 |
Парень противился, пытался оправдываться:
-- Я не обнимаюсь, взволнованно, но сдерживаясь, говорил
он. -- Я просто -- не даю вам раздавить мою невесту...
-- Хам! Убери локоть, -- не унималась еще пуще обозленная
женщина. -- Я сказала тебе, что дома обниматься надо, а не в
общественных местах!
Тогда парень тоже не выдержал неотступной несправедливости
и задерзил в ответ:
-- Да! Здорово получается! -- выкрикивал и он. -- Убери
ты, мол, свой локоть, чтобы я смогла спокойно и полноценно
давить на твою девушку, мол, незачем ее охранять, оберегать! Да
ты посмотри на себя и на нее! -- тоже уже заорал оскорбленно и
обиженно парень. -- Ты такая толстая -- громило, а она, --
парень кивнул на свою приумолкшую девушку, -- такая худенькая!
Ты же ее в один миг, как соломинку переломаешь, раздавишь!
-- Убери локоть! -- продолжала требовать дьявольская
пассажирка.
-- Да пошла ты вон! -- истерически выкрикнул в ее сторону
раскрасневшийся в схватке парень. Тут в разговор вмешалась еще
одна женщина, стоявшая с другого бока парочки:
-- Ты смотри, какой зануда! -- обвинила она парня.
Магистр широко и удовлетворенно улыбнулся:
-- Подлей ему, подлей! -- будто скомандовал он второй
женщине, которая тоже уже начинала подтачивать парня. Парень
огрызался направо и налево:
-- Да тебя наверно муж давно не обнимал, вот ты и стоишь
завидуешь! -- насмешливо и громогласно съязвил он первой,
толстой женщине, которая вроде бы немного угомонилась уже,
будто ей и было нужно-то всего -- привести в раздражение парня.
-- Вот зануда! -- продолжала заводить разговор другая
женщина. -- Вот твоя девушка послушает, послушает тебя, и... --
и тут-то эта женщина и высказала ту самую фразу, которую так
ожидала за чертой экрана астральная шайка во главе с Магистром,
-- уйдет от тебя, от такой зануды!... -- проговорила женщина.
Дело было сделано. Вся астральная шайка облегченно вздохнула,
на экране все исчезло, снова Остап Моисеевич откинулся на
спинку своего массивного кресла...
Минуты две все астральщики сидели, будто настороженно
раздумывая о чем-то. И вот:
-- Можно Людочку?! -- нарушил тишину Купсик, обратившись к
Магистру.
-- Валяй! -- равнодушно скомандовал дьявол.
-- Гы-гы! -- обрадовался Купсик, подлетая к экрану. --
Люду из сорок пятой! -- нетерпеливо проговорил он, то ли
приказал, то ли попросил у экрана. Во мгновение на экране
возникла та самая девушка, Люда... "Из-за которой и нахожусь я
теперь в сегодняшнем астральном заточении", -- подумал я,
увидев старую знакомую. Она некоторое время будто протирала
глаза, потом...
-- О, Господи! -- воскликнула негромко девушка. -- Это
опять ты, гадина?!
-- Снова трахать будешь?! -- прихихикнул дьявол, окликая
Купсика.
-- Сегодня или когда-нибудь -- она его трахнет! -- шутливо
подсказала Екатерина. Но Купсик был уже ожесточенно увлечен
своей жертвой!
-- Людочка, -- лепетал усладительно он, обцеловывая тонкую
шею девушки. -- В позу девочка, в позу... Ну, давай же,
нагнись, детка!...
-- Нет! -- изнеможенно вырывалась, но как-то замедленно,
девушка, она слепо шевелила руками и ногами, мотала головой,
изгибалась в талии, но все ее беспорядочные движения были в
клейком, волевом пространстве Купсика. -- Нет! Нет! Пошел вон!
Тогда Купсик схватил девушку за волосы и, не обращая внимания
на ее изламывающееся тело, стал наклонять ее голову...
Люда, словно надломленная, поддалась, от боли сильно
наклонилась вперед, будто отвесила поклон мучителю. И вот
Купсик уже обхватил несопротивляющуюся девушку сзади за бедра
вспотевшими руками и засопел надрывно, в предчувствии
наслаждения...
Девушка вскрикнула...
Через несколько минут все было закончено...
-- Ух! -- сказал Купсик, как пиявка отвалившись от
девушки, и завис у экрана. Изнасилованная Люда исчезла.
-- И охота тебе каждый раз познавать заново ее
девственность?! -- хохотнул Магистр.
-- А-а-ха-ха-ха! -- расхохоталась Зоя Карловна. -- Да он
сам себя каждый раз мальчиком чувствует! А-а-ха-ха-ха!
-- Вы не представляете, как это приятно, девочку насильно
превращать в женщину! -- сказал горделиво, но рабски
ссутулившись, Купсик, пролетая мимо дьявола в свое пустующее
кресло.
-- Ладно! Будем считать, что разминка... Тьфу ты!
Разрядка... -- поправился Магистр, -- окончена. Что еще из дел
на сегодня? -- вопросил он у своих подчиненных, слегка
покосившись на них через плечо. Отозвалась жена контролера,
она, в образе всего того же удава, кольцами, уложенными в
отвратительно шевелящуюся пирамиду, возвышалась в своем кресле.
-- Надо зарядить несколько фотографий в газетах и
журналах! -- будто простуженно прошипела, кривляясь она.
-- Вот-вот! -- подкрякнул ее муж, контролер кинотеатра,
сидящий возле своей жены в прежнем образе старичка, в контрасте
фиолетовой бороды и белых волос на голове. -- А еще, --
подсказал он, и расправил плечи, и выпрямился для солидности,
-- нужно бы несколько радио- и телепередач по сбору энергетики
провести!
