, с одной сторо-
ны, о возможности революционной войны при настроении нашей армии, не же-
лавшей сражаться, с другой - о невозможности немецкого наступления.
"Это - факт, что в момент, когда физически бежит, бросая пушки и не
успевая взрывать мостов, фронтовая армия, неспособная воевать, защитой
отечества и повышением его обороноспособности являются не болтовня о ре-
волюционной войне (болтовня при таком паническом бегстве армии, ни одно-
го отряда которой сторонники революционной войны не удержали, - прямо
позорная), а отступление в порядке для спасения остатков армий, ис-
пользования в этих целях каждого дня передышки.
"Н. Бухарин пытается теперь даже отрицать тот факт, что он и его
друзья утверждали, будто немец не сможет наступать. Однако очень и очень
многие знают, что это - факт, что Бухарин и его друзья утверждали это,
что, сея такую иллюзию, они помогли германскому империализму и помешали
росту германской революции, которая ослаблена теперь тем, что у велико-
российской Советской республики отняли, при паническом бегстве
крестьянской армии, тысячи и тысячи пушек, сотни и сотни миллионов бо-
гатств. Я это предсказал ясно и точно в тезисах от 7 января.
"А что новые условия хуже, тяжелее, унизительнее худых, тяжелых и
унизительных брестских условий, в этом виноваты, по отношению к великой
_______________
*1 См. цитируемый том, стр. 67 - 68. российской Советской республике,
наши горе-левые Бухарин, Ломов, Урицкий и К-о. Это исторический факт,
доказанный вышеприведенными голосованиями. От этого факта никакими
увертками не скроешься. Вам давали брестские условия, а вы отвечали фан-
фаронством и бахвальством, доводя до худших условий. Это факт. И от-
ветственность за это вы с себя не снимете.
"В моих тезисах от 7 января 1918 г. предсказано с полнейшей ясностью,
что в силу состояния нашей армии (которое не могло измениться от фра-
зерства "против" усталых крестьянских масс) Россия должна будет заклю-
чить худший сепаратный мир, если не примет брестского.
"Левые" попались в ловушку буржуазии российской, которой надо было
втянуть нас в войну, наиболее для нас невыгодную".
Возвращаясь к вопросу о результатах политики тех, кто не желал подпи-
сывать первоначальных условий, предложенных германской коалицией, т. Ле-
нин в своем докладе от 7 марта 1915 г. на заседании VII с'езда Р. К. П.
сказал:
"Наступил период тягчайших поражений, нанесенных вооруженным до зубов
империализмом, стране, которая должна была демобилизовать армию. То, что
я предсказывал, наступило целиком. Вместо Брестского мира мы получили
мир гораздо более унизительный по вине тех, кто не брал его. Мы сидели в
Бресте за столом рядом с Гофманом, а не с Либкнехтом. Этим мы тогда по-
могали немецкой революции, а теперь вы помогаете немецкому империализму,
потому что отдали им свои миллионные богатства: пушки, снаряды, продо-
вольствие. Случилось то, что должен был предсказать всякий, кто видел
состояние армии, до боли невероятное. Мы погибли бы при малейшем наступ-
лении немцев неизбежно и неминуемо, это говорил всякий добросовестный
человек с фронта. Мы, действительно, оказались добычей неприятеля в нес-
колько дней. Получивши этот урок, мы наш раскол и кризис изживем, как ни
тяжела эта болезнь, потому что нам на помощь придет неизмеримо более
верный союзник, - всемирная революция. Когда нам говорят по вопросу о
ратификации нового Тильзитского мира, неслыханного, более грабительско-
го, чем Брестский, я отвечаю: - "Безусловно, да". Мы должны это сделать,
ибо мы смотрим с точки зрения масс. Попытка перенесения октябрьской и
ноябрьской тактики, испробованной внутри одной нашей страны, тактики
триумфального периода революции с помощью нашей фантазии на весь ход ре-
волюции оказалась битой историей. Когда говорят, что передышка это -
фантазия; когда газета называется "Коммунист", должно быть, от Парижской
Коммуны; когда эта газета наполняет столбец за столбцом опровержениями
теории передышки, - тогда я вижу ясно (мне много пришлось пережить фрак-
ционных столкновений и расколов, так что я имею большую привычку), но
вижу ясно, что старым способом фракционных расколов эта болезнь не будет
излечена, потому что ее излечит жизнь раньше. Жизнь шагает очень быстро;
здесь она действует великолепно; история гонит так быстро ее локомотив,
что раньше, чем успеет редакция "Коммуниста" издать очередной номер,
большинство рабочих в Питере уже разочаруются в ее идеях, потому что
жизнь в это время показывает, что передышка - факт.
"Сейчас мы, подписавши мир, имеем передышку, мы пользуемся ею для за-
щиты отечества лучше, чем войной, потому что, если бы мы имели войну, мы
имели бы ту панически бегущую армию, которую необходимо было бы остано-
вить и которую наши товарищи остановить не могут и не могли потому, что
война сильнее, чем проповеди, чем десяти тысяч рассуждений. Если они не
поняли об'ективного положения, они остановить армии не могут, и не оста-
новили бы. Эта больная армия заражала весь организм, и мы получили новое
неслыханное поражение, новый удар немецкого империализма по революции,
потому что легкомысленно оставили себя без пулеметов, а между тем этой
передышкой мы воспользуемся, чтобы убедить народ об'единиться, сра-
жаться, чтобы говорить русским рабочим, крестьянам: "Создавайте самодис-
циплину, дисциплину строгую, иначе вы будете лежать под пятой немецкого
сапога, как лежите сейчас, как неизбежно будете лежать, пока народ не
научится бороться и создавать армии, способные не бежать, а итти на нес-
лыханные мучения". Это неизбежно, потому, что немецкая революция еще не
родилась, и нельзя ручаться, что она родится завтра.
