 |
Минимизировав таким образом свои операционные риски, банки перенесли
существовавший на макроуровне механизм "мягких бюджетных ограничений"
внутрь своих корпоративных групп, поскольку не только инвестирование, но и
простое поддержание существования и даже консервация активов требуют
затрат, независимо от их рентабельности.
В результате инкорпорирования промышленных предприятий в банковские группы,
реальная доля многократно перекредитованных, проеденных и необеспеченных
вложений (т.е. прямое накопление невозвратных долгов) постоянно росла и
занимает сегодня в портфелях крупных банков не 5-10%, как они показывают в
отчетности, а более З0%.
Проблема ликвидности возникла в банковской системе еще в 1995-96 гг., когда
банки потеряли источник инфляционных сверхдоходов и были вынуждены
активизировать свою работу по привлечению недостающей ликвидности из
реального сектора и бюджета.
Эти источники были максимально использованы в ходе залоговой привати-
зации, выборов и послевыборного раздела "бюджетного пирога".
В результате банки превратились в "бедных управляющих" (приворовывающих у
себя самих) слишком больших для них и уже почти нерентабельных промышленных
активов. Имея приоритет в получении "управленческой ренты" (обычно не ниже
10-15% от объема реализации), банки провели ускоренное накопление долгов на
номинальных держателях промышленных активов: дебиторская задолженность
предприятий перед поставщиками, бюджетом и населением возрастала в 1995-97
гг. ежегодно в 1,3-1,5 раза и превысила 40% ВВП. Конечными донорами
накопления задолженности являются государство, естественные монополии и
население.
Их ресурсов в 1997 г. уже перестало хватать для поддержания простого
воспроизводства в ТЭК (включая "Газпром", который впервые сократил добычу
на несколько процентов), минимально необходимого уровня государственного и
личного потребления в ряде регионов.
В этих условиях банки обратились к последнему источнику ликвидных средств -
к внешним займам. В 1997 году банки смогли пополнить свою ликвидность за
счет привлечения коротких внешних кредитов по ставкам около 10% годовых на
общую сумму менее 2 млрд. долл., большая часть этих пассивных позиций
требует закрытия уже в 1998 г. Проблема своего внешнего долга, даже при
непродлении кредитных линий в 1998 г., может быть все-таки решена
крупнейшими банками за счет перекредитования под залог экспортной выручки
или пакетов акций контролируемых компаний ТЭК.
Проблема же постоянно накапливаемых (скрытых) внутренних долгов, или,
выражаясь более специальным банковским языком, проблема недостаточной
капитализации банков (после покрытия всех рисков и создания всех резервов
по новой инструкции ЦБ РФ капитал большинства крупных банков резко падает,
у многих - до нуля и ниже), представляется, не может быть решена
естественным (экономическим) путем: этот узел будет разрублен при переходе
к НМЭ так же, как и общая проблема неплатежей.
Крупные банки периода финансовой стабилизации, несколько лет реализуя для
себя модель "закрытого бизнеса" (включая непрозрачность финансовых
операций, мобилизационные схемы распределения ресурсов, принцип "личной
преданности" как основной принцип кадрового отбора, машину пропаганды и
проч.), вполне способны воспринять модель "закрытого общества" и быстро
адаптироваться к ней. Некоторые банки уже активно способствуют этому.
Проблема для крупнейших наших банков одна: "ядро" НМЭ не сможет вместить в
себя "всех желающих" - нынешних "олигархов", да и кто-то должен быть
признан ответственным за произошедший развал экономики (и страны).
Банки, для которых основной сферой деятельности остается собственно
банковский бизнес (Внешторгбанк, Инкомбанк, Мосбизнесбанк, СБС-Агро, ряд
других), и которые диверсифицировали свои кредитные портфели, смогут выжить
в условиях НМЭ вместе со своими основными клиентами - массой крупных,
средних и мелких предприятий, которые занимаются прежде всего
экспортно-импортными операциями, производством услуг и торговлей внутри
страны.