-- Созерцателю понадобилось? -- уточнил Магистр.
-- Что? -- не понимая, переспросил старичок.
-- Энергия! Зуд бы тебя побрал! Прикидываешься мне!
-- Да, да! -- активно закивал старичок. -- Ему самому,
кому же еще!
-- Смотри, если узнаю, что себе что-то прихалтуришь, в
этот раз -- накажу! -- убедительно и строго произнес дьявол, и
тут же отвернулся от своей шайки, и уставился притихшим
взглядом на экран. Все молчали, ожидали действий своего
Магистра...
На экране замельтешили, плавно выплывая из его
непроглядной глубины и так же уплывая обратно, всевозможные
газеты и журналы. Только на короткое мгновение своеобразного
программного выкрика Магистра, и тут же -- хорового
подтверждения этого, я сказал бы -- астрального заклинания
шайкой, останавливались, замирали газетные или журнальные
страницы с крупными фотографиями на них различных физиономий.
Честно говоря, я немного утомился от этой процедуры и на
некоторое время перестал видеть, астрально отвернулся от
действий преступной группы, но я продолжал слышать эти
ужасающие фразы:
-- Эпидемия ......... заболеваний в .........! --
выкрикивал Магистр.
-- Да! -- торжественно-злорадно подтверждали его
астральную волю члены шайки, подтверждали хором, на едином
дыхании.
-- Смерть академика... -- но я не расслышал его фамилию.
-- Взрыв атомной электростанции! -- неистовствовал дьявол.
-- Да! -- вслед гремела ватага астральных голосов.
-- Кораблекрушение в районе ........ моря, затонет корабль
"......" -- громко определял задачу Магистр.
-- Да! -- злобно подтверждали остальные преступники.
-- Убийство Председателя .........!
-- Да!
-- Продолжительный дождь в районе .........!
-- Да!
-- Закон о .........!
-- Да!
-- Пробуждение у пятилетних девочек направленности
телесных наслаждений!
-- Да!
-- Взрыв отчаяния у одиноких стариков, самоубийства!
-- Да! -- снова воскликнул астральный хор.
Потом начались зарядки радиотелепередач, рассчитанные на
выкачку энергии из радиослушателей и телезрителей. Прием был
прост: вызывались определенные чувства, эмоции, состояния
мышления, и все эти извержения энергии планировалось направлять
для поддержки энергетической воли Созерцателя. А уж куда он,
Созерцатель, эту свою волю применит, видимо, не знала даже эта
астральная шайка...
Когда с телерадиопередачами было закончено, голос подала
Екатерина!
-- Магистр, -- сказала величественно она, Магистр уважал
ее и тут же повернулся к ведьме лицом.
-- Я слушаю тебя, Екатерина!
-- Магистр, -- еще раз повторила свое обращение Катерина,
-- есть такой литератор, Павел Мечетов.
-- Так, и что надо? -- заострил вопрос дьявол.
-- Он являлся другом ныне обестеленного Сергея
Александровича.
-- Какого Сергея Александровича? -- переспросил,
припоминая, Остап Моисеевич.
-- Того самого, что был здесь, у нас в кинотеатре,
директором!
-- А! Как же! -- усмехнулся дьявол. -- Помню!
-- Если Паша Мечетов будет и дальше развиваться в
литературном русле, то того и гляди, что он когда-нибудь да
прикоснется к Великим тайнам Астрала! Нежелательно, чтобы это
произошло, потому что, как я уже сказала, Павел Мечетов являлся
другом Сергея Александровича, а друзей обычно стараются
выручать! Вы меня поняли, Остап Моисеевич? -- с женственной
вкрадчивостью спросила дьявола Екатерина.
-- Да. Мне ясна перспектива, -- согласился Магистр, кивая
уродливой головой. -- И что ты предлагаешь?
-- У Мечетова в следующем месяце будет публикация подборки
стихов, надо бы на него наслать какую-нибудь противную,
изматывающую болезнь, чтобы и не умер, а развиваться и писать
нормально не мог, -- заронила идею Екатерина.
"Ну, Екатерина Васильевна! Не ожидал от тебя! -- подумал
я, сидя в своем астральном укрытии. -- Ничего не пойму: меня
укрыла здесь для того, чтобы я подслушал и подсмотрел, а теперь
моего друга -- уничтожает! Ну, Екатерина!
Не удивлюсь, что и меня ты сейчас продашь этим вершителям
зла!.."
-- Сейчас сделаем! -- определился дьявол, а я еще более
затаился, ожидая, что очередь дойдет и до меня. На экране
появился будущий номер журнала "Д...".
Страницы разлистнулись: вся подборка Мечетова вмещалась на
одной страничке -- пять стихотворений, а на противоположной
странице были набраны стихи какого-то другого автора. Магистр
убрал подборку этого автора из номера, а вставил стихи иные,
так называемого "своего человека"!
Таким образом на странице, противоположной подборке стихов
Павла Мечетова, появилось три стихотворения, которые и должны
были определить состояние здоровья моего друга!
А дело все заключалось в особом расположении названий, да
и в самом смысле таковых. Когда я прочитал эти названия
стихотворений сверху вниз, то я ужаснулся заложенному в них
чудовищному приговору Павлу Мечетову. Названия огласили
следующее:
"ЗЕМЛЯ", "ПРОСТУДА", "НЕБО"!
Паша по гороскопу принадлежал Земле, и эти названия
вражеских стихотворений, а в особенности их расположение по
вертикали означали не что иное, как: Простуженная Земля
|
BIGLIB