Жизнь блестяще оправдала этот прогноз т. Ленина. Передышка стала фак-
том. Была создана самодисциплина, дисциплина строгая, была постепенно
сформирована и организована новая армия, красная армия, с помощью кото-
рой Советская Россия уничтожила белогвардейские банды и выбросила в море
войска Антанты, решившей, очевидно, что если рабоче-крестьянская страна
не могла в определенный момент отразить немецкого нашествия, она вообще
неспособна к вооруженной борьбе.
Настаивая на подписании тягчайшего мира ввиду состояния нашей армии и
настроения крестьянства, а также необходимости передышки, т. Ленин ни на
одну минуту не обманывал себя и никого иллюзией о возможности длительной
передышки. Наоборот, он подчеркивал, что передышка будет короткой.
"Да, этот мир - тягчайшее наше поражение, - доказывал тов. Ленин в
докладе о Брестском мире на IV Всероссийском С'езде Советов. - Да, этот
мир - неслыханное унижение Советской власти, но историю перехитрить мы
не в состоянии.
"Передышка нам нужна, плохая, короткая, непрочная передышка, но все
же будет время, за которое произойдет новое накопление сил революции,
оздоровление армии от отчаяния и утомления".
На вопрос Камкова о том, что такое передышка, на какой срок и т. д.,
т. Ленин ответил:
"Удивительно легко иногда бывает вопросы ставить, но и нетрудно на
них и ответить. Есть одно изречение, - оно невежливо и грубо, но слова
из песни не выкинешь; - оно говорит: один дурак может больше спрашивать,
чем десять умных ответить.
"Спрашивают, продлится ли передышка неделю, две или больше. Я утверж-
даю, что на всяком волостном сходе и на каждой фабрике человек, который
от имени серьезной партии будет выступать с подобным вопросом к народу,
его народ прогонит вон, потому что на всяком волостном сходе поймут, что
нельзя задавать вопросы о том, чего нельзя знать. Это поймет любой рабо-
чий и крестьянин.
"И одно можно с уверенностью сказать, что после мучительной трехлет-
ней войны всякая неделя передышки есть величайшее благо".
Глубоко интересна критика т. Лениным всякого рода причитаний о "по-
зорном" характере, унизительности и т. д. Брестского мира.
"Я предоставляю вам увлекаться международной революцией, потому что
она все же наступит. Все придет в свое время, а теперь беритесь за само-
дисциплину, подчиняйтесь во что бы то ни стало, чтобы был образцовый по-
рядок, чтобы рабочие хоть один час в течение суток учились сражаться.
Это немного потруднее, чем написать прекрасную сказку. Этим вы поможете
немецкой и международной революции. Сколько нам дадут дней передышки, мы
не знаем, но она дана. Надо скорей демобилизовать армию, потому что это
больной орган, а пока мы будем помогать финляндской революции.
"Только дети могут не понять, что в такую эпоху, когда наступает му-
чительно долгий период освобождения, которое только что создало Советс-
кую власть, подняло на высшую ступень ее развития, только дети могут не
понимать того, что здесь должна быть длительная, осмотрительная борьба.
Позорный мирный договор подымает восстание, но когда товарищи из "Комму-
ниста" рассуждают о войне, у них, в сущности, только апелляция к
чувству. "Позорный, неслыханный, унизительный мир". Они апеллируют к
чувству, позабыв то, что у людей сжимались руки в кулаки и кровавые
мальчики были перед глазами. Что они, в сущности, говорят? "Никогда соз-
нательный революционер не переживет этого, не пойдет на этот позор". Эта
газета носит кличку "Коммунист", но ей следует носить кличку "Шляхтич",
ибо она смотрит с точки зрения шляхтича, который сказал, умирая в краси-
вой позе со шпагой: "Мир - это позор, война - это честь". Они смотрят с
точки зрения шляхтича, но я подхожу с точки зрения крестьянина.
"Если я иду на мир, когда армия бежит и не может не бежать, не теряя
тысячи людей, я беру его, чтобы не было хуже. Разве позорен договор? Да
меня оправдает всякий серьезный крестьянин и рабочий, потому что они по-
нимают, что мир есть средство для накопления сил. История скажет, кто
прав. На нее я ссылался не раз, такова история освобождения немцев от
Наполеона. Я нарочно назвал мир Тильзитским, хотя мы не подписали того,
что было там, когда немцам пришлось давать свои войска на помощь завое-
вателю для подчинения других народов. До этого история однажды уже дохо-
дила и дойдет вновь, если мы будем надеяться только на международную ре-
волюцию. Смотрите, чтобы история не довела вас и до такой формы военного
рабства. А пока социалистическая революция не победила во всех странах,
Советская Республика может впасть в рабство. Наполеон в Тильзите прину-
дил немцев к неслыханным позорным условиям мира. Там дело шло так, что
несколько раз заключался мир. Тогдашний Гофман-Наполеон ловил на наруше-
нии мира, и нас поймает Гофман на том же. Только мы постараемся, чтобы
|
BIGLIB