Банки, замкнутые на одного или нескольких крупных клиентов (группа банков
"Газпрома", банки-"олигархи", банки регионов) и рассматривающие банковский
бизнес как элемент создания конгломерата ("империи"), способны пережить
окончательное "схлопывание" финансов реального сектора, лишь бы не иссяк их
основной источник существования - часть оборота их владельцев (клиентов).
Наконец, не интегрированные во властно-финансовую элиту средние и мелкие
банки, привыкнув в режиме финансовой стабилизации работать не как банки, а
как инвестиционные фонды и трансфер-агенты учредителей или менеджеров,
будут вынуждены потерять и эту роль (большинство из них уже давно проели
свои капиталы и часть средств клиентов) и "сдаться на милость победителя" в
борьбе за "ядро" НМЭ.
Зададим пространство альтернатив стратегий банков:
Таблица 4
Стратегии адаптации
крупных банков к
НМЭ Стратегии
адаптации
президентской
власти
1. Попытка одного банка
стать "ядром" НМЭ
-объединить вокруг себя
стратегические ресурсы:
власть, нефть, газ,
металл, информацию,
инвестиции и др.
(стратегия "один против
всех")
2. "Встраивание" банка
в качестве сателлита в
состав "ядра" НМЭ:
обслуживание интересов
небанковских структур
(стратегия выживания
"каждый за себя")
3. Общая
программа
"олигархов" по
консервации
ситуации
(картельное
соглашение)
1. "ультрали-
беральная
диктатура" (полная
"сдача" экономики
МВФ,
семейно-клановый
режим)
ситуация 1-1: модель А:
банк - госимпортер
капитала (сегодня это
ЦБ): модель Б: "семейный
банк" правящего
политического клана,
модель В: банк
-управляющий внешним и
внутренним долгом
(сегодня это ВЭБ,
Сбербанк)
ситуация 1-2: модель
А: банк как "черная
касса ядра"; модель Б:
банк-агент "ядра" в
области ВЭД; модель В:
банк- скупщик долгов и
трансфер-агент "ядра"
ситуация 1-3:
передел рынка за
счет остатков
реального сектора
{включая Газпром)
2. "партия
-государство"
(антилиберальный
режим)
ситуация 2-1: модель А:
добровольный обмен
стратегических ресурсов
банка на руководство в
группе ЦБ; модель Б:
поддержка банком "особой
корпорации власти"
ситуация 2-2:
восстановление
государственных
отраслевых банков,
перевод в нее счетов
структур "ядра" НМЭ
ситуация 2-3:
конфликт
интересов: полит.
Монополия против
картели
3. "номенклатура"
(тотальный
распределитель)
ситуация 3-1: модель А:
обмен ресурсов банка на
руководство ВЭД, модель
Б: обмен ресурсов банка
на руководство блоком МГИ
Ситуации 1-1, 1-2, 1-3 (первый столбец таблицы): разные варианты реализации
"имперских стратегий". Банки, созданные как империи, ставили перед собой
казалось бы недостижимую цель - самим стать "ядром" экономики: это и
государственный по форме, частный по содержанию (по интересам и процедурам
принятия решений) Центробанк с его самой мощной финансовой группой, ставший
в 1997 г. главным импортером капитала; и Инкомбанк, который когда-то
заявлял о своей цели стать российским Deutsche Bank; и НРБ с его попыткой
монополизации операций с внешними долгами; и СБС-Агро с его агрессивным
поиском глобальных ниш; и ОНЭКСИМ, который предложил "залоговую схему"
приватизации как ключ к ускоренному "олигархообразованию" в России и сам
неплохо в ней поучаствовал; и Мост-банк, поставивший на создание
медиа-монополии.
Стоит повторить, что стремление к экспансии не есть просто некое свойство
личности руководителей данных структур: имперская природа заложена в
происхождении и развитии самих этих банков, в их статичной неустойчивости
(если они перестанут расширяться, то они "схлопнутся").
Именно поэтому достигнутый единожды (перед выборами 1996 г.) компромисс
|
BIGLIB
